Крис Риддел – За Темными Лесами (страница 10)
— Если ты попал в колыбельную рощу, то видишь то, что угодно этим деревьям, пока не станет слишком поздно. Какая удача для тебя, что я вовремя вылупилась из кокона.
Над птицей висел, раскачиваясь, огромный кокон, похожий на выстиранный носок на бельевой веревке.
— Ты отсюда вылупилась? — спросил мальчик.
— Ну конечно! — ответила Птица-Помогарь. — А откуда же еще? Ах, мальчик мой, тебе еще многому надо научиться. Вихрохвост был прав.
— Ты знаешь Вихрохвоста? — Прутик раскрыл рот от удивления. — Но я не понимаю, как…
Птица-Помогарь нетерпеливо застрекотала.
— Вихрохвост спит в наших коконах и видит сны, которые мы видим, — объяснила она. — Да, я знакома с Вихрохвостом и со всеми другими птицами моего рода. Нам снятся одни и те же сны.
— Жаль, что Вихрохвоста нет с нами сейчас, — печально промолвил Прутик. — Он бы знал, что мне делать. — У него стучало в висках от гудения колыбельных деревьев. — Я ни на что не гожусь, — вздохнул он. — Понимаю, что это жалкое оправдание для лесного тролля. Я сбился с тропы и заблудился в лесах, но мне некого в этом винить, кроме себя. Лучше бы Черепушка разорвал меня на мелкие кусочки, и тогда наступил бы конец мучениям!
— Ну, ну, — утешала его Птица-Помогарь, спрыгнув на землю рядом с ним. — Знаешь, что сказал бы тебе Вихрохвост?
— Я
— Он сказал бы вот что, — продолжала Птица-Помогарь. — Если ты сбился с нахоженной тропы, то проложи свою, чтобы другие пошли за тобой. Твоя судьба лежит далеко за Дремучими Лесами.
—
— Каждый лесной тролль ходит только по тропе, — мягко возразила Птица-Помогарь. — Может быть, для лесных троллей и нет ничего, кроме Дремучих Лесов. А для тебя — есть.
И тут Птица-Помогарь, громко хлопнув иссиня-черными крыльями, вспорхнула с ветки и взмыла в воздух.
— Постой! — закричал Прутик. Но было поздно. Огромная птица, махая крыльями, уже летела над деревьями. Прутик, чуть не плача, глядел ей вслед. Он чуть не зарыдал, но подавил слезы в страхе, что еще кто-нибудь из жутких обитателей Дремучих Лесов услышит его.
— Ты присутствовал при моем рождении, и теперь я всегда буду наблюдать за тобой! — крикнула издалека Птица-Помогарь. — Если я понадоблюсь тебе, то окажусь рядом!
— Ты мне и сейчас нужна! — мрачно пробормотал Прутик.
Он пнул ногой дохлого Черепушку. Раздался долгий заунывный стон. Или это ветер прошумел в колыбельных деревьях? Прутик не стал это выяснять. Он выбежал из колыбельной рощи и стремительно направился в самое сердце мрачных, зловещих Дремучих Лесов.
Прутик остановился лишь тогда, когда густая тьма упала на чащу и не стало видно ни зги. Он встал, положив руки на пояс и уронив голову. Пытаясь отдышаться после долгого бега, он пробормотал:
— Я боль… ше… не… мо… гу… Не могу больше.
Но ему пришлось сделать еще несколько шагов: надо было поискать место поспокойней, чтобы устроиться на ночь. Рядом росло дерево с мощным стволом и развесистой зеленой кроной, где можно было бы укрыться от непогоды. Прутик собрал охапку сухой листвы и накидал ее в углубление между корней. Затем он лег на самодельный матрас и, свернувшись калачиком, закрыл глаза.
Из ночной чащи доносились какие-то всхлипы, завывания и стоны. Прутик прикрыл ухо ладонью, чтобы не слышать их.
— Все будет хорошо, — сказал он сам себе. — Птица-Помогарь обещала следить за мной.
И с этими словами мальчик погрузился в сон, не подозревая, что Птица-Помогарь уже находится в компании лесных нимф за много-много миль от него.
ГЛАВА ПЯТАЯ
ДУБ-КРОВОСОС
Сначала мальчику показалось, что кто-то его щекочет во сне. Он смахнул надоевшее насекомое и, почмокав сонно губами, повернулся на другой бок. Устроившись уютно на сухих листьях, Прутик спал и со стороны казался совсем маленьким и беззащитным.
Ему снова было щекотно от того, что к нему прикасалось какое-то тоненькое извивающееся существо. Когда Прутик опять задышал ровнее, оно снова стало выписывать зигзаги прямо перед его лицом. Оно гнулось во все стороны и заворачивалось кольцами прямо в теплой струе воздуха, выходящей у него изо рта при выдохе. И вдруг это создание сделало резкий бросок вперед и стало ощупывать кожу у губ мальчика.
Прутик застонал во сне и снова отмахнулся от надоедливого мучителя. Извивающееся создание, извернувшись, проползло меж его тонкими пальцами и стремительно скользнуло в темный, теплый тоннель!
Внезапно проснувшись, Прутик резко сел. Сердце у него колотилось. Он почувствовал, что кто-то забрался ему в левую ноздрю! Он тер свой бедный нос и сморкался, пока слезы не навернулись у него на глаза. Что-то живое зашевелилось, заскреблось у него в носу, и вдруг, сделав рывок, выскочило наружу! Глаза у Прутика чуть не вылезли из орбит от боли. Он жалобно захныкал. Сердце его забилось еще сильней. Кто это? Что это такое? От страха и голода у Прутика сделались спазмы в желудке.
Боясь даже взглянуть на странное существо, Прутик приоткрыл один глаз и сквозь щелочку стал изучать его. Перед ним мелькнуло нечто похожее на изумрудно-зеленую молнию. Опасаясь худшего, мальчик на четвереньках отполз подальше от этой гадости. В следующую секунду он, поскользнувшись, уже катился куда-то вниз. За спиной он увидел еще мрачное, но уже светлеющее небо. Занимался рассвет. Вихляющееся зеленое существо замерло на месте.
— Какой же я дурак! — пробормотал Прутик. — Это же просто гусеница!
Откинувшись назад на локтях, он стал всматриваться в темную листву над головой. За черными ветвями небо из коричневого становилось красным. В Дремучих Лесах было тепло, но ноги у мальчика промокли от утренней росы. Пора было двигаться дальше.
Прутик встал на ноги и принялся вытаскивать веточки и сучки из шкуры ежеобраза, как вдруг — ЩЕЛК — ЩЕЛК! — в воздухе раздался звук свистящего хлыста. Прутик оцепенел: изумрудно-зеленая гусеница кинулась на него и стала кольцами обвивать его запястье — и раз, и два, и три…
— Ой-ой-ой! — закричал он, когда острые шипы впились в кожу.
Извивающееся зеленое существо вовсе не было гусеницей. Это было ползучее растение, изумрудно-зеленый ус ядовитой смоляной лозы, которая, раскачиваясь и свисая с ветвей, как питон, рыщет по лесу в поисках теплокровной жертвы.
— Отпусти меня! — завопил Прутик, неистово пытаясь сорвать с себя толстые зеленые кольца лианы. — ОТПУСТИ МЕНЯ!
Он тащил и тянул гибкий стебель, но острые шипы лишь глубже впивались в кожу. Ойкнув от боли,
Прутик в ужасе увидел, как алые капли крови одна за другой стекают по руке.
Подул сильный ветер, взъерошив ему волосы и растрепав мех на шкуре ежеобраза. Он разнес по тенистому лесу сладковатый запах крови. И тотчас же мальчик услышал, как в темноте алчно заклацали острые зубы неведомых зверей, поджидавших добычу. Затем ветер переменился, и мальчика затошнило от запаха гнили.
Он царапал и щипал лозу, он кусал ее, рвал зубами и выплевывал куски, трепал ее и гнул в разные стороны, но она чересчур крепко оплела его руку. Ему никак не удавалось освободиться от ее мощной хватки.
Внезапно лоза, сделав мощный рывок, потащила его за собой.
— Плюх! — пробормотал он, рухнув на землю, и рот у него сразу же забился коричневатым жирным суглинком. У него был привкус колбасок из тильдятины, но кислый и тошнотворный. Прутика вырвало. Сплюнув в последний раз, он закричал: — Стой!
Но смоляная лоза тащила свою жертву по валунам и корягам, по крапиве и бродячим водорослям.
Прутик знал, что синяки и царапины — сущая ерунда по сравнению с тем, что ожидает его. Когда его волокли мимо гребенчатого куста, он в отчаянье ухватился за ветку в надежде спастись. Куда же запропастилась Птица-Помогарь, которая так нужна сейчас?
На секунду смоляная лоза зацепилась за какую-то корягу. Она взвизгнула от охватившей ее ярости, и по всему ее длинному телу прокатились волны негодования. Прутик что было сил ухватился за ветки, но лоза была сильнее. Куст выпрыгнул из земли, и Прутика снова потащили, еще быстрее, чем прежде.
Он все время натыкался на твердые белые кочки, больно впивавшиеся в тело. Их становилось все больше. Внезапно Прутик чуть не задохнулся от ужаса. Это были части скелетов: кости, лопатки и оскаленные черепа с пустыми глазницами.
— Нет! Нет! Нет! — что есть мочи завопил Прутик. Но в воздухе висела мертвая тишина, и крики его тонули в кроваво-красном мареве.
Вертя головой во все стороны, Прутик вглядывался в густую тень, обступавшую его со всех сторон. Впереди он заметил толстый шершавый ствол. В том месте, где он рос, земля была густо усеяна черепами.
Дерево пульсировало и покряхтывало. Оно блестело от липкой слюны, стекающей с бесчисленных присосок. Высоко над ним, где редели ветви, Прутик услышал жадное клацанье зубов, и этот звук становился все громче и громче. Прутик догадался, что его приволокли к смертоносному, хищному дубу-кровососу.
«Где нож?» — лихорадочно подумал Прутик, когда зубы заклацали еще громче, воздух наполнился зловонием, а кряхтение перешло в голодное урчание.
Он лихорадочно провел рукой по поясу и нащупал рукоять именного ножа. Затем резким движением Прутик выхватил его из ножен, занес руку над головой и с силой рассек лиану.