Крейг Расселл – Аспект дьявола (страница 66)

– Не заставляй меня объяснять, я понимаю, что подобный подход не научен, но, похоже, комната в башне важна для Хоббса, как своего рода проводник.

– Ты прав, науки в этом ни на грамм. А как же Младек? Он тоже говорил как Хоббс, но это происходило в его палате, а не в башне. Все же я думаю, что это неоправданный риск.

– Доверься мне, Юдита. Я все обдумал.

– Как ты введешь ему лекарства? Стоит тебе войти в комнату без сопровождения санитаров, он прикончит тебя.

– Я уже сказал дежурному, что мне понадобятся два санитара, чтобы сделать укол. Я сказал, что Скала страдает от нарушений сна и что инъекция поможет ему заснуть. К тому времени как я смогу пробраться к нему в палату, то есть примерно через час, Скала уже будет спать. Я надену на него смирительную рубашку и довезу до комнаты в башне на инвалидной коляске.

Юдита на мгновение задержала на нем свой взгляд.

– Хорошо. Когда мы приступим?

Виктор улыбнулся.

– Смена караула обычно в семь. Повторю еще раз, твоя задача проникнуть в комнату охраны и отключить замки. Я встречу тебя в башне, как только смогу. Главная сложность в том, что мне надо пройти через лазарет, а Кракл будет на дежурстве. Хотя он ленивая свинья, но он, тем не менее, никогда не покидает рабочее место, просто отсиживается там и читает «Фёлькишер беобахтер»[48] или что-то в этом роде.

– Ты понимаешь, что такая выходка будет стоить тебе работы? И мне тоже?

Виктор мрачно кивнул.

– На другой чаше весов то, что мы сможем разобраться, что происходит с Хоббсом и Филипом.

– Ты уверен, что есть связь? – спросила Юдита.

– Я знаю, что это звучит как бессмыслица, но да, я уверен.

Виктор знал, что самое главное – вести себя уверенно. В конце концов, он был врачом и имел право находиться там, где считал нужным, поэтому к «палате номер шесть» он шел спокойной походкой.

С Юдитой было сложнее. У нее не было причин заходить в комнату охраны. Если ее застанут там, она не сможет найти правдоподобного объяснения.

В семь часов вечера свет во всей клинике притушили, и Юдита внутренне поблагодарила архитектуру замка за подаренные ей темные переходы. Мелькнула мысль, что она сошла с ума и творит невесть что. Но сумасшествия было более чем достаточно не только в этом замке, но и за его пределами. Может быть, подумала она, безумие скоро станет настолько обычным явлением, что его перестанут признавать безумием. Она оглянулась. Еще не поздно соскочить, запереться у себя в комнате и забыть обо всем, как о страшном сне. Но Виктор зависит от нее. Виктор убежден, что должен сделать это, и она ему поможет.

Юдита прислушалась. Со стороны поста охраны не доносилось ни звука. Она сняла туфли и зажала их в руках, чтобы никто не услышал, как она крадется по каменному полу.

Никем не замеченная, она прошмыгнула в заветную дверь… и чуть не потеряла сознание, увидев, что дежурный все еще сидит за своим столом напротив щитка со множеством переключателей, среди которых был и нужный ей. Мужчина сидел спиной к ней, но, должно быть, что-то услышал, – она поняла это по тому, как он напрягся. Юдита проворно отступила и спряталась за дверью в коридоре.

– Есть кто? – настороженно произнес дежурный.

Услышав его голос, Юдита с громко бьющимся сердцем огляделась. Послышался звук отодвигаемого стула. Единственное место, где можно было укрыться, – выступ арки. Она на цыпочках подбежала к нему и прижалась спиной к холодной каменной кладке.

В дверях комнаты появился дежурный. Постояв немного, он вернулся за ключами, чтобы начать обход. Если он двинется в ее направлении, ей конец. Она на секунду задержала дыхание, боясь выдать себя. Но все обошлось – дежурный не спеша зашагал в противоположном от Юдиты направлении. Она перевела дух, подождала, когда он отойдет подальше и прошмыгнула в комнату.

Ей потребовалось время, чтобы разобраться, на какие рычажки нужно нажимать. Как только ее рука потянулась к щитку, что-то внутри дрогнуло. «Это безумие», – снова сказала она себе. То, что они затеяли, было смертельно опасным. Потом она подумала о Викторе, о его уверенности, о решимости помогать другим.

И она отключила замки.

Виктор заставил себя сосредоточиться на выполнении поставленной задачи. Это было непросто. С тех пор как Хоббс говорил через Скалу, с тех пор как капитан Смолак подтвердил его худшие подозрения в отношении Филипа, он был переполнен вопросами, которые ждали ответа. Все сводилось к тому, чтобы узнать правду у Хоббса. Но сначала нужно выудить Хоббса из Скалы.

Он подошел к кладовке, в которой заранее оставил кресло-каталку и смирительную рубашку, в надежде, что никто их не возьмет. Пока все шло по плану: ни у дежурного, ни у санитаров не возникло сомнений относительно «ночных» инъекций. В целях безопасности санитары, приставленные к Скале, постоянно чередовались и не могли знать, правда ли у пациента были проблемы со сном. Они беспрекословно выполнили указания Виктора, и все, что ему осталось, это перевезти Скалу в башню, а потом, как какому-нибудь средневековому некроманту, вызвать мистера Хоббса.

Коляска и смирительная рубашка были на месте. Забрав все необходимое, Виктор открыл дверь в крыло для пациентов и направился к шестой палате.

Он с облегчением понял, что Юдита справилась со своей частью миссии: магнитные замки были отключены.

В палате Скалы было темно. Виктор почувствовал, как учащается его пульс: если он просчитался, если Скала не отключился под воздействием лекарств, его ждет ад. И не только его: выбравшись из палаты, Скала может проникнуть куда угодно. Все обитатели замка станут его игрушками. От одной мысли об этом холодело внутри; он представил, как Скала калечит людей, натянув на себя лицо Виктора, как маску.

– Войтич? – тихо позвал Виктор.

Дрожащими пальцами он нащупал выключатель, и палату залил яркий свет. Скала лежал на диване. Виктор собрался с духом и подошел к нему. Пациент дышал глубоко и ровно – лекарство подействовало. Виктор попытался надеть на него смирительную рубашку, но это оказалось непросто. Лицо стало мокрым от пота. Потеря времени грозила встречей с дежурным охранником, который производил обход.

В конце концов он справился с этой чертовой рубашкой, усадил Скалу в кресло, вывез в коридор и чуть ли не рысью бросился в сторону башни. Дважды он останавливался, потому что ему казалось, что он слышит звук шагов, в третий раз он остановился для того, чтобы открыть и запереть за собой дверь перехода.

Юдита ждала его у комнаты для сеансов. Она жестами показывала ему, что нужно поторопиться. Однако угол наклона пандуса и вес Скалы не позволяли быстро управлять креслом, и в какой-то момент Виктору показалось, что он не справится и коляска с грохотом покатится вниз.

Юдита, увидев, что Виктору нужна помощь, бросилась вниз. Вдвоем они кое-как завезли кресло со Скалой в комнату, после чего Юдита обеими руками осторожно закрыла дверь и повернула ключ в замке.

Вдруг они ощутили, что попали в иной мир. В комнате было темно. Эта темнота была всепоглощающей, такой, какую искал одержимый художник в истории Доминика Бартоша. Юдита осознала, что они с Виктором заперты в полной темноте с маньяком, на счету которого бесчисленное количество убийств. Ее все сильнее охватывала паника.

Комнату осветила вспышка пламени от зажигалки Виктора, по стенам заплясали извивающиеся тени. Он нашел настольную лампу и включил ее.

– Помоги мне переложить Скалу на кушетку. Нужно пристегнуть его.

– А как насчет смирительной рубашки? Ты же не собираешься ее снимать?

Виктор взглянул на пациента, который начинал шевелиться, хотя лекарства еще действовали.

– Мы оставим его в рубашке и привяжем лодыжки к кушетке. Он не сможет причинить нам вреда.

Юдита взяла Скалу за ноги, а Виктор за плечи, и они с трудом перетащили его из кресла-каталки на кушетку. Юдита тут же затянула ремни на мясистых лодыжках.

Они постояли немного и отдышались. В глазах обоих светилась решимость. Затем Виктор подготовил небольшую дозу стимулятора, чтобы Скала мог прийти в себя и говорить. Он постоял минуту с поднятым в руке шприцем.

– Ты готова?

– А ты? Ты уверен, что хочешь пройти через это? – спросила она, мягко дотронувшись до его руки.

– Я должен узнать, – сказал он. – Я должен все выяснить.

Помрачневшая Юдита кивнула и включила магнитофон.

Виктор осторожно ввел Скале стимулятор, ровно столько, чтобы он мог прийти в сознание.

– Войтич, – позвал он пациента. – Войтич, вы меня слышите?

Скала невнятно забормотал, открыл глаза наполовину и снова закрыл. Все тело было безвольным. Наблюдая за ним, Юдита не могла представить, как в таком состоянии он сможет сказать что-то сам, а тем более от лица Хоббса.

– Слишком сильная доза наркотиков, – прошептала она. – Он неспособен…

Виктор с нетерпением покачал головой и снова повернулся к Скале.

– Войтич… Мне нужно поговорить с мистером Хоббсом. Мне нужно, чтобы мистер Хоббс вернулся, понимаете?

Минуту все молчали. Затем тишину прервали два звука. Первым прозвучал голос, знакомый Юдите по записям, – низкий и гулкий, от которого сжималось все внутри.

– Я здесь, Виктор. Я обещал, что вернусь, – сказал мистер Хоббс. – Помните, я говорил вам, что у меня есть незаконченное дело.

Второй звук был пронзительно-оглушительным. Он отозвался эхом в сводчатом потолке круглой комнаты.