Kris Alder – книга без названия [The Untitled Book] (страница 12)

С давних пор я опознаю коллег по цеху по причёске. Точнее по тому, как подстрижены волосы над ушами. Люди моей профессии в любой стране палятся на том, что, даже выйдя в отставку, не позволяют волосам пересекать верхний край ушей. Не все конечно, например я этим правилом стал пренебрегать, как только начал работать под прикрытием.

Константин Андреевич был подстрижен по уставу, а своими гусарскими замашками больше походил на представителя контрразведки.

Мы дружески потрепались около часа, обсуждая предстоящее сотрудничество. Коллега продиктовал свой телефон, дал мне местную симку для связи, и убыл, обещав вернуться. Уже уходя, спросил, нужна ли помощь в организации быта и трудоустройстве. Получив благодарственное нет, растворился в нарождающемся дне.

На первый день у меня были назначены визиты в три хэдхантерские агентства12 по подбору топ-менеджеров. По легенде, я искал позицию финансового директора в крупной компании на развивающемся рынке.

Моя мотивация – быстрая карьера и подготовка материала для научной работы по теме «Психология финансов на развивающихся рынках». А искать место в отсталых странах имея хороший русский было бы странно.

Собеседования проходили на русском, с переходом на английский, когда обсуждались профессиональные вопросы. Меня сильно удивила глубина понимания рекрутерами профессиональных задач CFO13. Но впечатление о себе, как опытном специалисте в области управления финансами мне удалось создать. Помогало преимущество в свободном владении английской терминологией. По итогу можно было ожидать вакантных предложений. В качестве контактного телефона я дал тот, что был на симке от Константина Андреевича.

Вечером я хотел сходить в театр и, купил билет в театральной кассе, попавшейся в центре. В Москве, наряду с интернет-тикингом, сохранилась и эта архаичная форма доступа к искусству.

С трудом досидел первый акт, и отправился ужинать. Все же моё знание языка пока не позволяло воспринимать русскую культуру в её чистом виде.

Примерно в таком же ритме пролетел остаток недели. Пару раз созвонился с Константином, по его предложению перешли на ты, несмотря на разницу в возрасте. Передали тестовые сообщения в оба конца. И я завис в межвременье.

Ничего не происходило. Вначале это радовало, такого полноценного отдыха у меня не было со школьных времён, наверное. Я даже перестал употреблять алкоголь.

Было много впечатлений, я тратил все своё время на погружение в культурную среду, и абсолютно не было никакого стресса. Москва оказалась весьма дружелюбным городом. Слыша мой акцент, люди старались помочь, даже если куда-то спешили. А торопятся здесь все и всегда, даже ночью. Как не банально это звучит, но Москва – неспящий город. Я это отчётливо осознал, когда стоял в пробке на Тверской в два часа ночи!

В одном из разговоров, Константин, почувствовав мою отрешённость и расслабленность, спросил: – Ты на работу-то устроился? – И получив отрицательный ответ, порекомендовал: – Раз ты пока бездельник, познакомься с себе подобными – буржуями. Легче будет адаптироваться к тяжёлой российской действительности.

По его совету, я стал проводить вечера на Патриарших Прудах и в Москва-Сити. Это традиционные места тусовок экспатов. У москвичей принято фривольное отношение к топонимам. Я редко слышал в разговорах официальные названия этих мест, чаще – Патрики и Сити. Но иногда в отношении Москва-Сити ещё употребляли – Сидней, башни или стаканы. Также чаще Кутузовский проспект именовали Кутузой, а Новый Арбат – книжки, особенно если речь шла о нечётной стороне.

– 28

Моё знакомство с Ниной произошло одним из первых. Благодаря её яркой внешности и темпераменту друзья звали её на грузинский манер Нино. За глаза её иногда называли Нано, имея ввиду её миниатюрность и креативность.

Я пришёл поужинать в «№13». Проходя к своему столику, случайно встретился с ней взглядом, и на мгновение завис, очарованный её красотой. Этого хватило, чтобы неловко столкнуться с ней в проходе. Улыбнулись, я извинился, мы разошлись. Проводив её взглядом, я пересел за другой стол поближе к её компании, и весь вечер смотрел только на неё.

Её движения отличались особой женственностью, особенно когда она поправляла свои тёмные кудри. Когда её застолье подходило к концу я улучил момент и поймав Нино на выходе предложил ей выпить со мной кофе.

Она согласилась. По её выбору мы пошли в кофейню, расположившуюся на Малой Бронной, на углу у Патриарших.

Нино работала в сетевом рекламном агентстве креативным директором. Именно она отвечала за привлечение клиентов. Бизнес в России всегда был очень мужским, и руководителями ключевых бизнес-направлений крупных компаний были как правило мужчины репродуктивного возраста. Размер груди и милое личико собеседницы для них всегда имели решающее значение при принятии решений.

Это ни в коей мере не умаляет талант и трудолюбие Нино. Она обладала по-мужски жёстким умом, и в бизнесе действовала, как бульдозер – опускала ковш и гребла, пока не кончится топливо, а у неё оно не заканчивалось никогда. Но то обстоятельство, что она ко всему была ещё и сексуальной женщиной с потрясающими лицом и фигурой, делало её оружием массового поражения в рекламном бизнесе.

Ах, какие рекламные кампании разрабатывали её креативные команды! Даже не будучи специалистом в этой области, я понимал их незаурядность. На фоне сплошного потока рекламы «дебилов о дебилах и для дебилов», кампании Нино всегда отличались высоким вкусом, метафоричностью и аллегоричностью.

Её ведущая команда редко занималась товарной рекламой, но как только речь заходила о продвижении значимого бренда, все пути приводили к ним. В тот вечер, когда мы познакомились с Нино, они отмечали победу в одной из номинаций международного рекламного конкурса.

На третий день знакомства с Нино, мы проснулись вместе в моём гостиничном номере, и весь день не вылезали из постели. Нино, чтобы не идти на работу. сказалась больной, и в каком-то смысле не соврала. Мы стали много времени проводить вместе, но в дальнейшем спать она предпочитала у себя дома, уезжая от меня иногда далеко за полночь.

А в башнях я познакомился с Лукой. Точнее он сам познакомился со мной. Его настоящее имя было Лукас, но он всем представлялся на русский манер Лукой. Я зашёл в магазин купить ещё десяток рубашек, чтобы не морочиться стиркой каждую неделю. Широко улыбаясь, он подошёл ко мне, и протянул руку, чем весьма меня озадачил.

– Привет! Меня зовут Лука. Ты недавно в Москве? Американец? – Заговорил он на хорошем английском с немецким акцентом. Увидев моё недоумение, сбавил обороты.

– Ты извини меня за назойливость. Просто некому нас тут представить друг другу. У меня глаз намётан на экспатов, и я люблю заводить друзей среди неофитов. А работаю я в башне Федерация. – Он назвал компанию, и начал тараторить про то, чем он там занимается.

– А с чего ты решил, что я американец и недавно в Москве? – заинтригованно ответил я ему на русском.

– Вау! У тебя шикарный русский! Но у тебя лицо и манеры американца – На русском его немецкий акцент был менее заметен.

– Становится интересно. А можно конкретнее?

– Без проблем. – Рассмеялся Лука. – Последи за своими руками. Одна в кармане, когда показываешь на что-то второй, то открытой ладонью. А лицо вообще никуда не годится. Что ты лыбишься продавцу? Он что твой друг? Ну и одежда не нашего пошива, «дюймовая».

– Ты забавный! – Рассмеялся я. Этот парень мне определённо нравился. Я пригласил его выпить кофе, и мы очень быстро подружились. Лука ко всему относился легко, он улыбался миру, а мир улыбался ему. В его обществе я всегда испытывал позитивный настрой.

Лука жил в России почти два десятка лет. За это время он успел дважды жениться, и оба раза на русских девушках. У него было трое детей. Первая жена с сыном уехала в Германию. А вторая даже думать об этом не хотела. Сам он уже давно ощущал себя русским, и ситуацию в России понимал лучше, чем где-либо в Европе. Он был полностью доволен своей жизнью. У него были любящая семья и хорошая работа.

– Я ведь специально не избавляюсь от акцента. – Говорил он мне. – За него мне платят чуть больше, чем моим русским коллегам.

Я рассказал Луке о своих намерениях найти работу в Москве, и собрать материал для диссертации.

Он с энтузиазмом взялся мне посодействовать, и в тот же день позвонил:

– Крис, я нашёл тебе работу в своей компании. Это временный контракт консалтера14, но платят хорошие деньги. А там как пойдёт.

Я с благодарностью согласился на его предложение.

– 29

Лука был партнёром в консалтинговой компании, как он изящно выразился «из большой десятки, без большой четвёрки». Компания являлась формально российской, но её связи с международной сетевой группой легко гуглились.

В ведении Луки был аудит. Встречу с партнёром, отвечающим за слияния и поглощения, он организовал на раннее утро. Пришлось перестраиваться, отвыкать от вольного режима и кэжуал15. К назначенному часу я был на ресепшн16 их компании, откуда меня проводили в переговорную.

С шестидесятого этажа восточной башни открывался великолепный вид на Дом Правительства и Кремль. У меня захватило дух от этой картины.

Неслышно зашёл коллега: – Вот за этот вид с нас и дерут запредельную стоимость аренды. Но мы не жалуемся, а перекладываем её на клиентов. – Мы пожали друг другу руки и представились.