Крис Райт – Крипты Терры: Прогнивший Трон (страница 8)

Кроул откинулся на спинку кресла, задумчиво глядя в смотровую щель. Тарквезин начал действовать, и по мышцам инквизитора прокатились первые спазмы.

Транспорт выехал из крепости через перекрытые аркой ворота и направился через мост к раскинувшимся впереди рокритовым джунглям. Вскоре их со всех сторон окружил плотный поток транспорта — рудовозы, гусеничные пассажирские машины, транспорты снабжения Астра Милитарум. Все они пытались протолкнуться вперед по магистралям, соединявшим между собой башни шпилей.

Анила, умело лавируя, вывела машину на одну из специальных дорог, зарезервированных под использование особо важными органами Империума, и вскоре они уже с ревом неслись по сложной структуре высоких мостов, растянувшихся над оставшейся внизу бесконечной пробкой. По обе стороны дороги стояли статуи святых, с ног до головы покрытые копотью. Их лица растрескались и осыпались так сильно, что разобрать детали стало невозможно.

Вверху, в небесах, клубились облака пыли, сквозь которые время от времени пробивались лучи желтого света — это арбитры несли свою вечную стражу. Их черные поисково-ударные корабли реяли над улицами, похожие на металлических стервятников, изрыгающих струи реактивных выхлопов. А внизу брели бессчетные толпы, предававшиеся религиозным безумствам разной степени фанатичности. Кроул разглядел процессии людей в монашеских робах, прокладывающие себе путь по галереям. Во главе колонн обязательно находился священник с тусклым красным фонарем. Инквизитор даже слышал слабое, с трудом пробивающееся сквозь бесконечный рев прометиевых двигателей хоровое пение, раскатистый грохот барабанов и звон гонгов, в которые без устали били безмозглые сервиторы.

Шествия паломников становились все многочисленнее. Через несколько дней они объединятся, выплеснутся из сводчатых коридоров кафедральных округов и, бурля как живая река, хлынут к стокилометровому проспекту Вечной Памяти — широченной магистрали, построенной из переработанных останков вражеских титанов, которая вела к самим знаменитым Вратам Вечности.

Машина везла инквизитора на север, петляя между высоченными шпилями, ныряя в переплетения транзитных тоннелей. Из уличных вокс-громкоговорителей неслись ритуальные тексты, на пикт-экранах, достигавших пятидесяти метров в высоту, демонстрировались сверкающие иконы Ангела Убиенного, а каждый клочок свободного пространства, казалось, кишел адептами Министорума, провоцировавшими толпы рабочих на все более безумные степени религиозного экстаза. Среди роев воздушного транспорта парили аугментированные херувимы, из глаз которых по позолоченным дорожкам текли бесконечные потоки слез.

— Безумие, — выдохнул Кроул.

— Милорд? — подняла бровь Анила.

— Ничего. Езжай.

Они промчались мимо облупившейся рокритовой жилой башни и устремились вверх по петляющим транзитным линиям. Вскоре над транспортом нависло очередное сооружение, черное как смоль, подсвеченное изнутри бледносиним светом. Над укрепленными воротами виднелся железный символ в виде черепа. Пустые глазницы невидящим взором уставились в пространство.

Стража у ворот раскрыла створки, и Анила подъехала вплотную к дверям из полированного обсидиана. Кроул выбрался наружу. Инквизитора уже ждали двое охранников в темной кольчужной броне и белых шлемах. Они низко поклонились, коснувшись каменного пола остриями электроалебард. В тот же миг за их спинами бесшумно распахнулись ворота.

Кроул зашел внутрь. На перекладине были изображены символы Адептус Терра, гербы медицинских гильдий и плохо читаемые эмблемы младших орденов. Над всем этим многообразием раскинул крылья двухголовый имперский орел, выбитый в камне.

Инквизитора ждал тучный мужчина в бледно-голубой мантии, заляпанной чем-то жирным. Одежда была ему немного маловата, и складки плоти отчетливо вырисовывались под формой. Мужчина был лыс и бледен. На лице выделялись ярко-красные губы и маленькие поросячьи глазки. Он сложил руки на животе, переплетя между собой толстые, унизанные железными перстнями пальцы. Из-за лоснящихся от масел мочек виднелся аугментический слуховой аппарат — тонкий провод с нанизанными на него когитаторными узлами. На груди у толстяка висел амулет старшего офицера медицинской службы, говоривший о том, что человек прошел психо-скрининг и был допущен к работе с последствиями операций ордо.

Похожий на луковицу человек поклонился.

— Инквизитор, — поприветствовал он, жестом приглашая Кроула войти.

Кроул кивнул, не останавливаясь.

— Как дела, Гулаг?

— Жара нестерпимая. Пилигримы вызывают отвращение. Работы больше, чем хотелось бы.

— Я точно не ослышался?

— Погода, говорю, замечательная. Пилигримы вдохновляют. Работа в радость.

— Все, что нам нужно, — правда.

Они прошли внутрь комплекса, представлявшего собой путаницу тоннелей, выложенных серыми рокритовыми плитами. Так же, как в Корвейне, атмосфера здесь была искусственная, изолированная от наполненного смогом воздуха Терры. Они шли через операционные, стерильные, ярко освещенные мощными натриевыми лампами. Большая часть столов была занята телами. Санитары в глянцевых зеленых масках из пластика сновали туда-сюда по узким коридорам, низко кланяясь гостю. Они тащили стальные подносы с липкими от крови инструментами, колбы, средства для отбеливания кожи, потрошильные машины, медицинские пилы и катетеры.

— Говорят, у вас новый аколит, — сказал Гулаг, ведя Кроула все ниже и ниже.

— Опять взламываешь корреспонденцию ордо?

— О нет, я просто слышал сплетни.

— Она не задержится у меня надолго. Слишком хороша. Слишком проницательна.

— Вот как.

Они вошли в длинный зал с кафельным полом, лишенный окон и освещенный висящими в воздухе летучими светильниками, чьи архаичные силовые установки наполняли помещение легким гулом. Вдоль обеих стен стояли ряды медицинских каталок, на каждой из которых лежало накрытое простыней тело.

Кроул остановился у первого и поднял ткань. Труп принадлежал женщине, молодой, с татуировкой на шее. Грязные волосы разметались вокруг истощенного лица.

— Это те, которых привезли из Маллиакса? — спросил Кроул, внимательно рассматривая тело.

— Они самые.

— Нашел что-нибудь?

— Ничего.

Кроул развернулся к Гулагу и недоверчиво посмотрел на врача.

— Совсем ничего?

Толстяк хмыкнул, и его подбородки заколыхались.

— Я никогда не понимал, зачем вы приходите сюда, инквизитор. Никто из ваших коллег этого не делает.

Он вытащил из кармана магномонокль и вставил в левый глаз. Зажужжали моторчики, управляющие фокусировкой. Гулаг склонился над трупом, оттянул мертвой девушке веки, открыл рот, потрогал беззубые десны. Врач шумно пыхтел, на его лбу выступила испарина.

— Они все одинаковые, — сказал он, отбросив простыню и перейдя к осмотру грудной клетки мертвеца. — Погибли от одиночных выстрелов из хеллганов. У одного сломан хребет. Кто это сделал? Ваши бойцы хорошо стреляют. Но это я уже говорил и раньше. В остальном — обычные отбросы из подулья. Гнилые зубы, гнилые кости, опухоли, катаракта, рахит, но больше ничего интересного.

Кроул смотрел на двойной ряд каталок.

— Они не побежали. По крайней мере, не сразу. Организовали сопротивление. Что-то заставляет их действовать.

— Какое преступление они совершили?

— Создание незаконной организации.

— То есть вы не знаете.

Кроул улыбнулся.

— Мой дознаватель — та, о которой ты уже все знаешь, — разговаривала с лидером этой ячейки. Он сообщил, что они к чему-то готовятся, но не знал к чему. Они скрывают информацию от своих. Ничего не напоминает? А еще у них есть оружие.

— А у кого его нет? Сейчас у каждого младенца по лазгану.

— Какая воодушевляющая мысль. — Кроул снова развернулся к трупу. — Сколько их тут?

— Все, что вы прислали. Мы уже извлекли зубы, чуть позже возьмем образцы волос. Все органы, которые подойдут для заморозки, отправятся на упаковочную линию.

— Я насчитал двадцать пять.

— Скорее всего, так и есть.

— Я отправлял двадцать четыре.

Гулаг хихикнул, вытирая пухлые руки о простыню, которой было накрыто тело.

— Вы их сами считаете, инквизитор? Думаю, вам нужно больше помощников.

Кроул не улыбался. Он двинулся вдоль ряда каталок, сдергивая ткань с лиц. У дальней стены лежала гора раздутых мышц — один из инолюдей. Все остальные были тощими и костлявыми.

Гулаг засеменил следом.

— Их привезли на стандартном транспорте. Если кто-то ошибся…

— Детали, — пробормотал Кроул, не обращая на медика внимания. — Дьявол кроется в деталях.

Он дошел почти до самого конца зала и сдернул покрывало с очередного трупа. Им оказался мужчина около тридцати стандартных лет с чуть более здоровым лицом, чем у первой женщины. Его волосы были коротко острижены, а веки — воспалены. Мертвец невидяще смотрел в потолок, прямо на натриевую сферу, плавающую в воздухе.

Кроул замер.

— Этого я не помню.

Гулаг подошел ближе. Казалось, что он побледнел еще сильнее.

— Мне сообщили, что там была перестрелка. Вы уверены, что запомнили всех…

— Да, уверен, — отрезал Кроул. Инквизитор взял мертвеца за подбородок и повернул голову набок. — Его не было в зачищенном нами притоне. Откуда он взялся?

Гулаг подошел к каталке и вытащил из зажима смятый свиток пергамента. Медик развернул документ и всмотрелся в скупые бурые каракули, выведенные автоперьями писца.