Крейг Браун – One Two Three Four. «Битлз» в ритме времени (страница 84)

Джордж и Пол не бросили Донована в беде и попросили своего адвоката Дэвида Джейкобса представлять в суде обвиняемых. Однако задержанных признали виновными и присудили им штраф в размере 250 фунтов. Спустя восемь месяцев, в феврале 1967-го, Пилчер возглавил рейд на «Редлендз», поместье Кита Ричардса в Уэст-Уиттеринге, где едва не замели и Джоржа с Патти Харрисон — они уехали всего за несколько минут до прибытия полиции.

Так и продолжалось. Девятнадцатого августа 1968-го Пилчер нагрянул на квартиру к джазовому музыканту Табби Хейзу[796] и арестовал его за хранение диаморфина и героина. Позднее в том же месяце Доновану позвонил Джон и сказал: «Меня только что предупредили, ко мне вот-вот заявятся». Донован с Джипси Дейвом поехали в Суррей, где застали Джона, который «расхаживал вразвалочку, как матрос, встрепанный и злой, готовый к бою». Донован попытался его успокоить: «Джип все устроит, он знает, что делать».

На длинном стеклянном кофейном столике Донован немедленно заметил «три горки сенсимильи», соцветий конопли с сильным психоактивным эффектом, — их раз в три месяца привозил в крыльях «мерседеса» какой-то богатый поклонник из Америки. Джон поставил на музыкальном автомате песню Хаулин Вулфа[797], а Джипси Дейв и Донован взяли на себя основную работу: смывали травку в унитаз.

По словам Донована, едва они избавились от последней порции, как прибыл детектив-сержант Пилчер. Так ничего и не обнаружив, он «собрал своих людей в прихожей и заявил: «Попомни мое слово, Леннон, в следующий раз мы тебя прижмем»». Донован покосился на него. «Джон готов был врезать ему по яйцам, но Джип его удержал. Полицейские направились к выходу. Джон распахнул для них дверь, а потом со всей силой захлопнул и выкрикнул: «Катитесь нахер! В жопу вас, сволочи!» Полиция уехала».

По версии друга Джона, актера Виктора Спинетти, все происходило чуть иначе. Донован был в гостях у Джона, собирался показать ему фильм, но тут кто-то позвонил и предупредил об облаве. «Черт, сейчас сюда нагрянут», — сказал Джон и заметался по дому, собирая запасы травки и смывая их в унитаз. «Трава все никак не смывалась, да и глупо было бросать ее в толчок». Потом Джон заметил что-то в коробке, схватил ее и закопал в саду. После этого явились полицейские, поднялись наверх, разбудили Джулиана, сына Джона, и перетряхнули его кроватку. Детскую кроватку! В ней ничего не было. Затем они перерыли уже весь дом. А мы сидели и смотрели на все это». По словам Спинетти, полицейские ушли несолоно хлебавши, но перед уходом попросили у Джона автограф.

Спустя два месяца Джон и Йоко жили в квартире Ринго на Монтегю-сквер. Однажды в пятницу к ним зашел Пит Шоттон и застал Джона с пылесосом.

— Ох, Пит, хорошо, что ты пришел! Сейчас приедет наркополиция!

В этот раз Джона предупредил Дон Шорт, музыкальный корреспондент «Дейли миррор», получивший наводку от полиции: Пилчер загодя обеспечивал себе рекламу. Джон с остервенением пылесосил квартиру. «Тут ведь долбаный Джими Хендрикс жил! — орал он, возя щеткой по стенам. — Хрен его знает, каким дерьмом ковры обсыпаны!»

Пит с Джоном продолжили искать все незаконное, но в какой-то момент Джон отлучился в спальню. Из-за двери донеслись крики: Джон спорил с Йоко. Вскоре до Пита дошло, что спор из-за него.

— Видеть его не желаю! — визжала Йоко. — Чтоб я его тут не видела!

Йоко и Пит никогда не ладили.

— Он мне здесь нужен! — отвечал Джон. — Помощь нам бы ни хера не помешала, а Пит как раз готов помочь!

— Сами справимся, Джон, не нужен он нам тут! Не хочу его видеть!

Пит тактично ретировался, прихватив пылесборник, а незадолго до полуночи в квартиру постучали сотрудники полиции: шестеро мужчин и женщина. Йоко чуть приоткрыла дверь, и женщина сообщила, что у них ордер на обыск. Выражаясь словами полицейского протокола, составленного детективом-сержантом Пилчером, Йоко, «услышав, что мы сотрудники полиции, и узнав о цели нашего визита, убежала по коридору в квартиру, захлопнула дверь и заперлась на замок».

В это время один из полицейских обошел дом сзади и попытался проникнуть внутрь через окно спальни, но Джон крепко держал створку и орал: «Да насрать мне, кто вы, я вас не впущу!» Потом его сменила Йоко, а Джон стал одеваться. — Откройте окно! Вам же хуже будет! — крикнул полицейский.

— Ордер покажи! — ответил Джон.

Полицейский прижал бумагу к стеклу, и Джон сделал вид, что читает. Тем временем остальные полицейские пытались взломать парадную дверь. Джон нехотя впустил их.

Отряд включал двух кинологов, но те по какой-то причине забыли привести своих псов, и пришлось полчаса дожидаться, пока не привезут собак. Джон позвонил Нилу Эспиноллу, который перезвонил Питеру Брауну — в то время он занимался тем, что сопровождал на многочисленные встречи юную валлийскую певицу Мэри Хопкин, недавнее открытие Пола. Браун приехал к Джону и Йоко как раз тогда, когда им формально предъявили обвинение в хранении наркотиков. Поисковые собаки, с легкомысленными кличками Йоги и Бу-бу[798], отыскали марихуану в кожаном футляре от бинокля и в чемодане. Джон недоумевал: «Я же не идиот, я весь чертов дом проверил».

К тому времени снаружи собралась армия репортеров и журналистов. У них на глазах Джона с Йоко забрали и увезли в полицейский участок на Паддингтон-Грин.

Там их отпустили под залог в 100 фунтов и обязали на следующее утро явиться в суд. Слушание длилось пять минут. Детектив-сержант Пилчер зачитал обвинения: одно — за хранение опасного наркотика, другое — за «сознательное противодействие Норману Пилчеру, сотруднику лондонской полиции». Рассмотрение дела отложили до 28 ноября. Покинув зал суда и дожидаясь машины, Джон и Йоко вынуждены были стоять в окружении толпы журналистов и фотографов. Как обычно, не упуская шанса извлечь выгоду из неприятной ситуации, они поместили один из снимков на оборотную сторону конверта своего следующего альбома «Unfinished Music № 2: Life with the Lions»[799].

Спустя два дня член парламента от Лейбористской партии направил запрос министру внутренних дел Джеймсу Каллахану, обратив его внимание на тот факт, что в рейде участвовало чрезмерное число полицейских. Детектив-сержант Пилчер лично доставил министру внутренних дел рапорт с объяснениями, где в свое оправдание писал: «Потребовалось по меньшей мере пятеро сотрудников полиции ввиду трудностей, возникших при проникновении в жилое помещение, и того факта, что означенное жилое помещение занимает два этажа, причем на каждом из них находится большое число комнат в полном беспорядке». По словам Пилчера, дополнительные силы потребовались еще и потому, что «зачастую, осуществляя рейд в соответствии с ордером на обыск в жилых помещениях, занимаемых лицами, причастными к индустрии развлечений, сотрудникам полиции приходится сталкиваться с большими группами людей, участвующих в необычных празднествах. В данном случае в жилом помещении обнаружилось всего два человека, оба в оголенном виде».

Двумя днями позднее мистера Каллахана спросили, «в какой мере лондонская полиция уведомила прессу и рекламные организации о предстоящем рейде на частную резиденцию Джона Леннона». Детектив-сержант Пилчер отрицал, что сведения о предстоящем рейде просочились по его вине, предположив, что ответственность за это, скорее всего, лежит на соседях. Однако позднее в докладной записке говорилось: «Доподлинно известно, что об этом инциденте прессу кто-то известил».

Пять месяцев спустя Пилчер нанес очередной удар. На сей раз он выбрал день свадьбы Пола с Линдой и явился в имение Джорджа в Ишере, предполагая, что хозяев не будет дома. Вот только он не подозревал, что Пол решил не приглашать на свадьбу никого из битлов и их спутниц. Патти сидела дома, ждала, пока Джордж заедет за ней и отвезет на вечеринку в Лондоне. «Внезапно по гравийной дорожке зашуршали шины… к дому подъезжали автомобили… слишком уж много, а значит, это был не Джордж. Сперва подумалось, что, может, Пол и Линда решили погулять после венчания. Затем в дверь позвонили. Я открыла и увидела толпу сотрудников полиции в мундирах, женщину-полицейского и собаку».

Старший из них, детектив-сержант Пилчер, предъявил ордер на обыск. «Человек восемь вошли в парадную дверь, другие пять или шесть — в заднюю, остальные набились в оранжерею». Приехали и Йоги с Бу-бу. Позднее Джордж заподозрил, что Пилчер назвал собаку Йоги в честь Махариши — что вполне возможно, если учесть странную эмоциональную зависимость Пилчера от тех, кого он желал прищучить.

Патти позвонила Джорджу в офис «Эппл». Джордж спокойно пообещал что-нибудь придумать. Вскоре прибыл верный Пит Шоттон, который жил неподалеку.

Пока полиция обыскивала бунгало, Патти налила себе и ему водки с тоником. Пит достал пачку сигарет «Ротманс» и тут же вспомнил, что среди обычных сигарет припрятана парочка косячков. Внезапно объявился детектив-сержант Пилчер. «Поглядите, что нашел Йоги!» — сказал он Патти, показывая брикет гашиша.

— Вы рехнулись? — ответила Патти. — Вы это с собой привезли.

— Йоги нашел это в туфле вашего супруга, — возразил Пилчер.

— Это подстава, — ответила Патти и честно добавила: — Будь у нас такой кусок гашиша, мы бы точно не стали хранить его в туфлях Джорджа. Скажи вы, что ищете травку, я бы сразу отправила вас в гостиную: трава там на столе, в горшочке. Но вы же за наркотиками пришли. Я думала, что вам нужен героин или что-то опасное…