Крейг Браун – One Two Three Four. «Битлз» в ритме времени (страница 14)
Так, может, и это воскрешение «Битлз» — все та же старая пластинка, грезы о синих высоких холмах?[111]
Такие вот тоскливые мысли одолевали меня, когда на сцену вышли
24
Хелен Шапиро выгнали из школьного хора за несдержанность. Она так и норовила оживить строгие гармонии.
Тогда двенадцатилетняя Хелен собрала свою группу
Группа, впрочем, скоро распалась. Хелен частенько зависала у актерского входа театра «Хакни эмпайр», неподалеку от ее дома, и высматривала звезд: Адама Фейта[113], Билли Фьюри, Клиффа Ричарда и
В тринадцать лет она решила, что станет либо стюардессой, либо певицей. Окончательный выбор за нее сделал дядя Гарри, которому случилось увидеть рекламу школы современной популярной песни Мориса Бермана, в которой когда-то училась Альма Коган[115]. Берман и сам до войны играл на барабанах в ведущих эстрадных оркестрах[116], а нынче вел колонку в «Мелоди мейкер»[117]. Познакомившись с юной Хелен, он пришел в восторг от ее глубокого блюзового голоса и даже отказался брать с нее плату. Каждую субботу Хелен посещала занятия у него в школе на углу Бейкер-стрит и Мэрилебон-роуд, где разучивала гаммы, оттачивала дикцию, фразировку и умение работать с микрофоном.
Спустя полгода Берман связался со своим старинным другом, дирижером и продюсером Норри Парамором[118]. Парамор предложил Хелен сделать пробную запись в студии EMI на Эбби-роуд. Она исполнила «Birth of the Blues»[119], и Парамoр просто не поверил, что тринадцатилетняя девочка обладает таким мощным, хорошо поставленным голосом.
EMI заключили с Хелен контракт. Вместо процента с прибыли ей предложили пенни за каждый сингл и шесть пенсов за каждую долгоиграющую пластинку на двенадцать песен. Если Хелен добьется успеха, выплаты вырастут до трех фартингов за песню и далее, вплоть до максимальных двух пенсов за сингл. «Все решалось за меня. В EMI работали ушлые бизнесмены, а я была девчонкой, которой хотелось просто петь. Финансовой стороной дела я не интересовалась, а спохватилась слишком поздно».
Хелен и ее родители хотели сменить ей имя. В то время еврейские исполнители часто так поступали, чтобы не стать жертвами антисемитизма. Однако Норри Парамор посчитал, что мало кто сообразит, что фамилия Шапиро — еврейская, а сама по себе она была броской, так что ее решили сохранить.
Десятого февраля 1961 года вышел первый сингл Хелен «Don’t Treat Me Like a Child»[120]. Сперва он достиг приличного, казалось бы, двадцать восьмого места в чартах, но потом Хелен засветилась в первом выпуске нового музыкального шоу «Спасибо счастливым звездам»[121], и сингл взлетел на четвертую позицию. Хелен стали узнавать на улицах.
Ее следующие две песни «You Don’t Know» и «Walkin’ Back to Happiness»[122] разошлись тиражом в миллион пластинок каждая и оказались на первом месте в чартах. В 1961 году Хелен заслужила звание лучшей певицы страны и на следующий год — тоже.
Ближе к концу 1962-го промоутер Артур Хаус рассказал, что собирает исполнителей для ее очередных гастролей по стране. «У тебя будет славная компания. Кенни Линч, Дэнни Уильямс[123]. На поддержке у тебя снова
«Битлз» Хелен, конечно же, знала: «Смешные ребята со смешными прическами». Гастроли начались 2 февраля с концерта в брэдфордском театре «Гомонт».
Открывали его
Во время саундчека в Брэдфорде Хелен познакомилась с басистом «Битлз» Полом. «Я сказала что-то типа, мол, мне нравится «Love Me Do», а он познакомил меня с остальными битлами. Они очень радовались, ведь это был их первый большой тур. Раньше они выступали в клубах и дансингах Гамбурга и Ливерпуля, но на гастролях не были ни разу и горели желанием попасть на сцену».
Тут кто-то из парней заикнулся, мол, они написали для Хелен песню «Misery», но ее от имени Хелен завернул Норри Парамор. Хелен извинилась и сказала, что ничего об этом не знает.
Когда «Битлз» вышли на сцену, Хелен отметила их излишне громкое звучание. Очевидно, они привыкли к шумной публике в зале. «Вскоре они сообразили, что если зрители в зале сидят, а не пляшут, то не надо выставлять звук до предела… Им еще многому предстояло научиться».
Менеджеры предлагали Хелен ездить отдельно ото всех, в лимузине — звезда ты или кто? — но она предпочитала сидеть в автобусе с разогревающими группами. «Я бы эти покатушки ни на что не променяла, особенно с «Битлз»». В автобусе битлы расчехляли гитары, а Хелен пела что-нибудь типа «The Locomotion»[127]. Она вспоминала, как Пол набивал руку, отрабатывая автограф, а потом спрашивал, как ей. Во время одной из таких совместных поездок Джону и Полу пришла в головы мысль подбежать к микрофону и хором спеть «У-у-ууу!»; всего через несколько недель их новая фишка станет вызывать у поклонниц экстаз.
Однажды вечером Хелен впустила битлов к себе в гримерку, где они впервые увидели себя по телевизору. Джон себя просто не узнал, особенно в «жокейской» стойке. Парни толкались и перешучивались: «Нет, ну ты глянь», «Ну ты и урод».
Гастроли продолжались, популярность «Битлз» росла и росла, а вот слава Хелен сходила на нет. Так совпало, что и «Битлз», и Хелен почти одновременно выпустили по синглу: 17 января — «Please Please Me», а «Queen for Tonight»[128] — 26 января. Шли недели, и знаменитый хедлайнер поменялась местами с какой-то там группой на разогреве. К началу февраля «Please Please Me» занимала 33-е место в чартах, тогда как «Queen for Tonight» не попала в них вовсе. К 6 февраля «Please Please Me» поднялась на шестое место, а «Queen for Tonight» по-прежнему не было видно. Тринадцатого февраля «Queen for Tonight» со скрипом выбралась на 42-е место, тогда как «Please Please Me» занимала третье. К 23 февраля «Please Please Me» занимала второе место, а «Queen for Tonight» была на 33-м и выше подняться не сумела: на следующей неделе сползла на 35-е. Хелен было всего шестнадцать, а она уже теряла успех: «В четырнадцать я стала открытием, но пострадала от синдрома Ширли Темпл[129]. Выросла. Еще звездой не перестала быть, а уже тихонечко устаревала».
Однажды, читая в автобусе музыкальную газету, она наткнулась на заголовок «Шестнадцатилетняя Хелен Шапиро вышла в тираж?». «Меня словно ударили под дых». Джон Леннон, который был на шесть лет старше, заметил ее огорчение. Отношения у них всегда были хорошие: Хелен, как и многие ее сверстницы, была в него влюблена. Он же, как ни странно, опекал ее, относился к ней — по словам самой Хелен — как «к младшей сестре».
— В чем дело, Хелли?
Она показала обидный заголовок, и Джон попытался ее утешить:
— Ерунда, было бы из-за чего расстраиваться! Ты классная. Еще много лет петь будешь.
Но никакие утешения не могли скрыть правду. Потом Хелен Шапиро будет вспоминать это время как «важную веху — не для меня одной, но для многих соло-исполнителей. «Битлз» возвестили о наступлении новой эры, о новой волне групп, о ливерпульском феномене».
К концу февраля «Битлз» стали популярнее Дэнни Уильямса, и им доверили закрывать первое отделение. Теперь уже вопли зрителей заглушали музыку. Хелен так и продолжала ездить в автобусе с группами на разогреве, но Брайан Эпстайн, видя, как растет звездный статус битлов, пересадил их в отдельную машину. Для них гастроли завершились досрочно, и парни отправились давать собственные концерты. Хелен их не хватало: «После их отъезда все стало по-другому».
Впоследствии она продолжила записываться. «Песни становились лучше, зато продажи падали. Весь 1963 год ливерпульский феномен набирал обороты. Интерес к лондонским исполнителям пропал, как и к соло-артистам. Зловещее предупреждение увидел всякий, кто выступал вне группы, особенно без барабанов, соло-, бас- и ритм-гитары».