Крис Сойер – Проект 21 (страница 2)

Обычно я всегда спал очень крепко, не просыпаясь из-за маленьких неудобств. Но этой ночью я очнулся из-за того, что рука затекла из-за неудобной позы. Улегшись получше, я попытался заснуть снова, но почему-то ничего не получалось. Сон как будто пропал, и как я ни старался, даже задремать не мог. Еще и жутко хотелось есть, я же даже не ужинал. Как пришел, сразу спать завалился.

Пришлось вставать и тащиться на кухню. На плите еще стояла картошка пюре с котлетой. Я наложил себе, разогревать, правда не стал, зная, что все равно не смогу этого сделать. Пока ел, вспомнил вчерашний день и спросил:

– И что? Долго мне еще мучиться? Когда я технику понимать буду? Вы когда меня слушаться начнете?

Конечно, мои ответы остались без вопроса. Я почувствовал себя глупо, разговаривая с приборами в пустой квартире. Быстро доев холодную картошку, я поставил все в раковину, решив вымыть позже, и направился в ванну. Хотелось умыться и привести себя в порядок. Спать совсем не тянуло, и можно было что-то почитать.

С такими мыслями я дошел до туалета, потом почистил зубы, а когда выключал свет в ванной, увидел, что стиралка включена в розетку. Мама всегда ругалась, если кто-то из нас так делал, и я понял, что это папа забыл отключить. Вздохнув, я нагнулся к розетке и слегка влажными руками потянул вилку из розетки. Через мгновение меня ударило током, и я упал на пол без сознания.

***

Мне снился странный сон – сначала я оказался в неизвестном месте. Там царил абсолютный мрак, и я даже физически мог ощутить его и как будто потрогать темноту. Пару минут вокруг меня было тихо, а затем я стал различать голоса. Они были разными – свистящие и шипящие, вкрадчивые и мягкие, грустные и веселые. Кто-то кричал, другие говорили почти шепотом, у третьих были настолько невыразительные голоса, что я даже не обращал на них внимания.

Все они говорили одно – «Он здесь!». Их голоса переливались и смешивались друг с другом, давя на нервы и вызывая у меня страх и в то же время любопытство.

– Кто здесь? – закричал я, больше не в силах выдержать это напряжение.

– Он очнулся, – сказал чей-то повелительный голос. – Замолчите!

Картинка сменилась, и я уже был не в темноте, а шел по какой-то длинной дорожке, похожей на лесную тропинку, только кругом были не деревья, а вспыхивающие круги самых разных размеров и окраски. После полного мрака эти яркие мерцающие круги причиняли боль глазам, и я часто жмурился, идя по тропинке, поэтому я и не заметил странное существо, катившееся мне навстречу.

– Дима! – позвало оно меня. – Дима, очнись!

Я резко остановился и помотал головой, пытаясь сосредоточиться на нем, но все вокруг расплывалось и не имело четких очертаний. Я только видел большой рот и красивые зеленые глаза существа, потом они моргнули и все окончательно расплылось.

Я очнулся уже дома и понял, что лежу на полу – часть тела в коридоре, а все остальное в ванной. Поясница сильно затекла, потому что я лежал на пороге. А в дверь нещадно звонили, еще и стучали кулаками.

– Дима! Открой! Просыпайся! – слышался голос моей сестренки, и я тут же бросился к двери.

Ну, как бросился, доковылял на затекших ногах, держась за поясницу. Вика стояла и сердито смотрела на меня. Наша дверь снаружи ключом не открывалась, если ее закрывали изнутри, так что ее возмущение можно было понять.

– Ты чего, спал? Димка, ну ты и дрыхнешь! Я уже пятнадцать минут под дверью стою. Хотела маме с папой уже звонить.

Она прошла в квартиру, обиженно отодвинув меня в сторону. Я пожал плечами и закрыл за ней дверь. Случайно бросил взгляд в зеркало, оттуда на меня смотрел заспанный парень с всклокоченными волосами и немного диким взглядом.

– Ты бы хоть причесался! – бросила Виктория, выйдя обратно в коридор из своей комнаты. – А то смотреть на тебя страшно.

– Ты и не смотри! – я показал ей язык. – Вообще, будешь много разговаривать, я сам твое мороженое съем!

– Какое мороженое? – Вика бросилась к холодильнику. – Эй, тут ничего нет! Зачем обманываешь?

– Я в магазин пошел! – крикнул я сестре из комнаты. Мне ужасно хотелось чего-то холодненького.

– Мне шоколадное купи!

– А волшебное слово?

Я вышел из своей комнаты уже одетый и подмигнул ей. Волосы удалось пригладить, и я решил никому не рассказывать о том, как меня ударило током. Тем более я осмотрел розетку и понял, что с ней все в порядке. Скорее всего, это моя невезучесть, подумал я и решил не пугать родителей лишний раз.

– Волшебное слово… – Вика задумалась на минуту, а потом обаятельно улыбнулась. – Я же твоя младшая любимая сестренка!

– Так нечестно, – я засмеялся, – там слишком много волшебных слов.

Несмотря на подколы, мы с Викой любили друг друга. Впрочем, делить нам было нечего. Я был уже большим, когда она родилась, и любил с ней возиться. А она всегда отвечала мне обожанием и помогала с техникой, если это было нужно.

Идя по улице, я внезапно понял, что смотрю на мир как-то по-другому. Вроде все стало ярче и чище, хотя может, это после вчерашнего дождя мне так казалось. Я шел и вдыхал свежий воздух полной грудью. В магазине мне повезло, и очереди не было.

Уплетая мороженое, я шагал домой и наслаждался жизнью. Еще вчера все виделось мне в мрачных цветах, и я чуть ли не поссорился с друзьями, но теперь я думал, что они же не хотели ничего плохого. Я же и сам смеялся над своей особенностью. Так что не надо было сердиться на ребят.

– Димка, я пойду погуляю? – Вика схватила мороженое и заглянула мне в глаза.

– Иди, там погода классная, – улыбнулся я, не заметив недоуменного взгляда Виктории.

Она покосилась в окно, где все еще было немного пасмурно, а на улицах были лужи. А я спохватился:

– Только далеко не отходи! Во сколько придешь?

– Димка, ты «маму» не включай, – засмеялась Вика, но все же сказала. – Я на пару часов. Мы с Леной хотели по торговому центру погулять.

– А чего не на улице? – я вскинул брови.

– Ну, как бы скоро опять пойдет дождь, – хмыкнула Виктория. – Да и грязно там.

Я не стал спорить с ней, у девчонок ее возраста свое мнение на все вопросы. Я закрылся за Викой, почувствовал голод, разыгравшийся после мороженого, и опять пошел на кухню. Теперь пришлось обойтись бутербродами, потому что готовить мне не хотелось. Я с опаской включил чайник, но тот, как ни странно работал нормально.

Во время обеда я услышал странный мужской голос, донесшийся из комнаты:

– Ну вот, теперь можно и поговорить!

Я даже подавился бутербродом, а когда откашлялся, бросился в комнату. Там никого не было! Пришлось полазить по шкафам и даже залезть под кровать, но здесь был только я.

– Что происходит? Вика, это твои штучки?!

Я разозленно осматривал комнату, думая, что сестренка решила приколоться. Она любила всякие шутки, но обычно они были безобидные.

В конце концов, я обыскал всю квартиру, но все было спокойно. Я был дома абсолютно один. Сердито окинув свою комнату взглядом, я пошел на кухню. Хотелось спокойно поесть, чтобы мне не мешали. Но стоило мне усесться за стол и откусить от бутерброда, голос заговорил опять:

– Дима, как ты себя чувствуешь?

– Что? – я вскочил на ноги. – Кто здесь? Вика, кончай прикалываться! Это уже не смешно!

Но сестра ушла к подруге и ее веселого хихиканья, как при всех ее шутках не прозвучало. Я прошелся по комнатам, заглянув в каждый уголок, и даже обыскал кладовку. Но опять никого не нашел…

– Не там ищешь! – опять раздался голос.

Мне даже стало страшновато, и я обеспокоенно взял в руки швабру. Конечно, она не могла меня защитить, но это было единственная вещь, более-менее подходящая под оружие.

Я стоял в прихожей и когда раздался стук в дверь позади меня, я даже подпрыгнул. Нервы были напряжены до предела.

– Кто там? – я крепко держал швабру.

– Дима, это мы, открывай, – раздался голос отца.

Конечно, они тут же стали спрашивать, почему у меня швабра в руках.

– Ты что, в охотника играл? – засмеялся отец, намекая на то, как я в пять лет бегал с веником по комнатам, во что-то играя.

– Нашел что вспомнить, – фыркнул я, стараясь убрать из голоса страх. – Я убраться хотел, а тут вы стучите.

– Сынок, а ты чего такой взъерошенный? – мама покачала головой.

Я посмотрел на себя в зеркало – волосы, как и утром, стояли дыбом, а глаза сверкали.

– Да, так, – пожал я плечами и перескочил на другую тему. – Как отдохнули? Как там дядя Стас и тетя Лида?

Мама тут же стала увлеченно рассказывать, а отец дополнял ее, что-то выкрикивая из другой комнаты. Я слушал их вполуха, размышляя над тем голосом.

– Дима, – позвала меня мама.

– Что?

– Я уже три раза тебя спросила! Где Вика?

– А-а, – протянул я, – она гулять ушла с Леной.

– Ладно, – мама как-то странно посмотрела на меня и спросила, – как ты себя чувствуешь? Ты какой-то странный.

Не хватало еще им про голос рассказать, подумал я. И так странностей хватает.