Криста Ритчи – Коснуться небес (ЛП) (страница 89)

— Тогда голубая, — отвечает он, как бы невзначай.

Я бросаю на него сердитый взгляд, но его глаза пробегают по моему телу, дразня еще сильнее. Коннору нравится доводить меня до сумасшествия. Он кладет голубую рубашку на стол и снимает белую с плечиков.

— Над чем ты сегодня работаешь? — спрашиваю я, направляясь к двери, моя сумочка свисает с предплечья.

— Над моим предложением для Кобальт Инк., - отвечает он. — Этим утром его одобрили члены совета. В течение следующих нескольких месяцев оно вступит в силу.

До сих пор он не рассказывал мне о том, чем занимается в компании.

Думаю, Коннор просто хочет удивить меня.

Я проскальзываю в коридор в своем темно-пурпурном платье с баской. Но прежде чем успеваю спуститься вниз, вижу, как Скотт подымается на второй этаж. Его уродливые серые глаза встречаются с моими. Вот правда, все, что когда-то казалось мне в нем милым или горячим, вдруг превратилось в вонючее гнилое болото.

— Роуз, как дела? — спрашивает он радушно.

— Блестяще, — говорю я. — Как и всегда.

Что? Я никогда не говорила, что страдаю излишней скромностью.

— Конечно. Ты же член Менса (организация для людей с высоким коэффициентом интеллекта — прим. пер.), получила диплом с наивысшими оценками, которых достигли лишь 1 % твоего потока, и ты знаешь различные факты, которые никого особо не волнуют.

Придурок.

Он расплывается в широкой улыбке.

И это ждет моих будущий детей. Прости, Коннор. Мои яичники только что высохли и умерли.

Прежде, чем я могу ответить Скотту что-то еще более гадкое, он добавляет,

— Где твое ожерелье?

Я хмурюсь, и мое сердце подпрыгивает от страха. Неужели я его потеряла? Я быстро касаюсь своей груди и расслабляюсь, как только подушечки пальцев проходятся по гладкой поверхности бриллиантовой подвески. Я даже опускаю взгляд, еще раз убеждаясь, что кулон на месте. Тонкая цепочка все еще висит у меня на шее.

Он просто пытается бессмысленно раздражать меня.

— Иди докучай кому-нибудь еще, — возмущаюсь я, — желательно, в какой-то другой вселенной. Может быть, ты воссоединишься со своими предками.

Я пытаюсь протолкнуться мимо него, но он преграждает мой путь.

— Я говорил о твоем другом ожерелье. С более чем одним бриллиантом.

— У меня много ожерелий с бриллиантами, Скотт, — отвечаю я, не осознавая насколько цинично и стервозно веду себя с ним, пока не становится слишком поздно.

— Не так много бриллиантов, как в этом, — говорит он, делая ко мне еще один шаг. — У этого внутренняя подкладка из кожи. — А затем Скотт уходит, опустив руки в карманы, неторопливо вышагивая прочь.

Я стою примороженная к месту, ошеломленная настолько сильно, что не могу заставить ноги двигаться вниз по ступеням.

Скотт говорил о моем ошейнике. Мой бриллиантовый ошейник.

Тот, который я одеваю лишь во время секса.

А у меня никогда не было секса вне спальни или в любом месте, где есть камеры.

Что-то не так.

Я чувствую, как начинают скручиваться мои внутренности.

Ужас смешивается с паранойей — тошнотворная комбинация, благодаря которой мои ноги сами по себе слабеют. Словно на автопилоте, я пытаюсь отбросить слова Скотта и заняться повседневными делами.

Завтрак. Ванильный йогурт с клубникой и гранолой, а затем я отправлюсь в Нью-Йорк, чтобы представиться перед новыми сотрудниками Кэллоуэй Кутюр.

Мои каблуки стучат по деревянному полу, когда я решительно шагаю к входной двери. Две ступеньки, и я останавливаюсь, беспокойные мысли крадутся обратно, несмотря на мое настойчивое стремление отмести их прочь.

Что, черт побери, ты делаешь, Роуз? Если Скотту известно что-нибудь, тебе нужно противостать ему. Или поговорить с Коннором. Я почти что разворачиваюсь, но вдруг слышу звуки телевизора из гостиной. Еще две ступени, и голоса становятся отчетливее.

— … главное событие. Еще один скандал с другой представительницей семьи Кэллоуэй, — говорит ведущий новостей. — На этот раз у нас имеется законное доказательство.

Дэйзи.

Что-то случилось с Дэйзи.

Я ускоряю шаг, мгновенно сбегая вниз по лестнице. Лорен, Рик, Лили и Дэйзи сидят вместе на диване, они повернуты ко мне спиной. Их взгляды устремлены в висящий над камином телевизор. Я тоже прохожу глубже в комнату, пытаясь разглядеть то, что показывают на экране.

— Ох, черт, — говорит Рик, первым замечая меня.

Лорен быстро хватает пульт дистанционного управления и выключает телевизор.

Я опускаю руки на бедра и враждебно смотрю на парня своей сестры.

— Мне не пять лет, Лорен, — возмущаюсь я. — Ты можешь включить новости, — особенно, если речь идет о Дэйзи.

— Нет, — говорит Ло, нервно сжимая пульт в руках. — Я лучше не буду этого делать.

Рик пробегается руками по своим каштановым волосам — явный признак того, что он тоже волнуется.

Лили и Дэйзи ютятся на диване, прикрывая руками свои губы и перешептываясь. Я хмурюсь и оглядываюсь по сторонам в поисках Бена, Саванны или Бретта, но операторов нигде не видно.

Это… странно.

И почему мои сестры ведут себя как сплетницы прямо передо мной.

Если только…

Я отказываюсь верить в то, что прямо у меня перед носом. Я все еще не хочу это принимать.

Мне удается подойти к Лорену и не свалиться на своих пятидюймовых каблуках. Они, как ни странно, помогают моему телу стоять вертикально, быть уверенной и чертовски готовой к чему бы то ни было. Я пытаюсь выхватить пульт из рук Ло, но он держит его крепко — словно мы играем в перетягивание каната.

Я хмурюсь.

— Отпусти, Лорен, если не хочешь, чтобы я вывихнула тебе руку.

Он прищуривает глаза.

— Ты еще не устала от всех этих пустых угроз?

Я поворачиваю его руку именно так, как Коннор учил меня во время занятия по самообороне, в ответ Ло морщится. Его захват слабеет, и я быстро отбираю пульт.

Массажируя свое плечо, он говорит:

— Сучка.

— Да, но я сучка с реальными угрозами, — я включаю телевизор. Как раз начало очередного новостного блока, и я замираю. Снова.

Будто приклеенная к полу. Слишком задеревеневшая, чтобы двигаться.

— Уверен, сейчас ты чувствуешь себя еще большей сучкой, — комментирует Лорен.

— Заткнись, Ло, — кричит на него Лили. — Роуз…

Я отмахиваюсь от нее и прибавляю громкости. Но заголовок внизу экрана и так очевиден. Тем не менее, мне нужно перечитать его пять раз, просто чтобы буквы проникли в мое сознание.

Секс-видео Роуз Кэллоуэй и Коннора Кобальта продано на порно сайт за 25 миллионов долларов

Порно сайт.

Секс-видео.

Я не продавала этого дерьма. Тот мелкий ублюдок подделал наши подписи для распространения порнографии? Прямо сейчас единственная радость в том, что я представляю Скотта за решеткой, потому что если воображу другую вещь — то, как все увидят трахающего меня Коннора — покалывание распространяется вверх по моим рукам, будто тысячи сороконожек.