Крис Уэйнрайт – Кольцо власти (страница 57)
— Да, — подтвердил Ивар, — я рос там с самого детства.
— Кроме слуг, много благородных людей живет в замке?
— Остался только доверенный человек герцога Эрленд, — помрачнев, ответил оруженосец. — Как ты знаешь, мой отец и сестра мертвы…
— Да, негусто, — заметил капитан. — И толком узнать не у кого. С черни спрос какой, — он ткнул острием ножа в столешницу, — их хоть сожги, ничего не узнаешь. Тупы и непонятливы. Будут нести всякую чушь.
— Еще в замке сейчас находятся несколько наемных солдат, — вспомнил Ивар, — Правда, их командир куда-то исчез, но солдат ты сможешь допросить. Народ тертый и опытный. Не крестьяне.
— А, — махнул рукой Штальхорст, — они вряд ли что скажут. Знаю я этих псов войны. Сражаться они мастера, а остальное их не касается. Отрабатывают только то, за что им платят. Хозяин! — крикнул он.
Хозяин двора, двигаясь бочком, робко приблизился к столу гвардейцев.
— Молодая женщина не проезжала в сторону столицы дня два назад?
— Да несколько проехали, — испуганно ответил тот.
— Меня интересует женщина верхом в сопровождении одного или двух мужчин.
— Нет, не припоминаю, — покачал головой хозяин. — Были путешественницы в колясках. Благородные женщины, сразу видно. Сейчас посмотрю в подорожной книге.
— Не надо, — усмехнулся капитан. — Она вряд ли потрудилась записаться. Иди, — махнул он рукой.
— Ты молодую герцогиню хорошо знаешь? — снова продолжил он разговор с Иваром. — Я спрашиваю не просто так, — добавил он, видя, что молодой человек нахмурился. — Король приказал мне опираться на твою помощь. Он сказал, что тебе можно доверять.
— Я знаю ее с детства, — польщенный оказанным ему доверием, ответил Ивар, — но последние два года мы не виделись, потому что она воспитывалась в монастыре и совсем недавно вернулась из Пуантена.
— В монастыре? — переспросил удивленный капитан. — Там что же, учат метать кинжал? Ведь она ухлопала твоего отца одним ударом, — с восхищением произнес он, но, взглянув на собеседника, поперхнулся, — извини, я не хотел…
— Ладно. Я не знаю, где она этому научилась, — снова помрачнел молодой человек, — но помню, что Эрленд еще в детстве учил ее многим приемам военного дела: скакать на коне, фехтовать, стрелять из лука.
— Эрленд, Эрленд… — задумчиво повторил капитан. — А почему он учил ее?
— Как почему? — не понял Ивар. — Его и взяли в свое время воспитателем герцогини.
— Вот в чем дело, — хмыкнул Штальхорст. — Они до сих пор в хороших отношениях?
— Полагаю, да.
— Тогда вызовешь его ко мне сразу же, как прибудем в замок, — сказал капитан. — А сейчас всем спать! — обратился он к своим солдатам. — Завтра встаем очень рано — к вечеру мы должны быть Хельсингере.
Дверь в дом Краутвурста была открыта. Двое слуг Бьергюльфа осторожно заглянули внутрь. — Эй! Есть кто-нибудь?
Ответа не последовало, и они, вытащив сабли, вошли в прихожую. В доме стояла мертвая тишина.
— Есть кто? — повторил один из приехавших, постучав в дверь. — Никого, — сказал он спутнику, — войдем?
Он раскрыл дверь и сразу же увидел привязанного к лавке полузадохнувшегося Краутвурста.
— Давай быстро. — Он поманил своего товарища.
Они развязали пленника, я, поскольку колдун не держался на ногах, усадили его в кресло.
— На, выпей. — Один из слуг протянул Краутвурсту флягу с вином.
Колдун жадно глотал из фляги. Его руки дрожали, и жидкость текла по подбородку, пачкала рубаху, но Краутвурст этого не замечал. Его кадык под тощей слипшейся бороденкой двигался в такт глоткам с равномерностью ткацкого станка.
— Где он? — хрипло спросил колдун, тяжело дыша, как после долгой работы.
— Кто? — одновременно спросили посланцы герцога. — Мы здесь никого не видели.
— Ну и ладно. — Краутвурст решил не посвящать прибывших в происшествия, случившиеся прошлым вечером. — Герцог послал вас?
— Он велел сразу же возвращаться, — сказал один из слуг. — Сразу же, — твердо подчеркнул он, — так что будем скакать ночью.
— Хорошо. — Колдун с трудом поднялся на ноги. — Подождите немного, я соберусь.
Краутвурст, насколько ему позволяли занемевшие от длительной неподвижности ноги, поспешил в другие комнаты дома. Увидев отодвинутый сундук в спальне, он все понял, и на его тонких губах зазмеилась улыбка. Но тут же спохватился и, открыв сундук, ощупал его заднюю стенку.
Затем выпрямился и вытер пот с лица: варвар не обнаружил тайник! Приоткрыв люк, колдун убедился, что сработала его тайная задвижка, перекрывавшая вход в подземелье. Внутри у него все ликовало: птичка сама залетела в западню!
— Эй! — отодвинув зеркало, крикнул он в образовавшееся отверстие. — Киммериец! Ты еще не сдох там в подвале?
Ответа не последовало, потому что варвар решил не вступать в разговор с колдуном, потихоньку продолжая скрести шов.
Одну плиту он уже вынул, и осталось совсем немного, чтобы довершить дело со второй. Тогда можно будет прорыть ход в земле и выбраться через пол какой-нибудь из комнат.
«Только бы не вздумал спускаться сюда, — думал варвар. — Превратит в курицу или ошметок дерьма, и все пропало».
— Я знаю, что ты здесь! — захохотал довольный колдун. — Через деньков пять вернусь, сделаю из тебя чучело, киммерийская собака!
— Заткнись, ублюдок! — раздалось из отверстия. — Я тебя намотаю на палку от метлы, только попадись мне в руки!
— Ха-ха-ха! — залился довольным смехом Краутвурст. — Отдохни теперь ты, мешок с дерьмом! Только отдыхать-то тебе осталось недолго…
Он быстро собрал необходимые вещи и не отказал себе в удовольствии еще раз подойти к отверстию, чтобы насладиться властью над пленником.
— Эй, варвар! — позвал он. — Подожди несколько дней, киммерийская крыса, и я сделаю тебя счастливым!
Внизу молчали. Краутвурст, махнув рукой, вышел из спальни.
«Пусть сидит там, пока не сдохнет, — удовлетворенно подумал он, — И руки пачкать не надо, сам отправится на Серые Равнины!»
Слуги Бьергюльфа с удивлением вытаращили глаза на вошедшего к ним веселого, довольного колдуна, который лишь некоторое время назад с трудом передвигал ноги и имел весьма бледный вид.
— Вперед! — бодрым голосом позвал он своих сопровождающих. — Герцог не любит ждать!
Два дня прошло, а ни Конан, ни Эрленд не появлялись. Хайделинда почти не покидала поляны, где киммериец устроил свой лагерь. Она изредка углублялась в лес, подходя к ручью и прислушиваясь, нет ли движения на той стороне протоки, но только шелест веток, колышущихся под порывами ветра, журчание воды и пение птиц нарушали тишину леса. Хайделинда уже начала беспокоиться, когда вдруг за шуршанием листьев различила треск ветвей и, как ей показалось, голоса людей. Это насторожило девушку, тем более что в общем шуме ей послышался лай собак. Крадучись, Хайделинда пробралась сквозь кустарник к берегу речки, русло которой в этом месте слегка изгибалось. Слух ее не подвел. Через мгновение она увидела мелькнувшее на другом берегу рыжее пятно, потом еще и еще — это сквозь нависавшие над водой ветки ив были видны мелькающие в зарослях псы. Они лаяли, подгоняя друг друга и временами останавливались, поджидая хозяев. Скоро в просветах между растительностью девушка увидела и несколько человек, в одном из которых узнала старшего егеря герцога Бьергюльфа.
«Ищут меня. — У Хайделинды не было сомнений, что вся охотничья свора направлена в лес, чтобы отыскать ее и привести обратно в замок, — Но как они нашли это место? Конан сказал, что сам Нергал не смог бы разнюхать наше убежище!»
Времени на особые раздумья на оставалось. Хайделинда бросилась к противоположной стороне островка. Вскоре охотники с собаками переберутся сюда, и тогда ее ничто не спасет. Лай и крики несколько удалялись от нее вниз по течению ручья, но девушка знала, что это ненадолго: достигнув места, где обе протоки сливаются в одном русле, охотники неминуемо захотят обыскать весь островок. Что делать? Она преодолела пригорок, пробежала поляну, где стоял шалаш, и, с трудом продравшись сквозь поваленные давней бурей стволы гигантских елей, выглянула из зарослей густого кустарника на противоположный берег островка. Здесь русло речушки расширялось, образуя нечто вроде маленького озерца. По берегам заводи в изобилии росли водяные растения, высокий тростник почти скрывал другой берег.
Лай собак вновь послышался где-то позади нее. Хайделинда в растерянности спустилась к длинному песчаному берегу заводи.
«Перебраться на ту сторону? — пыталась найти выход девушка. — Бесполезно… Мне не убежать от своры собак, идущих по следу. Да и десяток здоровых мужчин, опытных охотников, вряд ли оставят мне шанс на спасение»,
— Она была здесь! — услышала герцогиня совсем недалеко радостный возглас.
— Прочесать весь островок! — раздалась команда. — Девчонка не могла уйти далеко. Она где-то рядом.
Решение, как всегда, пришло неожиданно. Хайделинда вошла в воду и, сделав несколько шагов, поплыла через протоку, направляясь к тростникам, занимавшим большую половину заводи у противоположного берега. Вода была прохладная и свежая, ее мягкие струи обволакивали тело, принося успокоение. Девушка, оглядываясь на покинутую песчаную косу, и напрягая все силы, чтобы успеть, поплыла к зарослям. Меч, с которым она не рассталась, тянул ее вниз, но молодая герцогиня прекрасно плавала. Заводь раскинулась широко, до тростников оставалось локтей пятьдесят, а то и больше, и она торопилась скрыться за спасительной стеной зеленовато-желтых растений. Последний гребок, и под ногами почувствовалось песчаное дно. Еще два-три шага — и вот они, упругие и скользкие на ощупь стебли. Хайделинда успела протиснуться в глубь зарослей и застыть там без движения, когда на покинутую ею песчаную косу выбежали собаки и несколько охотников. Частокол стволов закрывал от нее происходящее, но она хорошо слышала крики людей: