Kriptilia – Страна, которой нет (страница 42)

К сожалению, о большей части начинки Ренье придётся догадываться разве что по изменению окраски жабы… или осьминога. Просто поделиться он вряд ли соизволит. Что-то скажет, конечно, но лишь настолько, чтобы я сослепу шею не свернул. Потому что знания – это в том числе и оружие. А давать бомбу (пусть даже потенциальную) в руки дикарям он не захочет. А я для него дикарь, чего уж там. Сильный, смелый, даже хитрый и умный – но всё равно дикарь, и большая часть окружающих для него дикари, даже коллеги по политической деятельности, просто потому что не французы.

- Вы хотите сказать, господин не-Панглосс, - от лести еще не умер ни один льстец, - что XCI поручал другим лицам что-то еще?

- Блокировать сделку, - выдавил из себя осьминог. Соблаговолил поделиться, и на том спасибо. – Надежно блокировать сделку. Две идеи в одной голове – это, кажется, шизофрения?

- Для полугосударственного учреждения - даже не начало ее, - вздохнул Бреннер, очень надеясь, что сам не идет пятнами, плесенью, боеголовками чешуей и всем прочим, что проступает сквозь кожу при подобных известиях. Маленький глупый аль-Сольх вовсе не ошибся предметом. Он ошибся адресом, но ошибся совсем чуть-чуть. А тот, кто наводил глупого аль-Сольха, получается, совсем не ошибся. И не действовал наугад. Он проверял рабочую версию. - Однако, когда реализацию осуществляют в одном и том же локусе посредством почти одних и тех же лиц... Это либо крайний идиотизм, либо враждебные действия по отношению вовсе не к Турану, а к нам. К сожалению, теория вероятности стоит за идиотизм.

В теорию вероятности Ренье, кажется, не поверил. Пришлось подкреплять аргументацию, что было особо приятно с учетом достаточно высокого риска прослушивания.

- Американцы, - особенным выразительным тоном выговорил он. В России добавил бы: onee zhe toopye! В этом номере щеголять знанием фольклора было бессмысленно и расточительно.

- Да-да, - покивал Ренье, рефлекторно улыбаясь – дескать, мы-то с вами цивилизованные люди и понимаем, с кем имеем дело. Температура понизилась еще на пару градусов и стала почти комфортной.

- Никогда больше с ними связываться не стану, - совершенно искренне пообещал Бреннер, и добавил достаточно серьезную профессиональную угрозу: - И другим отсоветую.

Сделал заявление – и сам понял, что если номер прослушивается или Ренье пишет разговор, то более четко и выразительно заявить «вызываю огонь на себя» он бы не смог. И еще мгновением позже осознал, что именно этого и хотел с самого начала.

Тоже варварская идея, конечно.

- Запомните, - говорит чуть оплывший но все еще очень привлекательный человек средних лет – прямо хоть сейчас в любой сериал, - наш самый опасный враг – не атлантисты, нет. Запомните – это крестьянин, лавочник, хозяин мастерской. Крестьянин, лавочник, хозяин мастерской. Не за морем, а здесь, у нас. Запоминайте и не ошибитесь. Любой внешний враг может сделать с нами только то, что мы ему позволим... плюс-минус доля удачи. Но это так у всех, так все живут, атлантисты тоже. А вот крестьянин, лавочник и хозяин мастерской могут сделать с нами что угодно – и они нам враги.

Не нужно поднимать руки, я знаю, что здесь полным-полно крестьян и так далее – или детей крестьян и так далее. Вы слушайте.

У баасистских революций был шанс. Даже у иранцев при Хомейни был шанс. Знаете, куда пошел этот шанс? Иранский, иракский, сирийский, египетский, турецкий даже – меньше, но закон тот же? Я вам отвечу, нет, не в никуда. Даже не в коррупцию. В крестьян, лавочников, хозяев мастерских... они выжили сами, они вырастили детей и детей детей и они ни минуты не думали о том, что никакого, самого нефтяного – а с нефтью повезло не всем – самого жирного раздела не будет хватать на всех всегда. Они не думали, что их внукам и правнукам тоже понадобится пространство для роста. Они не видели, что небо над ними сжимается в точку. Они не поступили как в Японии, как в Корее, даже как в Малайзии. Зачем? Им было достаточно, они не искали добра от добра. И от мелкого зла. И даже от большого, но все еще терпимого... Они мирно проели время на рывок - которое у них было, и время на ремонт - которое у них было, они подошли к воронке и скатились в нее. Они не очнулись даже в жвалах муравьиного льва. Очнулись их внуки.

Вы знаете, с чего началась знаменитая Арабская Весна? С того, что в тунисском провинциальном городке двадцатишестилетний парень сжег себя, после того как у него конфисковали овощи, которыми он торговал без разрешения. У него не было ни земли, ни своего дела, ни работы, ни шансов найти работу, потому что без работы ходила четверть его поколения - и половина тех, кто был на пять лет моложе. Он умер - и такие как он увидели в нем себя. А в стране таких было большинство. Медианный возраст - тридцать. Тунису повезло с этими тридцатью, мужчины в тридцать хотят жить и хотят, чтобы жили их дети. В Тунисе мечтали просто сменить власть, а не построить рай. В Египте этот возраст был 25. В Сирии - 21. В Йемене - 17. Ливию я не считаю, там толчок шел извне. 25, 21, 19, 17. Мальчишки, друзья мои, мальчишки без будущего. Мальчишки, не попробовавшие ответственности, не имеющие перспективы. Злые, голодные, невежественные - несмотря на образование, потому что только практическое знание дает плоды, а у них не было, куда приложить руки. Отравленные радикализмом всех мастей - потому что никакая традиция, включая светскую, ничего не могла им дать. Не было для них ни земли, ни лавки, ни дела, ни уж тем более возможности менять судьбу. Им оставалось умереть или пробить небесный свод, понимаете? Да, это правильный вопрос - в каком-то смысле, почти как нам. Но мы-то шли за солнцем и жизнью. Спасибо Вождю, мы знали, какую хотим страну. Они не знали и их некому было повести. Их старшее поколение знало только, что от добра добра не ищут.

Конечно, они отдали власть демагогам, жуликам и религиозным фанатикам. Кому еще? Кто у них еще оставался, кого они смогли бы услышать? Конечно, эти слепые поводыри завели их в еще большую нищету, в еще большую безнадежность. Конечно, толпа и власть порождали друг друга как грязь и гниение, конечно, то немногое, что держалось разума, не устояло все равно... и конечно, очень скоро они увидели выход из воронки. В войне за веру. А на той стороне войны их ждали атлантисты, которые уже успели ужаснуться тому, что сотворили, поддержав Арабскую Весну, и теперь только мечтали о поводе. Вы знаете, что было дальше - разгром.

Так вот, запомните и никогда не забывайте. Фанатики, плутократы, толпы - с этим можно справиться. Мы справились, вы справляетесь. Это не враг, это мелкое препятствие. Враг - тот, кто думает "Все хорошо. На наш век хватит". Тот, кто учит этому детей.

Из выступления генерала Кемаля Айнура, начальника истихбарата, перед новобранцами Народной Армии Турана, г. Бенгази, провинция Киренаика, 2036 г.

Чиновник без роликов

Здесь все не временное, все на века – деревянная обшивка стен, поверхности столов и подоконников. Даже настенное сине-белое фарфоровое блюдо, на котором борзая никак не догонит черепаху, наверное, можно разок уронить на коричнево-белый трехсантиметровой толщины ковер без вреда для того и другого. Но звукоизоляция в этой комнате даже лучше, чем в танке, где плавают радужные рыбы, а высокие окна прозрачны только изнутри – наружу они показывают пленочное кино. И если слишком резко поворачивать голову, то в уголках линз рябит слегка – странный побочный эффект от постановщика помех.

Поворачивать голову приходится, чтобы уследить за женщиной в мятых рогожных брюках (что нужно делать с рогожей, чтобы ее так помять?) и трех разноцветных... верхних одежках разных размеров.

- Скажите пожалуйста, хоть вы мне можете объяснить, почему вместо нормальной сводки я получаю вот эту вяленую лапшу, вот эту нарезку? «По косвенным данным источник С предполагает...», «Б кажется»... Убит президент Восточного Пакистана, пошли рыбам под хвост все наши наработки, а мне не то что не могут сказать, кто это сделал, мне приходится делать выводы не по доступному массиву, а по распечаткам, которые кто-то до того тщательно распотрошил, закрасил и перемешал! Нет, подождите, не отвечайте. Я знаю все про принципы, про защиту источников, но это же за гранью рассудка. Мы больше не можем тянуть. Мне за следующие несколько часов абсолютно необходимо проложить курс, а вы мне подсовываете кофейную гущу. «Источник Д и источник Ж независимо друг от друга с высокой достоверностью утверждают, что на самом высшем уровне Турана этой акции не планировали, однако текущие внутритуранские кадровые маневры позволяют предполагать возможное активное вмешательство в будущем...» и так далее. Вот что это такое? Какая тут может быть высокая достоверность? Ему Солнечный Вождь лично на ухо сказал, этому вашему Д?

Эти слова Достопочтенная Гарпия каркает прямо в ухо, зайдя сзади.

- Ну в общем, в некотором смысле почти да, мэм.

- Вы издеваетесь? – уже сидит на столе, вертит пресс-папье. Сейчас уронит. Нет, цепляет ногой, возвращает на место. Могла бы и ногу там же оставить. Балерины не бывают бывшими – только действующими или разрушенными напрочь.