Крис Муни – Жажда мести (страница 53)

– У тебя здесь тоже нет юрисдикции.

– Вы правы. Поговорите с главным следователем, Биллом Даффи. Он вам скажет то же самое. До свидания, Алан.

Джек повернулся и пошел к дому. Алан сказал:

– Подожди минуту. Подожди одну минуту, черт возьми! – Он загородил Джеку дорогу. – Хотя бы на минуту перестань быть упрямым сукиным сыном!

Джек смотрел ему в глаза, чувствуя, как внутри закипает ярость.

«Аккуратно!»

Алан засунул руки в карманы. У него было усталое лицо. Ему понадобилась минута, чтобы подобрать подходящие слова.

– Семь лет назад я неправильно поступил с тобой, – признался он. – После Слэвина я позволил тебе взяться за дело Гамильтона. Я не знал, какие… серьезные у тебя проблемы. Я предполагал, что с психологической точки зрения ты не в лучшей форме, и все же позволил тебе заняться этим. Почему? Потому что ты был лучшим моим спецом, и я знал, что ты его поймаешь. Ты это сделал. Но все же это было ошибкой. То, что происходило с тобой… Тогда мы не были достаточно подготовлены, чтобы заметить тревожные признаки. Теперь все изменилось, у нас ведется строгий психологический отбор, все работают в командах, мы предлагаем консультации, выходные и так далее. Все это для того, чтобы избежать потери самообладания или чего похуже.

Джек смотрел на Даффи, который разговаривал с детективом в штатском возле машины без опознавательных знаков.

– Эй, Джек, ты слушаешь? Я пытаюсь сказать тебе что-то важное, а ты меня игнорируешь.

Гнев Джека медленно нарастал. Он перевел взгляд на лицо Алана.

– То, что случилось с Амандой… – продолжил Алан и осекся. Он глубоко вздохнул. – Это моя вина, Джек. Я виню себя за то, что случилось с ней. И с тобой. Нам следовало притормозить. Мне нужно было забрать у тебя это дело. Но в том и состоит проблема… Всегда понимаешь, что следовало сделать.

Услышав имя Аманды, Джек начал закипать. Он сжал кулаки и представил, как сделает из Алана отбивную: «Ах ты двуличный, лживый м…»

«Не надо, Джек, не делай этого!»

Линч откашлялся.

– Я слишком долго нес бремя вины. Все это время… оно грызло меня изнутри. Боже, из-за него я получил второй инфаркт…

– Да, я помню, вы были так убиты горем, что бортанули меня через две недели после того, как я похоронил жену. Конечно, вы всегда были отличным парнем!

– Эй, давай разберемся! Я не хотел тебя увольнять. Решение отпустить тебя на вольные хлеба принимало начальство. Когда я говорю «отпустить», то имею в виду все: никакого выходного пособия, пенсионного фонда, медицинской страховки. Кто, по-твоему, воевал за тебя? Кто, как ты думаешь, покрыл счет за полугодовое медицинское лечение, который тянул на тысячи? Ясное Дело, что твоя медицинская страховка здесь ни при чем.

– Все, что угодно, лишь бы крепче спалось ночью!

Лицо Алана окаменело, но он взял себя в руки.

– Послушай, я знаю, что ты до сих пор злишься на меня, но давай посмотрим на факты. Не я пытался голыми руками убить какого-то репортера из бульварной газеты. Когда он решил подать в суд, то это был иск не к тебе, Джек, это был иск ко всем нам, и угадай, кто выделил деньги. Угадай, кто уговорил его решить вопрос без суда и не светить твое имя в газетах. Тебе повезло, что тебе не пришили попытку убийства. А что касается другой твоей внеаудиторной деятельности… Послушай, я тебя не сужу, но люди, которые считают деньги, судят. Они начали задавать вопросы, немного покопали, и им не понравилось то, что они обнаружили. Я защищал тебя сколько мог.

Джек был поражен, как складно у Алана получалось лгать. Он был потрясен, но не удивлен. Обман был заложен в природе Алана.

Джек знал, что ему следовало повернуться и уйти. У Линча здесь не было юрисдикции, и этот разговор не имел смысла. Но удерживало его то, что он знал, что у Алана на повестке дня на самом деле.

Внутренний голос советовал ему быть осторожнее.

– Послушай, я здесь, чтобы помочь. Я хочу помочь, – продолжал Алан. – Ты уже используешь наши ресурсы – мы практически работаем вместе. Просто скажи, Джек, как я могу помочь?

Джек уставился на него. Потом сказал:

– Вам плюс, Алан.

– Хорошо. С чего ты начнешь?

– Завтра утром я проведу пресс-конференцию и объявлю всем, что ФБР здесь, чтобы помочь нам. Я представлю вас, и вы сможете поделиться соображениями по поводу Песочного человека.

Джек заметил, что кровь отхлынула от лица Алана. Вот она, правда! Но Алан быстро овладел собой.

– Будет много СМИ, весь мир будет смотреть… А что, это же слава, Алан!

– Газетчикам известны некоторые подробности твоего прошлого, – возразил Алан. – Я не думаю, что ты захочешь, чтобы и остальная часть стала известна общественности, не так ли?

– Это угроза?

– Я смотрю на вещи реально. А она состоит в том, что ты не захочешь, чтобы я отвечал на вопросы экспромтом. Лучше на этот раз я останусь в тени.

– Еще один момент, прежде чем вы уйдете… – остановил его Джек. – Если вы еще раз надумаете использовать смерть Аманды, чтобы заставить меня играть в свои игры, предварительно позвоните в страховую компанию и убедитесь, что ваша дорогущая страховка проплачена, потому что следующим будет пробуждение на больничной койке. Все понятно, долбаный м…?

– Приятно видеть, что ты изменился, – ответил Алан и ушел. Билл Даффи подошел к Джеку. В зубах у него была зажата незажженная сигарета.

– Что ты сказал тому типу? У него такой вид, словно ему яйца в тисках зажали.

Глава 39

В задней части фургона находилась станция слежения, два факса, телефоны, оснащенные новейшими технологиями шифровки, и два компьютера с безопасными каналами, связанные с лабораторией ФБР. Виктор Драгос сидел за сиденьем водителя на двойном стуле, обтянутом черной кожей, и разговаривал по телефону. Из-за тусклого серого света от экранов компьютеров на его лице пролегли глубокие тени. Алан захлопнул дверь и сел рядом. Снаружи взрывотехники поднимались по ступенькам на веранду дома. Аккуратно зачесанными светлыми волосами, заразительным смехом и атлетическим телосложением Драгос напоминал известного спортсмена из какой-нибудь школы Среднего Запада. Он положил трубку.

– Нингидрин прибыл, – сказал он. – Патологоанатом, с которым работает Кейси, Уилсон, его лаборатория готовы отправиться в путь. Отчего такой грустный, Эл?

– Кейси не с нами.

Драгос нахмурился.

– Он использует лабораторию ФБР, собирает должки, привлек Майка Абрамса, мы появляемся здесь с фургонами, наполненными оборудованием, и людьми, которые ему так необходимы, и внезапно он говорит, что не хочет твоей помощи? Я чего-то не понимаю?

– У нас с Джеком в прошлом не все было гладко. Я уже говорил это тебе и Пэрису, но вы оба сказали не беспокоиться. Мы не просто здесь не нужны. Если мы решим вмешаться, он обратится к прессе.

Холодные голубые глаза Драгоса сузились.

– Он так сказал?

– Да.

Драгос принялся вертеть в руке металлические шарики, которые достал из кармана.

– Сегодня Кейси два раза говорил по телефону, – сказал он. – Первый раз с кем-то из лаборатории ФБР. Я не знаю, с кем, но мы узнаем. Второй – с Марком Грейсмитом. Мы не знаем, о чем они говорили, поскольку телефон Кейси оборудован шифрователем.

– Я думал, вы отслеживаете его звонки.

– Разместить прослушку в его доме и офисе было несложно. Проблема – это дом его подружки, где он проводит почти все время. Он нанял бывшего правительственного агента по имени Ронни Тедешко, чтобы тот присматривал за ее домом. Мы не сможем туда пробраться незаметно для Ронни или его парней. Кроме того, все телефоны в доме девушки тоже с шифрователями. Мы можем установить за ним наблюдение, но пока я не могу знать, что он говорит.

– Ты говорил, что в фургоне Грейсмита есть «жучок».

– По всей видимости, он быстро сориентировался.

– В смысле?

– Когда он звонил Кейси, то использовал генератор белого шума, поэтому мы не слышали, что он говорил. Мы нашли этот прибор в его фургоне час назад.

Алану услышанное не нравилось. Сначала Грейсмит нашел инвентарный список и, скорее всего, передал эти данные Джеку, который только что послал его куда подальше. Впрочем, как Алан и предполагал.

Он чувствовал, что теряет контроль над ситуацией и игроками. Его следовало вернуть, причем быстро.

– Кейси мог узнать о программе? – спросил Драгос.

– Нет. Что ты собираешься делать с Грейсмитом?

Драгос ухмыльнулся.

– Марк Грейсмит больше нас не побеспокоит.

– Я надеюсь, что ты обставил все так, чтобы было похоже на несчастный случай?

– Я посадил его в самолет из Сан-Диего, – тихо рассмеялся Драгос. – А ты решил, что я убил его?

– Грейсмит не прекратит копать. А Джек… Мы должны быть осторожны. Если он пойдет к газетчикам и Песочный человек узнает, что мы здесь…

– Песочный человек звонит Джеку и играет с ним в эту жуткую игру в кошки-мышки. Я ставлю на Кейси. Так или иначе, но Кейси найдет Песочного человека. И когда это случится, мы быстро и тихо уберем Песочного человека, а я отправлю Кейси приятно проводить время с женой. – Драгос постучал по стене за спиной. – Пол, поехали отсюда.