Крис Вудинг – Туз Черепов (страница 101)

Между колоннами и за ними было навалено головокружительное количество оборудования и связанной вместе добычи. Ящики с пулями, сундуки с дукатами и цистерны с жидким аэрумом. Темные повозки затаились за горами запчастей. Около задней стены стояла огромная бронзовая голова, большая как человек.

Но их внимание привлекло то, что находилось посреди трюма. Там, на освобожденном для него пространстве, стояло устройство азриксов, то самое, которое уничтожило Флот Коалиции.

Фрей почувствовал, как в него начал заползать страх. Здесь, в брюхе «Делириум Триггер», оно казалось намного более зловещим, чем тогда, когда он видел его в первый раз. Злой гипнотизирующий свет лился из высокого цилиндра, бывшего его сердцем. Молния, которая вспыхивала внутри крутящегося газа, образовывала узор, какой-то хихикающий код, издевавшийся над ним. Похожий на кость материал, заключавший в себе цилиндр, казалось, вырос из него; какие-то ужасные опухоли ползли вверх по похожему на стекло постаменту. В четырех углах стояли медные башенки, на поверхности которых были вырезаны предупреждения на древнем языке.

Дверь, через которую они вошли, закрылась за ними, приглушив звуки дробовиков Самандры. Они повернулись; Крейк подбежал к двери.

— Код! — потребовал он. Крунд набрал код на кодовом замке. Ничего не произошло. — Они заперли нас здесь!

Атмосфера в комнате стала еще более зловещей, вокруг закружились тени, температура упала. Фрей медленно повернул голову и посмотрел через плечо. Из-за устройства азриксов появилась стройная фигура, наполовину освещенная прерывистым свечением, лившимся из цилиндра.

— Привет, Триника, — сказал он.

Глава 43

Восстать из мертвых — Командир Сило — Атака — Жалкая эпитафия

Глаза Сило приоткрылись

Он лежал на земле, лицом вниз. Холодный мокрый камень толкал его в щеку. Голова звенела как колокол, шея мучительно задеревенела, руки, ноги и тело полыхали болью.

Он не знал, что с ним произошло. Он, автоматически, попытался встать и закряхтел от боли, но отбросил ее в сторону и поднялся на колени. Усилие вызвало пульсацию в черепе, которая так же быстро растаяла, как и началась.

Мигая, он огляделся. Он стоял на коленях посреди разрушенного ландшафта; вокруг были только камень, пыль и огонь. Горячий ветер обдувал его дымом. Люди, покачиваясь, шли там и здесь, как странствующие проклятые души; они напоминали расплывчатые тени, выкрикивавшие непонятные слова.

Фрегат.

Воспоминание об огромном корабле, прокладывавшего к нему борозду, привело его на шаг ближе к пониманию произошедшего. Он находился на краю широкой но неглубокой траншеи, прорезавшей город. Совсем недалеко от него находилась гора из перекрученного металла, дымящаяся и извергающая пламя. На своем пути она уничтожила все здания. Дальний конец площади был разрушен полностью, но ближняя часть, в которую отбросило Сило, относительно не пострадала.

Значит, фрегат прошел мимо. Но не намного. И собрал тяжкую дань.

Ошеломленный, он поднялся на ноги. Ничто не казалось настоящим. Повсюду лежали тела, красные, черные и перекошенные. Безгубые разинутые челюсти показывали обожженные зубы. Пахло порохом и сожженной плотью.

Мимо него, стоная, прохромал Малвери. Похоже, доктор даже не заметил его. Вместо этого он опустился на колени в нескольких метрах от него, где среди остатков стены лежала обмякшая фигурка.

Его потрясенному мозгу потребовалось несколько секунд, чтобы расставить все по местам.

Ашуа.

Озабоченность и тревога заставили его сдвинуться с места. На свинцовых ногах он добрался до Малвери. Расстояние полностью лишило его сил; ему пришлось опять упасть на колени. Сила вышла из его тела. Ее выбили из него вместе с мозгами.

Малвери взял Ашуа в руки и, поддерживая ее плечи и голову сгибом локтя, щупал пульс на горле. Кровь запятнала ее короткие рыжие волосы и стекала по татуированному лицу; кожа была мертвенно-бледная и грязная.

— Давай, давай, давай, — яростно бормотал Малвери, разбитые очки все еще висели на его носу-картошке. Он хлопнул ее по лицу. — Не играй со мной в свои игры. Ты не померла. Неееет!

Он оглянулся, словно в поисках помощи, и нашел Сило.

— Я не могу найти, где ее ударило, — хрипло сказал он близким к панике голосом и откинул ее волосы, пытаясь найти рану. Он был в шоке, как и Сило. — Я не могу найти рану!

Сило просто глядел на нее. Она не шевелилась. Малвери вытянул шею и поискал среди ходячих призраков, окружавших их, словно кто-то из них, более квалифицированный, чем он, мог ей помочь.

— Док… — прохрипел Сило. Его горло чувствовало себя так, словно его обожгло.

— Мне кажется, ей могло расколоть череп, — пробормотал Малвери. — Мне кажется, здесь должна быть трещина.

Он положил большую руку на ее голову и неловко ощупал ее. При этом прикосновении, Ашуа взбрыкнула и выпала из его хватки. Малвери ахнул и попытался опять взять ее в руки, но она не далась, лягнула его ногой, отползла в сторону и, наконец, уселась на задницу, держа руку на голове.

— Ой! — многозначительно сказала она, сердито глядя на Малвери. — Это чертовски больно.

— Ты жива! — с восторгом крикнул Малвери.

— Еще бы, — сказала Ашуа. Ее язык заплетался, и она говорила, словно пьяная. — Но, кажись, не должна. — Она, как во сне, посмотрела кругом. — Нас ударил ползун?

Малвери засмеялся, подошел к ней и неуклюже обнял. Она мигнула, когда он сжал ее, но не стала протестовать, положила голову ему на плечо и разрешила себя держать.

Сило опять встал на ноги и на этот раз обнаружил, что в ногах прибавилось силы. Чувство нереальности происходящего постепенно уменьшалось; он приходил в себя. Он должен что-то сделать, но он никак не мог вспомнить, что.

Над ним, через плавающую в воздухе черную дымку, он видел большую крутящуюся воронку и взрывы, глухие и далекие. Они вообще не казались частью мира, который он занимал здесь, на земле. Но чем дольше он глядел на небо, тем больше куски головоломки становились на место.

Пробужденцы были, по большей части, рассеяны и уничтожены, но сердце колонны еще держалось. Дюжина потрепанных фрегатов неподвижно висела в воздухе вокруг флагмана, зажатая кораблями самарланцев. Но самми их больше не атаковали; вместо этого они защищали их от манов, нападавших с фланга, причем ужасные дредноуты манов все еще прибывали. Колонна пробужденцев еще сражалась, но ей не хватало руководства и тактических идей. Они могли только слегка беспокоить суда, окружившие их.

«Почему самми помогают пробужденцам?» — подумал Сило, но тут же ответил сам себе: у пробужденцев устройство азриксов. Самми должны знать, что пробужденцы держат его в сердце флота, и не хотят, чтобы маны его уничтожили. Самми хотят, чтобы зенитки не работали, пока они не высадят десант и не нейтрализуют их. При этом они согласны понести некоторые потери.

«Орудия», — подумал он и, внезапно, вспомнил все. Он побежал через взорванную площадь, переступая через обломки зданий и части тел.

Оставалась только одна надежда. Орудия. Пробужденцы вышли из игры, так что сейчас за превосходство в небе сражаются маны и самми. Как только кто-то из них победит, он опустится на город и захватит его. Самарланцы с их войсками или завывающая орда манов. Рабство или превращение. Не слишком большой выбор.

А что вообще делают здесь маны? Он не знал; не знал и того, кто призвал их. Но если бы не они, сейчас над городом кружили бы только самми. Вторжение манов могло дать Коалиции время, в котором они нуждались.

— Отступаем! — крикнул кто-то не очень далеко от него. — Отступаем во дворец!

Сило нахмурился, не уверенный, что правильно разобрал слова. Окровавленный молодой солдат проковылял мимо него; его форма была разорвана, раненую руку он прижимал к себе. Сило схватил его за плечо.

— Куда ты собрался? — спросил он.

Солдат изумленно посмотрел на него.

— Во дворец, — сказал он так, будто все было ясно.

— Ты собираешься обратно? — удивился Сило. — Ты уже захватил пушку, а?

Солдат посмотрел на разрушенный город вокруг себя.

— Иду обратно во дворец, — беспомощно пробормотал он.

— Они там окопались, ты, сумасшедший чертов муртианин, — сказал другой солдат. — Дай ему пройти.

Сило отпустил раненого, и тот захромал прочь. К нему обращался человек лет двадцати семи, с короткими усами и толстой копной черных волос, растрепанных в сражении. Он выглядел относительно невредимым.

— Ты видел командира? Любого из сержантов? — спросил солдат.

— Нет, — ответил Сило. — Где пушка?

— Там, — ответил солдат, указывая на уничтоженную площадь. Через языки пламени можно было рассмотреть дуло противокорабельной пушки, торчавшее вверх. — Они окопались рядом с ней, разве ты не слышал? Они отступили по этой дороге и закрыли чертовы ворота.

Сило невозмутимо посмотрел на него.

— Покажи мне, — сказал он.

То ли из-за тона его голоса, то ли из-за решительности в глазах, но солдат сделал то, что ему сказали.

— Пошли, — сказал он и повел Сило прочь.

— Отступаем! — продолжал кричать кто-то за ним. — Собраться здесь! Мы отступаем во дворец! — Они увидели бесцельно бредущего голема. Смутно различимый великан шел, постоянно меняя направления, в поисках врага.

Солдат, который назвался Элтенби, провел Сило через развалины и тела. На дальнем конце площади находилась полоса дымящихся обломков — все, что осталось от ряда великолепных зданий. За ней находился небольшой холмик, на вершине которого стояла противокорабельная пушка, окруженная стеной. Она избежала разрушения. Короткий чистый подъем вел к воротам.