Крис Гофман – Игрушка для Доминанта. Книга 2 (страница 19)
И да, он прав. К порке я испытываю особую слабость. Как уже упоминала, с первой сцены, которую я увидела в клубе БДСМ, ощутила укол возбуждения и желания прочувствовать эту практику на себе. В ней скрыто столько необычных ощущений, как со стороны Верха, так и со стороны сабмиссива — не хватит слов, чтобы описать. Каждый раз порка может менять свой окрас, в зависимости от настроения твоего Хозяина, своего личного расположения, девайса, который используется и многих моментов. Также, отличаясь по характеру, она может быть элементом или особой частью сессию, а может служить основной сценой события — пребывая наказанием за какую-либо провинность и причиняя откровенную физическую боль. Для меня эта боль имеет привкус удовольствия, она, вместе с неприятными ощущениями, дарит невероятное очищение и прилив сил. В определенный момент, при умелом воздействии Верха, ты понимаешь, что находишься в пограничном состоянии, а, бывает, и вовсе впадаешь в некое состояние транса. Что точно — ни одна порка не бывает похожей на предыдущую: ни физически, ни по моральным ощущениям, ты никогда не знаешь тот спектр эмоций, который накроет тебя в очередной раз.
— Когда мы начнем? — спрашиваю Егора, мысленно настраиваясь на то, что ночь будет у нас горячей. Он знал, куда и зачем меня везет, поэтому попросил предупредить домашних, что я не вернусь сегодня ночевать. Интересно, после клуба он позовет меня к себе? — мысли жадно "теребят" мой мозг и подкидывают все новые и новые вопросы.
— Сейчас я узнаю у администратора, когда будут готовы другие пары и зрители, и, полагаю, тогда и приступим, — Егор одаривает меня улыбкой с нотками дерзости.
Как ему это удается? Держать меня на расстоянии вытянутой руки и, в то же время, привязывать к себе настолько прочно, что у меня не рождается ни единой мысли в голове о том, чтобы сбежать от него, покинуть этот клуб, бросить наши проблемные и многим непонятные и странные отношения. Ведь для меня, откровенно говоря, никого нет в мире лучше и роднее, чем этот мужчина с холодным взглядом, властным характером и горячим сердцем.
Как бы не скрывал Егор свои чувства, я вижу, что истинно они принадлежат мне. Да, есть обида, недопонимание и кучу нюансов с его стороны, но эмоции и желания этого мужчины всецело мои. Все можно преодолеть, было бы желание, а оно у нас есть — если я нахожусь на другом континенте Земли, а он, несмотря на все, выбирает меня, зовет в клуб, и проводит свое драгоценное время в моей компании. Кто мешает Егору взять любую из девушек и делать то же самое с ней? Никто, но сейчас в этом клубе в его руке моя рука и это безумно ценно.
Как я уже сказала, преодолеть можно все, но… не измену. После Сережи я твердо решила для себя, этого прощать я не намерена никому, даже несмотря на чувства и огромную любовь. Слишком глубокую боль и разочарование принес мне опыт его предательства. Больше я не подпишусь под такие обстоятельства. Это четко и однозначно. Я безумно люблю Егора, но измену не простила бы. Или я, или свободен. Человек, которые тебя ценит и любит, никогда не променяет на постель с другой, ради мимолетного кайфа, теперь я это знаю точно…
Она. Игры на столе
…Лежу под ярким светом ламп, которые “впиваются” бликами в мое тело с боковых панелей по периметру пьедестала. Руки и ноги закреплены специальными наручниками и я обездвижена. Чувствую себя как на операционном столе или в роли подопытной, над телом которой проводятся испытания под интересующиеся взгляды любопытных «зевак».
Первое ощущение, после того как я легла на стол — стыд. Было крайне неудобно раздеться до нижнего белья и под десятки взглядов выйти на сцену. Ощущение, что каждый из присутствующих, сосредоточился и изучает вплоть до сантиметра на моем теле, выискивая какой — либо изъян. Вторая волна — легкое возбуждение. Странное чувство, которое рождается от того, что ты словно тешишь свое эго, вышагивая по сцене. Мол, это же на меня тут смотрят, я главная, я звезда подиума и все прикованы вниманием к моей персоне. Третье — адреналин. Плюс неизвестность — она невероятно манит. Я совершенно сбита с толку и не представляю, что Егор планирует со мной делать.
Лицо моего мужчины достаточно серьезное, однако, я замечаю на нем признаки легкого волнения. Наверняка, Егору непривычно в среде американцев и новой для себя роли в обществе абсолютно незнакомых людей, которые не говорят на его родном языке. Но, это лишь мое предположение, возможно, ему совершенно комфортно и не представляет скованности сегодняшняя роль.
Уложив на стол, Егор умело закрепляет мои руки и ноги, а также шепчет на ухо, достаточно громким голосом:
— Расслабься, тебя ждет удовольствие.
От его голоса становится спокойнее. Он со мной, рядом и я в безопасности — посылаю сигналы своему ничего не понимающему мозгу, в попытке настроить его на спокойный лад.
Егор предлагает мне подобрать стоп слово для сессии, и я останавливаю свой выбор на слове "красный". Услышав его, Егор обязуется закончить практику, которая причиняет мне боль или смущает настолько, что я хочу остановиться. Стоп-слово как спасательный круг, оберегает меня от непредвиденных и экстренных ситуаций.
После того как он заканчивает с обездвиживанием тела, я наблюдаю боковым зрением как Егор направляется к стойке слева, чтобы выбрать девайсы для нашей сессии. В это же время, на сцену приглашается еще две пары — я уже говорила, на пьедестале три стола и публичная сессия будет проходить для зрителей одновременно у трех тематичных пар.
Первая парочка — молодая девушка лет двадцати в сопровождении мужчины лет пятидесяти. Он достаточно грубо толкает ее животом на стол, выставляя "пятую точку" к зрителям, посреди тела обвязывает ремнем и оставляет до начала сессии, отойдя в сторону. Все это происходит достаточно быстро, и я не ощущаю какой-то связи между этими двумя, скорее раздражение друг от друга и ситуации, в которой они оказались. Словно их принудили учувствовать в событии.
Вторая пара, которая составит нам с Егором компанию — миловидная блондинка лет тридцати, ползущая на коленях в ошейнике к столу, и ее партнер, примерно того же возраста и в прекрасном расположении духа, о чем свидетельствует его «улыбка до ушей».
Мужчина подводит свою ползущую женщину на четвереньках к столу, кладет на спину, точно в такой же позе как и меня Егор, и обездвиживает партнерше только руки, но не наручниками, а веревками. Делает он это умело и уже через минут семь, женщина не в состоянии вообще пошевелить закреплёнными за головой руками. Бондаж достаточно крепкий и сковывает ее на все сто процентов.
После того как все три нижние размещены на столах, мужчины берут свои девайсы, в зависимости от практик, которые они запланировали, и готовятся к предстоящей сессии.
Зрители напротив, находятся в прекрасном расположении духа и пьют из своих бокалов прохладительные коктейли. Для них это прекрасное времяпрепровождение — отдохнуть в клубе, поболтать с друзьями, выпить алкоголь и понаблюдать за БДСМ сессий, попутно обсудив детали происходящего.
Многие из присутствующих зрителей сами тематики и не раз бывали на подобном пьедестале. Их интерес — публичность, как собственное присутствие на подобных сессиях, так и личное участие. Об этом, в двух словах, мне рассказал Егор перед тем, как ведущий нас вызвал на сцену.
Любители публичности получают удовольствие от того, что с ними проводят экзекуции напоказ. Но есть и те, кто оказывается на столе для практик, под пристальными взглядами зрителей, по причине наказания. Когда Верх решает устроить своей нижней принудительную показательную порку в целях проучить и решается воспользоваться подобным методом.
Такое исключено, если у сабмиссив есть табу на публичность. Вспоминаю наш договор с Егором и обсуждения на тему БДСМ сессий и понимаю, что никогда не высказывала мнения против публичности. Против третьих лиц и их проникновения в меня — да, но иного плана запреты я не устанавливала.
Егор возвращается к нашему столу, лицо у него каменное и холодное На секунду меня пробирает озноб, становится немного страшно. Я лежу прикованная и без возможности нормально шевелиться, вокруг посторонние люди, что делать, если все пойдет не по плану или так, что я буду вынуждена прекратить сцену? Егор сможет остановиться? Обуздать внутреннего Зверя и закончить действие?
Начинаю глубоко дышать и уговариваю себя расслабиться. В конце концов, мой мужчина никогда меня не подводил, мне стоит успокоиться и довериться, иначе вообще ничего не имеет смысла. Ни мое участие, ни прилет, ни желание быть рядом с Егором. Я должна просто верить ему и позволить властвовать над собой.
Замечаю в руке Егора флоггер. Будет порка, это очевидно. Как и очевидно, что меня ожидает спанкинг передней части тела, так как лежу я на спине. Выдыхаю и максимально погружаюсь в свои мысли. Егор подходит и срезает бюстгальтер. Просто так, без каких-либо предупреждений, как ненужную тряпочку разрезает по центру ножом ажурный лиф и откидывает в сторону оставшиеся клочки ткани, оголяя мою грудь.
— Не думай ни о чем, отключи стеснение, представь, что в этой комнате есть только ты и я, — обволакивающим спокойном голосом говорит мне, глядя пристально в глаза.