Крис Колфер – История о колдовстве (страница 4)

Как и Тангерина со Скайлин, Эмеральда и Ксантус изумились, увидев вокруг плотины столько народу. Огонь на голове и плечах Ксантуса тревожно задрожал, и мальчик спрятался за Эмеральду.

– Смотрите, сколько здесь протестующих! – воскликнул он. – Может, нам лучше уйти?

– Для протестующих у них слишком довольный вид, – заметила Скайлин.

– Это потому, что они не протестующие вовсе, – сказала Тангерина. – Посмотрите, что у них на табличках написано!

Феи Совета уже привыкли встречать протестующих всякий раз, стоило им только выйти в люди. Обычно демонстранты обзывали их и трясли табличками с лозунгами вроде «Господь ненавидит фей», «Магия – это хаос» и «Конец близок». В Форте Лонгсворт, однако, всё оказалось иначе. Напротив, оглядевшись, феи увидели вокруг транспаранты только с радушными лозунгами вроде «Спасибо Господу за фей», «Магия прекрасна» и «Не страшитесь ничего – это просто волшебство!»

– А, – промямлил Ксантус и слегка успокоился. – Простите, я вечно забываю, что люди теперь вроде как любят нас. Старые привычки, что поделаешь.

Эмеральда сердито хмыкнула и скрестила руки на груди.

– Королю Ворворту стоило предупредить нас, что здесь будут зрители, – проворчала она. – Впрочем, можно было и так догадаться – короли вечно всё превращают в спектакль.

Послышался птичий гогот, и над озером показалась шумная стая гусей. Они принесли на плотину пятую фею Совета – пухленькую девушку четырнадцати лет в котелке, чёрном комбинезоне, больших ботинках и ожерелье из бутылочных крышек. Гуси высадили её рядом с остальными, но так неуклюже, что девушка плюхнулась прямо на пятую точку.

– Ай! – закричала она на птиц. – И вы это посадкой называете? Метеориты и те мягче падают!

– Эта пташка клювом не щёлкает – поприветствуем Люси Гуси! – воскликнул церемониймейстер.

– Вообще-то моя фамилия «Гусь» а не «Гуси»! – завопила Люси, вскакивая на ноги. – В следующий раз проверьте как следует, прежде чем… – Она разинула рот и сбилась с мысли, увидев зрителей. – Святой аншлаг, ничего себе толпа! Даже больше, чем когда мы строили мост в Восточном королевстве!

– По-моему, здесь собралось всё Западное королевство, – сказала Эмеральда. – А может, и того больше.

Люси широко ухмыльнулась, разглядывая людей. Приметив горстку детей, она очень обрадовалась: в руках у них были куклы, похожие на фей Совета.

– В нашу честь теперь даже товары продают! – объявила Люси. – Вот ведь досада, что мы всем этим занимаемся просто по доброте душевной. Брали бы деньги – разбогатели бы!

В ожидании последней, шестой, феи Совета весь Форт Лонгсворт притих. Жители уже начали волноваться, что она не явится, и как раз тогда-то с небес и спустилась в большом пузыре красивая пятнадцатилетняя девушка с ясными голубыми глазами и светло-каштановыми волосами. На ней был поблёскивающий синий брючный костюм, перчатки того же цвета и шлейф, а в косу её были вплетены белые цветы. Пузырь мягко приземлился на плотину рядом с остальными феями, и девушка лопнула его своей хрустальной волшебной палочкой.

– Берегитесь, снежные королевы, – с нашей следующей гостьей вам не тягаться! – объявил церемониймейстер. – Она – само сострадание во плоти, а в народе её прозвали богиней среди людей: подарим же от всего королевства самое радушное приветствие единственной и неповторимой Фе-е-е-Крё-ё-ё-ёстной!

Горожане захлопали так громко, что даже плотина под ногами у фей задрожала. Люди, что стояли ближе к плотине, стали скандировать, а следом за ними и весь город:

– Фея-Крёстная! Фея-Крёстная! Фея-Крёстная! Фея-Крёстная!

Подобное приветствие потрясло Бристал Эвергрин до глубины души. Никогда прежде она не видела такого столпотворения, и каждый в этот миг хлопал, скакал и рыдал от счастья при виде неё. Люди держали в руках её портреты, плакаты с её именем, маленькие девочки (и парочка взрослых мужчин) нарядились ею и махали игрушечными волшебными палочками.

Восхищение Западного королевства было, конечно, очень лестно, но по необъяснимым причинам Бристал от всех этих восторгов стало неуютно. Как бы бодро люди ей ни аплодировали, Бристал казалось, что она не заслуживает такого признания. Все были так рады ей, но Бристал всё равно очень хотелось поскорее уйти. Однако она ещё не выполнила обещанное, а потому натянула улыбку и скромно помахала толпе.

Другим феям всеобщее внимание явно нравилось куда больше, особенно Люси.

– Надо же, а народу-то полюбилось это прозвище – Фея-Крёстная, – заметила она. – Ты разве не рада, что я дала тебе имечко?

– Я же сказала, прозвище мне не нужно, – ответила Бристал. – Я из-за него себя чувствую вещью, а не человеком.

– Что ж, как говорила моя матушка, если уж кому-то вздумается отождествить тебя с вещью, пусть хотя бы это будет семья, – сказала Люси и похлопала Бристал по спине. – Скажи ещё спасибо, что прижилась именно Фея-Крёстная – нас всех, бывало, обзывали куда хуже.

– Бристал, – вмешалась Эмеральда. – Пожалуй, лучше нам управиться здесь поскорее. В три нам ещё предстоит чинить ветряную мельницу, а в пять – размораживать ферму. И потом, люди внизу уже с ума сходят.

– Совершенно согласна, – сказала Бристал. – Давайте выполним задачу, ради которой сюда пришли, и покончим с этим. Незачем разводить лишнюю шумиху.

Не теряя больше ни минуты, Бристал подошла к краю Западной плотины и махнула палочкой на огромную трещину. Её замуровала золотая печать, и вода наконец-то перестала забрызгивать всё вокруг. Бристал снова взмахнула палочкой, и сильный ветер пронёсся по городу, высушивая улицы, лавки и дома. Он сбил с ног пару человек, сдул с голов шляпы, но на ноги люди встали уже совершенно сухими.

Всё случилось так быстро, что горожане даже не сразу поняли, что их беде конец. Они благодарно взревели – так громко, что плотина чудом не треснула снова.

– Славно, все довольны, – заключила Бристал. – А теперь полетели, пока…

– Поразительно! – взвыл церемониймейстер. – Одним лишь мановением руки Фея-Крёстная восстановила Западную плотину и спасла Форт Лонгсворт от десятилетия дождей! А теперь Совет фей поднимется на сцену к королю Ворворту, где тот вручит им дар в знак признательности нашего королевства!

– Что-что? – изумилась Эмеральда.

Феи посмотрели вниз и увидели, что король Ворворт стоит на сцене с большим золотым кубком. Тангерина и Скайлин радостно запищали.

– Они хотят нас наградить! – сказала Скайлин. – Обожаю награды!

– А можно мы останемся и примем подарок? – спросила Тангерина у остальных. – Ну пожалуйста, ну пожалуйста!

– Ни в коем случае, – отрезала Эмеральда. – Если король Ворворт хотел наградить нас, сначала он должен был обсудить это со мной. Нельзя позволять людям тратить понапрасну наше время.

– Да брось, Эм, – сказала Тангерина. – Мы до седьмого пота трудились, пытаясь завоевать одобрение целого мира, – и вот наконец получилось! Если не разрешать людям восхищаться нами время от времени, в конце концов им просто расхочется!

– Мне кажется, Тангерина в чём-то права, – сказал Ксантус. – Да, король Ворворт нарушил правила, но ведь простой народ об этом не знает. И если они не увидят церемонию, которой ждали, то наверняка обвинят в этом нас. Не стоит давать им лишний повод снова нас возненавидеть.

Эмеральда застонала и закатила глаза. Затем закатала рукав мантии и посмотрела на изумрудные солнечные часики, которые красовались у неё на запястье.

– Ладно, – пробурчала Эмеральда. – Ещё двадцать минут, но не больше.

Фея щёлкнула пальцами, и вдруг от плотины к сцене протянулась изумрудная горка. Эмеральда, Ксантус, Тангерина и Скайлин соскользнули по ней вниз и подошли к королю Ворворту, но Бристал помедлила. Она заметила, что за всё время с починки плотины Люси не промолвила ни слова и стояла неподвижно, задумчиво разглядывая толпу.

– Люси, ты идёшь? – спросила Бристал.

– Да, сейчас, – отозвалась та. – Я просто думаю.

– Ой-ой, – встревожилась Бристал. – Похоже, дело серьёзное, если ты не спешишь поскорей оказаться на сцене.

– Как думаешь, мы достаточно стараемся?

Этот внезапный вопрос удивил Бристал.

– Что?

– Мы чиним плотины, строим мосты, помогаем людям – но достаточно ли этого? – продолжала Люси. – Все эти люди пришли сюда посмотреть на чудеса, и что они получили? Замазку для трещины да какой-то ерундовый ветерок.

– Ну да, – ответила Бристал. – Мы ведь дали людям ровно то, что было им нужно.

– Да, но хотели они другого, – возразила Люси. – Если я чему и научилась после всех выступлений в Гусиной труппе, так это тому, как мыслит публика. Если эти люди уйдут разочарованными, даже на толику, то рассердятся на нас. И, как сказал Ксантус, повода возненавидеть нас снова им давать не стоит. Если в народе невзлюбят Совет фей, то в конце концов это коснётся вообще всех фей на свете, и бабах! Магическое сообщество вернётся к тому, с чего и начинало. Мне кажется, разумнее будет остаться и устроить этим ребятам настоящее представление.

Бристал посмотрела на город, размышляя о словах Люси. Было очевидно, что люди жаждут больше волшебства – они глаз не сводили с Совета фей с самого их прибытия, – но потакать им Бристал не хотелось. Она вместе с остальными очень много трудилась, чтобы оказаться здесь. И даже сама мысль о том, что придётся трудиться ещё упорнее, только бы не лишиться обретённого благополучия, была утомительна. А Бристал вообще не хотелось ни о чём думать – она мечтала только уйти и скрыться от толпы.