Крейг Оулсен – Бездна (страница 3)
– Дайте немного воды… – Он облизал губы. – Пить хочется.
Один из ребят снял рюкзак и достал бутылку. Поднёс ко рту тренера. Напоил.
– Несмотря ни на что, оставайтесь людьми…
Складывалось ощущение, что тренер уже бывал в подобных тяжёлых ситуациях. И он будто видел своими глазами, как человек переставал быть человеком. Как под влиянием желания жить падает ценность чужой жизни. Когда-то он испытал это. Единственное, что он сейчас может сделать, это предупредить нас в надежде: мы не повторим чужих ошибок. Мне показалось, все стоящие вблизи от тренера это поняли.
– И накройте меня чем-нибудь… Ужасно холодно.
Кто-то достал плед из автобуса и накрыл тренера.
Мы смотрели, как из него медленно уходит жизнь. Смотрели, и ничего не могли поделать. Некоторые не выдержали и отошли в сторону. Я, как и большинство оставшихся, не хотел, чтобы наш тренер умирал в одиночестве.
Его слегка трясло. Веки всё медленнее и всё реже открывались. Дыхание замедлялось. И в какой-то момент прекратилось.
Мистер Дрейман умер на наших глазах. Никто не был готов к такой потере. Многие плакали в голос, кто-то еле сдерживался. У всех текли слёзы. Мы уважали его, признавали в нём хорошего человека. А теперь его нет.
Джеймс подошёл к телу и накрыл лицо.
– Как бы нам сейчас тяжело ни было, нужно помочь остальным! – обратился он ко всем. –Разберёмся с ранеными и будем думать, что делать дальше.
Мы в ловушке. Стены каньона кажутся непреступными. Каждый раз, когда я смотрю на них и представляю подъём, сердцебиение учащается. Для нас, ничего не смыслящих в скалолазании подростков, попытка подняться смертельна. Нужен другой, более безопасный, выход из ситуации, в которой оказались все мы.
Я смог оторвать взгляд от пугающих стен каньона, лишь когда меня кто-то позвал.
Здоровяк Джеймс, любитель побренчать на гитаре, продолжал проявлять лидерские качества. И, кажется, коллектив поддался ему. Он разбил всех на группы. Двое сели у магнитолы, пытаясь поймать радиоволну. Другая группа отправилась на разведку. Каньон уходил вдаль, и парням необходимо было найти более удобный подъём. Шанс, что лёгкий выход из ущелья всё-таки есть, оставался. Через несколько часов они обязаны были вернуться, таков уговор. Третья группа собирала и распределяла припасы, воду. Приходилось подготовиться к пребыванию здесь в течение какого-то времени. Джеймс также не сидел без дела. Он сумел слить из автобуса бензин. Остальные собирали всё, что могло гореть. Все хорошо понимали, что если мы останемся здесь на ночь, то можем замёрзнуть.
Я, Фред и ещё несколько ребят откручивали или отрывали кресла из автобуса и выносили на улицу, сваливая в кучу. Тканевые сиденья с помощью бензина могли неплохо гореть… в теории. Под одним из кресел я нашёл бутылку воды и решил отнести девчонкам, занимающимся сбором припасов. У выхода из автобуса я машинально бросил взгляд на тренера. Он был по-прежнему накрыт, а двое парней поблизости возились с магнитолой. На удивление аккумулятор давал энергию.
– Что-нибудь есть? – спросил я у Тилля, сидящего у магнитолы.
Он покачал головой и тихо сказал:
– Пока ничего.
Я вышел из автобуса и передал воду Эми.
– Как ты? – спросила она, принимая бутылку.
– Как и все, – вяло улыбнулся я и пояснил: – Не представляю, что делать дальше.
– Мы тоже с девчонками ломаем голову, как быть. Некоторые даже боятся думать о том, что придётся выбираться отсюда самим. Прямо по скалам.
– Надеюсь, до этого не дойдёт, спасатели скоро нас найдут.
– Но, если нам всё же придётся лезть, то я хочу… – Эми замялась. Она немного волновалась, и причина была не только в сложной ситуации. Она хотела сказать мне что-то бо́льшее. То, что заставляло колебаться. Я это почувствовал.
– То есть, – продолжила Эми, смотря мне в глаза, – то есть прошу, чтобы ты был рядом.
В эту самую секунду мне захотелось обнять её, пожалеть, дать надежду на то, что всё будет хорошо. И что, когда выберемся, всё изменится. В том числе и для нас двоих.
– Знаешь, – продолжила она, – я давно хочу признаться тебе… Ты очень…
– Отвали от меня! – громко раздалось позади.
Эми замолчала. Мы обернулись на шум.
Джеймс спорил с Дэйвом, своим другом. Бывало, они вместе кошмарили младших, да и ровесников. Но справедливости ради скажу, что это далеко не самые жестокие типы из нашей школы. А сейчас между ними разгорелся нешуточный спор. Нам захотелось узнать причину разбирательств. Как только мы с Эми подошли, Дэйв попытался ударить Джеймса. Но тот увернулся, а после оттолкнул приятеля.
– Лучше успокойся!
– Нам нужно развести костёр прямо сейчас! – кричал Дэйв. – Спасатели могут увидеть дым!
– Да?! А если их не будет поблизости?! Что тогда?! Как мы протянем ночь, если сожжём всё прямо сейчас?! Мы все на хрен замёрзнем!
– Если нас не спасут, мы и так сдохнем! Неужели ты собрался карабкаться по этим скалам?!
– Нам придётся это сделать, когда кончатся припасы!
– Ты вообще думаешь, что говоришь?! Многие из нас даже до середины не доберутся!
– Огонь нужен ночью! – зарычал Джеймс. – Ты понял?!
– Да я плевать хотел на твоё мнение!
Джеймс ринулся на выказавшего неуважение Дэйва. Он врезал другу прямо в челюсть. Парень упал и тут же быстро поднялся, хотел ответить. В этот момент несколько ребят выскочили из толпы и разняли участников начинающейся драки.
Неожиданно из автобуса выбежал Тилль.
– Радио! Я поймал работающую волну! – он нервно сглотнул. – Там сейчас что-то говорят!
Вмиг все забыли о споре и толпой бросились к автобусу. Тилль прибавил громкость. Мы стояли вокруг и, затаив дыхание, слушали обращение:
– …Повторяю! Мы столкнулись с силами, превышающими наши боевые возможности. Прямое столкновение гражданских с иноземной формой жизни слишком опасно. При её обнаружении лучший способ выжить… побег. Каждый должен знать… – голос пропал. Несколько секунд продлился белый шум. – …не вступайте в контакт! Даже зрительный контакт чреват последствиями, не говоря уже о каком-то боевом сопротивлении. Военные делают всё возможное. Сопровождение жителей до бомбоубежища – наша приоритетная задача… – Сигнал вновь пропал, но сразу же восстановился. – …силы не равны. Если у вас есть возможность добраться до ближайшего укрытия самостоятельно, то немедленно выдвигайтесь. Если же у вас нет такой возможности, то…
Началось шипение. И не прекращалось. Простояв около минуты в надежде, что радио вновь заработает, кто-то не выдержал ожидания и нервно сказал:
– Настрой сигнал ещё раз!
Парень попытался подрегулировать приём. Но ничего не вышло. Он обернулся к толпе с виноватым взглядом.
– Я… не могу, – робко признался Тилль.
– Как будто кто-то специально глушит сигнал! – поделился мнением кто-то из парней.
– Неужели это делают они? – задалась вопросом Тейлор. Все хорошо понимали, о ком речь.
– Те, кто нас бомбил? – уточнил кто-то и тут же сам ответил: – Больше вроде как и некому.
Вскоре все разошлись. Мы, четверо друзей, присели на камни недалеко от автобуса.
– Такое ощущение, – протянул Фред, снимая кепку, – что нас никто не придёт спасать.
– С тобой трудно поспорить, – отреагировал Тилль.
– Жаль! – признался Фред. – Я рассчитывал, что ты как раз меня и переубедишь. Скажешь, что типа переживать не о чем.
– Я не твоя мамка!
Фред ответил вздохом разочарования…
Через полчаса вернулись наши разведчики. Уставшие и, судя по лицам, без хороших вестей. Все окружили их в ожидании хоть чего-то позитивного.
Один из них решил заговорить, не дожидаясь вопросов:
– Мы шли только в одну сторону больше двух часов. Брайан, – говорящий указал на худощавого парня с длинными волосами, – сильно подвернул ногу. Пришлось на себе тащить.
– А что с выходом? – спросил Джеймс, передавая воду говорящему.
Жадно отхлебнув, парень ответил:
– Все скалы примерно такие же, как и здесь. Завтра можно попробовать зайти дальше, но что-то подсказывает, что мы только зря потратим силы.
– Думаешь, нормального подъёма поблизости нет?
– Сильно сомневаюсь в этом…
Начало темнеть. Температура воздуха падала. Мы вчетвером сидели на тех же камнях, наблюдая как Джеймс поливает гору кресел бензином. Каждый застегнулся на все пуговицы, надел на себя всё, что прихватил с собой, в попытке сохранить тепло.