Крейг Дилуи – Один из нас (страница 48)

– Успокойтесь, приятель. Если мои швы разойдутся, я сделаю вам строгий выговор.

– Салли… – прохрипел Гейнс.

Остаток фразы застыл на его губах.

– Она мертва, – сказал доктор. – Мне очень жаль.

– Бедная девочка, я убил ее! Это был я!

– В вас говорит чувство вины, – утешающе произнес доктор. – Не позволяйте ему погрузить вас в депрессию. На чем вам сейчас следует сосредоточиться, так это на том, что вы пытались ее спасти.

Гейнс вспомнил, как велел Еноху бежать за помощью. Чудовищный ребенок набросился на него, словно монстр из фильма ужасов. Огненная боль, пронзающая тело… Спокойный тихий голос, говорящий ему, что он сильно изранен, а затем перешедший в вопль: «Он тебя убил, ты сейчас умрешь!»

– Это верно. – Гейнс утер слезы. – Я пытался. Но он мне не позволил.

– Об этом сукином сыне можете не беспокоиться. Шериф его поймал.

– Что он сказал шерифу?

Док Одом хохотнул:

– Вы не поверите, если я расскажу. Сплошные отговорки и глупости.

– Как там мой мальчик? Что с ним?

– Я осмотрел его, когда вас привезли. Он в порядке. Вы должны гордиться тем, как вы его воспитали. Этот парень спас вам жизнь. Теперь он настоящий мужчина.

– Да уж… – пробормотал Гейнс, ненавидя сам себя.

– А вы нынче герой дня! Сегодня я вас выпишу.

Гейнс оглядел открытки и цветы. Ему очень хотелось остаться еще на какое-то время, может быть, навсегда. Здесь он чувствовал себя в безопасности. В этой комнате время как бы застыло. Стоит ему выйти, и все тут же начнет меняться. Ему придется заново начинать жить, зная, что он сделал, и ожидая, когда воспоминания вернутся к нему в полную силу.

– Вы уверены, док? Уверены, что я уже готов?

– Абсолютно. Я сделал вам скидку в пятьдесят процентов, раз уж вы такой герой.

– Спасибо, – отозвался Гейнс.

Даже со скидкой, он не мог без ужаса думать о том, что по счету придется платить.

Теперь он видел истину ясно как день. Дело вовсе не в том, что жизнь выдала ему плохие карты. Жизнь не была к нему особенно дружелюбна, но она предоставила ему такие же шансы, как и всем остальным. Нет, просто он ужасный болван. Здравого смысла в нем не больше, чем Бог дал какому-нибудь гусю. Если он бросится на землю ничком, то и тогда найдет способ промахнуться.

Док Одом помог ему выбраться из постели и одеться. Он подвесил ему руку на перевязь, выписал несколько рецептов. Посоветовал избегать физических нагрузок, пока ему не станет лучше. Побольше жидкости, побольше отдыхать, никакого спиртного. Предписание доктора.

– Я вызову вам машину, – сказал доктор. – Не беспокойтесь, я заплачу.

– Спасибо, но не стоит. Я бы малость прошелся, если мне это можно.

Док Одом кивнул.

– Да, наверное, вам не повредит немного подышать воздухом. Если будут какие-то осложнения, звоните.

– Еще раз спасибо!

– Ах да, совсем забыл сказать. Этот парень, который убил Салли, – оказывается, он убил и Рэя Боуи тоже.

– Да ну! – изумленно отозвался Гейнс.

– В общем, не забывайте: двигайтесь потихоньку и держитесь подальше от бутылки. Алиса вас проводит.

Гейнс вышел из больницы свободным человеком. На нем были его охотничьи штаны, свежепостиранные костлявой сиделкой, и белая футболка, которую дал ему доктор. Он заглянул в свой бумажник и среди старых квитанций обнаружил две двадцатки.

Более чем достаточно, чтобы надраться. Он двинулся прямиком в «Ржавый гвоздь». Открыл дверь и помедлил, моргая, приноравливаясь к неожиданному полумраку. В воздухе висел дым, подсвеченный красным неоном. Звяканье бутылок. Музыкальный автомат, молчаливо стоящий возле стены. Совсем немного посетителей, большинство из которых тихонько пили возле стойки. Человек в черном кожаном жилете гонял шары на бильярде. Симпатичная барменша протирала стойку, и ее груди под черной футболкой с надписью «AC/DC» соблазнительно подпрыгивали. Снаружи сияло солнце, но помимо этого он понятия не имел, сколько сейчас времени. Это не имело значения. Если здесь наливают, то он будет пить. Гейнс всегда любил это место. Сюда можно прийти в четверг со стеклянной банкой, и тебе нальют в нее за доллар.

Чувствуя головокружение, он неверной поступью прошел к табуретам перед стойкой. Он испытывал отчаянную потребность сесть. Изодранная рука была горячей и чесалась под бинтами, словно мешок раздувшегося мяса, подвешенный на перевязи. Гейнс так и не спросил, сколько швов ему наложили.

Барменша подняла голову и улыбнулась:

– Поглядите-ка, кто к нам пришел! Это же наш герой дня!

Снова эта фраза, причем сказанная без всякой насмешки.

Гейнс тяжело опустился на один из табуретов.

– Приветствую.

Легким движением сковырнув крышку, барменша поставила на стойку пенящуюся бутылку Bud.

– За счет заведения, – сказала она, подмигнув.

Люди за стойкой разглядывали его. Суровые морщинистые лица, бороды, кепки. Гейнс взял бутылку, холодную и скользкую от сконденсировавшейся влаги. Сперва он собирался взять ее и уйти. Все, чего ему сейчас хотелось, – это чтобы его оставили, к чертям, в покое. Чтобы на него никто не глазел и не лез с разговорами.

Запрокинув голову, он залил в глотку длинный глоток. Ахнул, ощутив, как пиво проскребло по пищеводу. Рыгнул. Один из посетителей присел рядом с ним. Гейнс окинул его взглядом: маленькие глазки, кустистая соломенная борода, зеленая фирменная кепка с надписью John Deere.

– Ты тот парень, верно?

– Какой парень? – спросил Гейнс, утирая рот рукавом.

– Которого порвал монстр, когда он пытался спасти маленькую девчушку.

– Да, это я. Вот, выписался из больницы.

– Селия, запиши его следующую выпивку на мой счет! – распорядился незнакомец и протянул Гейнсу руку: – Оуэн, так меня зовут. Оуэн Майлз. Рад познакомиться.

Гейнс пожал ему руку здоровой рукой:

– Я тоже рад, Оуэн. Я Дэйв Гейнс.

– Хе, уж твое-то имя я знаю! – отозвался Майлз.

«Так вот, значит, каково это – когда тебя уважают», – подумал Гейнс.

– Мы слыхали, твой паренек стрелял в этого сукиного сына, – добавил его собеседник.

– Мой сын Арчи. Верно говоришь.

– Теперь он настоящий мужик, а?

Гейнс вздрогнул и снова потянул из бутылки.

– Верно говоришь, – снова сказал он.

– Ты должен гордиться таким парнем.

В бар вошел новый человек. Майлз махнул ему рукой:

– Эй, Билл! Глянь, кого я нашел!

Тот взглянул на Гейнса, сгорбившегося над стойкой, с рукой на перевязи.

– О черт, парень, что с тобой приключилось? Медведь тебя, что ли, завалил?

– Чудик с ним приключился, – сообщил Майлз. – Это тот парень, что пытался спасти девчушку Реджи Элбода.

– Матерь божья! Так ты – тот самый! Я Билл Фаэрти. Позволь тебя угостить!

– Я ему уже поставил, – предупредил Майлз.