Kriptilia – Страна, которой нет (страница 2)

Случайность, везение? Проверка? Колебаться нельзя, запрашивать совета некогда. Надо соглашаться.

- Я не знаю, как выразить вам свою признательность...

- Ну при чем тут вы? – впервые по-настоящему улыбнулся гость. Разницу Амар прочувствовал в полной мере. Штааль дернул головой, указывая подбородком на вольер. – Они так плохо привыкают к новым хозяевам...

Отчего-то было обидно.

Слоган никто не придумывал нарочно, и сама кампания сложилась задним числом. А вышло дело очень просто. Одного из парней Демирдере, который тогда был начальником сектора А, до Штааля еще, Демирдере, то есть, был, а не парень, откомандировали на очередную конференцию по надзору за контролем над вооружением разоружаемых, с докладом о связях европейских экстремистов и здешних, ну а лично – в качестве лингвистического консультанта, потому что парень такой Xc, пробы ставить негде, бельгиец, кажется. И вот приходит этот нахал в неуставной рубашке с бегущей строкой, и спереди на нем написано «First we take Manhattan…», и вся эта европейская сволочь хихикает про себя, а штатовский упырь надувается как помидор, но на спине-то у парня написано «…then we take Berlin», и тут уже на переспелые помидоры делается похожа вся делегация. Конечно, они накатали жалобу Демирдере, тот смеялся: парень валял дурака – кто же знал, что они так странно отреагируют на собственную классику, в общем, в качестве анекдота дело дошло до Вождя, тот тоже посмеялся и пошутил, мол, парня за разглашение стратегических планов наказать, а за разработку – наградить. Так оно и…

- Сергей Алиев, корреспондент РТВ в Дубае. Беседа с неустановленным лицом.

- Вы будете семнадцатым, - торжественно заявило начальство.

- Семнадцатым на этом месте? Семнадцатым на этаже? – пошутил Амар, отгоняя чудесное видение бутылки шампанского, разбиваемой об него самого: «Нарекаю тебя...».

- У вас будет учетная запись номер семнадцать, - неопределенно улыбаясь, уточнил Штааль. То ли рассердился, то ли наоборот. И со значением изрек: - Это нечетное число.

- Неужели, Валентин-бей? – изумленно дернулся Амар.

Шеф хмыкнул, на этот раз вполне понятно. Шутку понял и принял. Температура в помещении повысилась на пару градусов. Вчера начальник сектора А велел ему явиться без опозданий к началу рабочего дня, чтобы ознакомиться с обстановкой в тишине и покое. Амар ответствовал, что понял, все понял, и удостоился пристального разглядывания. Приказ о переводе был уже подписан, вряд ли Штааль принялся немедленно увольнять нового подчиненного, но нарываться еще до первого дня не хотелось - а получалось. От неуверенности Амар всегда выпускал шипы и раздувал гонор... впрочем, как и большинство мужчин конфедерации, так что и пусть его.

Сегодня новичок явился вовремя, даже на четверть часа раньше, и обнаружил за тяжелой двойной дверью почти пустое светлое помещение без внутренних перегородок. На широких столах – цветные папки, небольшие выступы проекторов, обложки словарей, блокноты, маркеры... Все в подозрительном порядке – ни пыли, ни крошек, ни исписанных листков, ни обрывков бумаги. Чашки и стаканы отсутствуют. Личных вещей не видно. Все столы одинаково пестры и безлики. Уж не требует ли инструкция перед уходом наводить порядок на рабочем месте?..

Судя по всему, здесь не было принято приходить на службу раньше времени. Только за двумя соседними столами у окна два парня отчаянно терзали общий каталог документов. Объемный голографический интерфейс растянулся без потерь в качестве метра на полтора, и даже не морщил, когда пересекались два потока. Пришельца они не заметили или не сочли нужным замечать.

Не успел Амар истечь слюной над аппаратурой, как за ним явилась, звонко цокая убийственными шпильками, особа лет пятидесяти, в полупрозрачном черном покрывале, ниспадавшем до самых каблуков. Из-под покрывала сияла ярче солнца широкая зелено-золотая абая с узором-хамелеоном. Особа представилась секретарем господина Штааля и пригласила Амара следовать за ней. Новичок изумленно проследовал. От подобных эскапад среди женщин на службе он несколько отвык, тем более, что за ношение покрывала на улице можно было услышать много нелестных слов. Должно быть, секретарша Штааля была такой же оригиналкой, как он сам...

- Объясняю, - весело сказал шеф. - У нас есть сотрудники с четными и нечетными номерами. Четные сотрудники выполняют самые важные обязанности: получают награды и благодарности, а их признательные родственники оказывают нам любезности за избавление их чад и домочадцев от фронта и опасных мест службы. Например, отец сотрудника номер шестнадцать любезно оснастил весь наш сектор техникой индивидуальной сборки. Он клялся, что даже у самого Вождя вычислительная аппаратура не более производительна, и я склонен ему верить. Сотрудники, которые лишены возможности приносить столь ощутимую пользу, имеют нечетные номера и вынуждены заниматься всякой ерундой - искать вражеских агентов, обрабатывать грунт на информацию, вести аналитику... Пожалуйста, не перепутайте.

Амар осознал, что беседа с самого начала шла на английском. У Штааля был безликий консервативный «дикторский» выговор человека, который чаще смотрит международные новости, чем общается с носителями языка – неудивительно, впрочем. Амар подозревал, что сам уже давным-давно говорит, как местный гид, а не как уроженец Британских островов.

Тем временем шеф перешел на французский. Отсюда следовало, что анкету нового сотрудника Штааль изучил достаточно внимательно.

- Не удивляйтесь, мне надо практиковаться, и вам тоже. – Практиковаться ему действительно было бы весьма полезно.

- Ну что вы, Валентин-бей, вы прекрасно говорите, - попытался польстить Амар.

Начальство посмотрело на него как на идиота. Этот весьма выразительный взгляд Хамади уже хорошо различал. В ответ на какой-то явный промах Штааль приподнимал брови, распахивал глаза и смотрел на провинившегося как на редкий экспонат коллекции уродов. Заспиртованный. На живых людей с таким эгоцентричным, совершенно не показным любопытством не смотрят. Очень действенно получалось. Амар уже привык к командирам младше себя, привык в уме отмахиваться от любой выволочки небрежным «Давай-давай, сопляк». Тут не срабатывало.

- До обеда администратор будет знакомить вас с техникой и процессами. Когда будете возвращаться, старший инспектор Ильхан введет вас в курс дела.

-Когда вернетесь. Futur antérieur. - сказал Амар прежде, чем успел прикусить язык. - Простите, если это замечание неуместно.

- Как раз уместно, спасибо... – кивок согласия неведомо с чем. - После этого, если останутся силы, можете зайти ко мне.

Амар совершенно искренне поблагодарил, но про себя вздохнул: идти-то придется в любом случае. Начальство ему явственно благоволило, такой шанс упускать нельзя, к тому же незаслуженная милость - неожиданно хорошее назначение, - обязывала быть любезным. Подлинная причина, впрочем, крылась в том, что Штааль со всеми своими взглядами, манерами принца в изгнании, странным чувством юмора и непонятной смесью холодности с мягкостью его попросту заинтриговал. Хитрая бестия. Может быть, получится приличный отчет. Для разнообразия.

Чем противозаконная коррупция отличается от местных культурных особенностей? Позвольте я поясню на примере? Допустим, в секции Б есть некий сотрудник по имени мнээ… Усама. А у него есть родственник – или свойственник – торгующий компьютерами. В один прекрасный день секции Б выделяют деньги на вычислительный парк. Все, что начнется после этого, мы пропустим, нам важно только то, что обновление парка все же произошло – и перед секцией встал вопрос: куда девать старые машины.

По инструкции они подлежат уничтожению... но мы не о чудесах.

Естественно, приходит Усама к начальству и говорит: есть человек, и купит, и увезет, и цена. Понятно, конечно, что цена чуть меньше, чем дали бы в другом месте, но с ценой идет и пакетик начальству, да и не станет родственник-свойственник распространяться о происхождении техники. А дальше... родственник-свойственник тихо объясняет Усаме, что один из его клиентов, старых, знакомых, очень доплатил бы за компьютер с начинкой. Не с базами, не с доступом, упаси Аллах, просто с защитой, с шифровальными системами – посмотреть, как работает, скопировать себе. Доплата, кстати, не очень большая, да и предложение сделано так – «не хочешь, не надо», так что наш Аслан... простите, Усама, не заподозрит ничего излишне противозаконного. В результате у совсем другого и едва не оставшегося неизвестным лица оказался на руках рабочий компьютер секции Б, где все пользовательские документы, базы данных и прочее были просто затерты и разок нафаршированы программой очистки. А архитектуру никто не подумал ликвидировать вообще. Вы понимаете, что я имею в виду? Начальство, со своей стороны, тоже не подумало проконтролировать состояние товара – все же уже оплачено и уходит надежному человеку.

Вот это – коррупция.

А местные особенности это вот как: все то же самое. Только деньги – все, включая пакетик и доплату за нестертые данные, идут в кассу отдела. И из этой кассы весь отдел получает небольшой бонус, сотрудник Усама – премию за инициативность, начальник отдела – премию за организацию труда, а начальник начальника – подробные данные по маленькой компании, торгующей информацией о системах безопасности. И всем хорошо, даже маленькой компании, потому что их теперь не расстреляют.