Криста Ритчи – Тепличный цветок (ЛП) (страница 10)

Мой взор мрачнеет, и я пытаюсь игнорировать ее глупую улыбку и блуждающие по сидению мотоцикла, а затем ласкающие ее бедра, руки. Какая-то часть ее тела постоянно находится в движении.

Я говорю:

— О чем-то, что слишком грязно для твоих девственных ушей.

Она занимает такую же, как моя, позу, так что ее грудь оказывается в дюйме от моей. Я опускаю руки ей на колени, чтоб не позволить Дэйзи пододвинуться еще ближе.

А она отвечает более серьезным тоном:

— Я лишилась девственности еще в пятнадцать.

— Я имел в виду то, что ты не должна выставлять свои груди, сидя на мотоцикле. И я знаю, что ты не девственница, — Дэйзи просила свою сестру дать ей пару советов на тему секса перед своим шестнадцатым днем рождения, а я был тем, кто помог Лили с этим смириться. Я заменял своего брата, который в тот момент был на реабилитации, а Дэйзи направо и налево твердила, что у нее был секс. Я же просто надеялся, что ее первый раз не был настолько ужасным.

И в некотором роде, мне хотелось, чтобы она остановилась после этого первого парня и подождала кого-то получше. Кого-то по типу… сам не знаю. Не думаю, что кто-то на этой планете достаточно хорош для нее. Ага, это безумно эгоистично. Но мне плевать.

Я добавляю:

— И я не удивлен, что ты лишилась ее в столь раннем возрасте.

Она кивает.

— Потому что моя старшая сестра сексуально-зависимая, — разве этот факт делает ее такой же?

— Нет, потому что ты перепробовала множество вещей, и уверен, что на тот момент, боялась упустить хоть что-то.

Она немного улыбается.

— А ты когда лишился девственности?

— Мне тоже было пятнадцать, — говорю я. — И я переспал с восемнадцатилетней девушкой, — мой первый раз был на чертовом поле для гольфа в три часа утра.

Дэйзи прерывает мои воспоминания.

— Тебе тогда нравились женщины постарше?

— Мне нравятся все женщины, сладкая.

Ее улыбка становится кривой.

— Я тебе нравлюсь?

Да, убейте же меня кто-нибудь.

— Дэйзи…

Она поднимает руки, опуская ладони мне на грудь, потому что между нами по-прежнему очень мало пространства. Мое тело немеет под ее руками.

— Я знаю, прости, мне не следовало об этом спрашивать, — она быстро убирает руки и тяжело дышит.

Я стараюсь не смотреть на нее. Но она так прекрасна, не из-за своей охренительной естественной красоты — не из-за макияжа или дерзкого взгляда ее зеленых глаз, гладкой кожи или изящного личика.

Дэйзи прекрасна, потому что она может заставить улыбнуться даже самого грустного человека на планете Земля. И даже самому одинокому парню она может подарить некое большее чувство. Она молодая и дикая. Неиспорченная и по-настоящему чертовски наивная. Она — это все те вещи, что кричат вам об огромном гребаном риске.

— Знаешь, за всю жизнь я переспала только с шестью парнями, — объявляет она.

Я еще сильнее хмурюсь.

— Ага? — я на самом деле не хочу знать все эти детали, даже несмотря на то, что мазохистская часть меня жаждет их. — Некоторые посчитали бы, что шесть парней за 18 лет — это много.

Она пожимает плечами.

— Что ж, я испила не из одной чаши.

— И каково оно было? — бросаю я. Хотя, мне и не следовало бы об этом спрашивать. Но тем не менее я спросил. И не собираюсь забирать свои слова обратно.

Я просто жду ее ответа, потому что знаю, что Дэйзи мне ответит.

ГЛАВА 6

ДЭЙЗИ КЭЛЛОУЭЙ

Мне правда следует пояснить историю своей сексуальной жизни старшему брату парня моей сестры? (Ага, звучит как скороговорка.) Но знаете, я сама начала эту тему, так что теперь должна ее закончить. Я стараюсь не бросать дело на полдороге. Вперед, Дэйзи. Никаких тормозов. Ну да, я могу это сделать.

Я смотрю в его глаза, такие напряженные и суровые; обращаясь ко мне, его взгляд никогда не становится нежным. Непосредственная близость не смягчает воцарившееся между нами напряжение, но мне нравится эта связь с ним слишком сильно, чтоб спрыгнуть с мотоцикла. И эй, Рик тоже не движется. Так что думаю, это хороший знак.

— Первый парень был отстойным, — говорю я ему. — Мы переспали всего раз. Это длилось около тридцати секунд.

Вероятно, мне следует смущаться, но кажется, что все это происходило со мной сто лет назад. Я просто помню, что села в его кровати и подумала и это все? Вот это и есть секс? И что, вашу мать, в нем такого впечатляющего?

Лицо Рика не выражает никаких эмоций, оно просто хмурое и задумчивое. Ну и ладно. Я могу продолжать и не реагировать на его напряженное молчание. Давай, давай, давай.

Облизываю губы и говорю:

— Со вторым парнем мы переспали два раза. И он продержался, может, минуты три.

— Сколько им было лет? — спрашивает Рик.

— Они были всего на несколько лет старше меня. То есть, я встречалась с парнями, которым было за двадцать, но у нас не могло быть секса. Мне тогда еще не было 18, - и я не была готова нарушить закон и отправить парня за решетку лишь за то, что он со мной переспал.

— Я знаком с большинством твоих бывших парней, которые были значительно старше тебя, — напоминает он. — К слову, они были полными гребаными дебилами.

— Они не были так плохи.

— Джулиан? — спрашивает он. — Думаешь, он был лучше долбанной крысы?

— Коннор называл его обезьянкой.

— Коннор оказал ему охуенный кредит доверия.

— А еще Коннор называл тебя собакой, — говорю я, морща нос. — Как думаешь, если ты пес, то я кошка или белка?

— Как мы пришли к этой теме? — спрашивает Рик, словно это самая глупая из всех возможных тем для беседы.

— Я хомяк, правда? — я топорщу свою нижнюю губу.

— Никакой ты, бля, не хомяк, — он закатывает глаза и проводит рукой по своим волосам. Не думаю, что парень осознает, как горяч, когда делает подобное. — Ты птица.

— Птица.

— Ага, чертова птица, не желающая прекратить летать и чирикать.

— Типа орел?

— Ты симпатичнее орла, — он вновь закатывает глаза. — Блядь.

— Ты назвал меня симпатичной, — я тыкаю пальцем ему в грудь, и улыбка расплывается по моему лицу.

Рик смотрит на мою руку.

— Джулиан, — говорит он, возвращаясь к началу нашей беседы. — Он все еще тебе нравится? Потому что если это так, то мы должны провести с тобой чертову разъяснительную беседу.

Я быстро качаю головой.

— Нет, он мне не нравится.

Джулиан вообще-то меня пугал. Он ездил с нами в путешествие в Альпы. Я даже не осознавала, насколько сильно его боюсь, пока не попыталась с ним порвать, а он не стал меня слушать, говоря, что я слишком молода и ничего не понимаю. Может, так оно и было. Не знаю. Все, что мне известно, так это то, что я не хочу бояться человека, с которым встречаюсь. Это не входит в список тех опасных вещей, которые мне нравятся.

— И, как тебе известно, — говорю я, — я не была в восторге ни от одной из девушек, с которыми ты встречался. Одна из них даже называла Лили шлюхой, — и за спиной у Рика, она буквально дернула мне волосы. Сильно.