Крис Гофман – Забудь меня (страница 9)

– Закрой свой рот, ты не будешь так разговаривать с отцом. Поняла меня? Если бы не я, уже в притоне бы скурвилась. Я не могу спокойно наблюдать за тем, что ты творишь со своей жизнью. Учебу бросила, шляешься по стрипушникам, вытанцовывая за жалкие гроши, чем ты думаешь? – гремит Петр Владимирович. – Прикройся уже, Господи, взрослая баба, а перед родителем щеголяешь с голыми надувными сиськами.

– Нравятся? – делаю вид, что пощечина отца меня не задевает и продолжаю его провоцировать. – Ты же мне их купил. Все рассказывал, как я должна быть лучшей везде и во всем. Помнишь? А я дура и старалась, – произношу, натягивая на себя длинную футболку. – Балет? Нет проблем. Игра на пианино? Давайте. Рисование? Теннис? Конечно. Огромные списки нереальной хуйни того, чем я никогда не хотела заниматься, но ты заставлял. Так вот, папулечка, я выросла и больше не хочу жить по твоим правилам.

– Правда? Тогда тебе придется узнать вкус работы, кто будет оплачивать твои курорты и досуг? Да даже просто литры элитного бухла? – рукой показывает на пустую бутылку виски. – Мужики однодневки? Сомневаюсь!

– Значит никто. Пойду по борделям, как ты мне предрекал будущее, авось кому-то сгожусь. – улыбаюсь папе.

– Хватит! Черт, хватит! – бьет кулаком по столу. – Я устал, Милана. Прекращай уже издеваться и мстить за мать, знаю, что поступил подло, но не мог иначе, наши отношения исчерпали себя, не заставляй меня извиняться за то, что тебя не касается.

– Серьезно? Все, что произошло с мамой, исключительно по твоей вине, – начинаю заводиться.

– Сотни раз уже обсуждали, какой смысл годами варить эти обиды?

– Никакого, – равнодушно бросаю и закуриваю сигарету. – Маму не вернуть.

– Поверь, мне тоже жаль, что так прои…

– Молчи! Закройся теперь ты. Перестань вешать лапшу. Как и меня сейчас, ты мог легко ее ударить, унизить, довести. Это твоя вина! Потому что я стерплю и смолчу до поры до времени, потому что мне посрать на тебя и твои абьюзивные выходки, но она была другой, и каждая твоя агрессия убивала ее, доводила до того момента, на который ты ее толкнул.

– Я не бил тебя, дочка, – начинает оправдываться. – Просто пытался отрезвить. Твоя манера общения переходит все границы. Эта пощечина от бессилия. Откуда это хабалистая базарная баба? Как мне с тобой справляться?

– Жизнь научила показывать зубы, папочка, а еще ты и череда твоих бестолковых баб, которых бесконечно приводил домой, когда не стало мамы.

– Отпусти обиды, Милана, хватит! Мы взрослые люди и я не обязан каждый раз спасать тебя, рано или поздно очнешься в канаве с пеной у рта, выброшенной каким-нибудь очередным Джорджем и хорошо если живая, а не просто обворованная. Я тебя очень прошу, поехали в Москву, я перевожусь на должность управляющего и не смогу больше так тщательно здесь следить за тобой.

– Вот и проваливай! Мне твой надсмотр не нужен. Наконец-то заживу без проблем, – ощетиниваюсь в ответ.

– Ты не ведаешь, что творишь, но я желаю тебе только добра. Перечеркни все дерьмо, что было и есть в твоей жизни и начни заново. Позволь искупить свою вину, устроить на работу, отмыть тебя от репутации дешевой шалашовки и устроить нормальную жизнь, – продолжает гнуть свою линию отец.

– Опять будешь приказывать с кем быть, кого любить и что делать? Нет уж, спасибо, я этого говна хлебнула сполна, – даю отрицательный ответ.

– Милана, послушай, – предпринимает еще одну попытку меня уговорить, – не отвергай моей помощи. Ты молодая красивая девушка и я обещаю, что приму любой твой выбор и решение, которые ты сделаешь, но только в правильном направлении. Хватит вести токсичное существование, пожалуйста, поехали со мной. Снимем тебе шикарную квартиру, а если захочешь, даже купим, найдем мужчину, устроим личную жизнь. Неужели тебе не хочется семьи?

Отец попадает в самое сердце, и оно сжимается. Несмотря на свой молодой возраст и праздный образ жизни, совсем непуританского содержания, я действительно хочу свою собственную семью, мужа и быт. Где-то внутри себя осознаю, что если останусь – не выберусь из этого шторма.

– Я подумаю – выдаю глухо.

– У тебя есть три дня.

Три дня. Отлично.

Их я провожу в запое шампанского и виски. Проснувшись утром, в какой-то непонятной квартире среди кучи хлама и вони, четко понимаю, – отец прав, если не полечу с ним, сдохну как дешевая шлюха в канаве…

Глава 13. Дмитрий. Повышение

В офис с Евой приезжаем с небольшим опозданием и сразу направляемся в кабинет.

– Доброе утро, – произносит Милана, с интересом рассматривая мою компанию в виде жены. – Петр Владимирович интересовался, на месте ли вы, – сообщает помощница.

– А ты, что?

– Сказала, что да, вы же знаете, он не любит, когда его сотрудники опаздывают. Решила прикрыть, – продолжает невинным голосом.

– Спасибо, – холодно отвечаю.

– Ева, я отойду, ты пока располагайся, я скоро, – прошу жену.

– Хорошо, не беспокойся. Выпью кофе.

– Милана, – показываю глазами, чтобы та подсуетилась и сделала Еве напиток.

Она встает и направляется к кофемашине, но я замечаю ее недовольное лицо. Девушке явно не нравится, что я пришел с супругой.

– У себя? – спрашиваю помощницу управляющего, Ольгу.

– Да, Дмитрий Сергеевич, проходите, Петр Владимирович как раз просил вас вызвать.

Захожу и ощущаю, как становится тяжело дышать. В кабинете у Петра пахнет сигарами и чем-то резким. Еще только переступил порог, а уже хочется выйти.

С появлением в моей жизни нового управляющего и его дочки я постоянно чувствую себя не в своей тарелке, каким-то угнетенным и уставшим. Не могу объяснить причину этого явления, но все же четко ощущаю по уровню своей энергии – она на нуле с самого утра. Нет настроения, желания работать и вообще с кем-либо общаться.

– Доброе утро, Дмитрий, – подает руку Петр Владимирович. – Как спалось? Как самочувствие? – интересуется скорее как друг, нежели мой руководитель.

– Спасибо, все в порядке, – откровенно лгу. Не заявлять же мне ему в лицо, что бесит его дочка и он сам. До них в офисе царила легкая атмосфера, при мне была моя любимая Татьяна Аркадьевна и я не должен был бороться с собственными демонами и похотью. Эти эмоции не приносят мне радости, только постоянно сжирают изнутри и заставляют чувствовать вину перед женой.

– Хочу поговорить по поводу работы. Знаю, что ты нацелен на место руководителя нашего филиала. Ничего не перепутал?

– Нет, все верно, – решаю говорить откровенно. Прикидываться, что собираюсь сидеть десять лет и ждать повышения – желания нет.

– Отлично. Хочу тебе сообщить, что оно твое, – произносит Петр.

– Но.. в смысле?

– А какой еще может быть смысл? С сегодняшнего дня ты руководитель нашего филиала, можешь ставить галочку напротив своего желания. На собрании оповещу всех сотрудников и уже завтра жду на так называемом элитном этаже топов. Переселяйся, да не забудь прихватить Миланку. Она будет рада.

Миланку. Сбагрить бы ее кому.

– А что по поводу Татьяны Аркадьевны? Мне бы хотелось ее вернуть.

– Дмитрий Сергеевич, забудьте вы о ней. Она уже уволена.

– Можно узнать по какой причине? – впадаю в ступор.

– Нам не нужна престарелая помощница. Простите, но у нас не дом терпения, к чему такие секретари? Мы мужики и прекрасно понимаем, как это работает, на такой должности должна сидеть молодая красивая деваха, с хорошими сиськами, упругим задом, чтобы клиенты смотрели и понимали, тут не дом пенсионеров и полчище колхозниц, а элитная строительная компания.

– При все уважении, но Татьяне Аркадьевне до пенсии еще…

– Послушай, – перебивает меня Петр Владимирович. Не похер ли тебе сколько Танюхе лет? – переходит на хамоватую манеру общения. – Посидела, заработала, пусть идет.

– У нее дети, внук, работа ее кормила, – пытаюсь донести до управляющего суть.

– Мы тут не благотворительная организация, она может пойти мыть полы, или посуду в ресторанах, почему ты переживаешь о каких-то тетках? Смотри какую тебе помощницу подогнал, сок.

Честно говоря, Петр Владимирович так изъясняется о собственной дочери, что становится неудобно. Сок. Хм. Он что, рекламирует ее?

Почему-то возникает ощущение, что Татьяну Аркадьевну уволили именно по просьбе Миланы. Она знала, что я хочу ее вернуть на место помощницы и сделала все, чтобы этого не произошло.

– Я уже отдал распоряжение, твой оклад повысится ровно в три раза, плюс бонус по истечении квартала. Уверен, ты меня не разочаруешь, – продолжает Петр Владимирович.

– Спасибо, неожиданно.

– Кстати, что по поводу Милана? Вы уже купили с дочкой билеты? Сотрудникам сняли такие замшелые номера в трущобных отелях, что стыдоба, неприлично в таком жить руководителю твоего уровня. Я распорядился своей Олюшке, чтобы заказала в лучшей пятерке для вас с Миланой номер люкс.

Сегодня Петр меня шокирует каждой фразой.

Он распорядился снять для меня номер с Миланой? Ощущение, что я нахожусь в дурдоме, а он мой тесть, который рассказывает, как ублажить его доченьку.

– Посетите форум, отдохнете, потом расслабитесь в гостинице, там еще такое джакузи – закачаешься, возил как-то свою соску на выходные.

Смотрю на управляющего и не понимаю, что происходит. Он вообще, трезв?

Краем глаза замечаю початую бутылку скотча и все становится на свои места. Какой смысл что-то ему говорить? Он несет несусветную чушь, но спорить с ним сейчас чревато.