Кресли Коул – Лотэр (страница 116)
Хотя большая часть ковена хотела, чтобы Элли осталась, Кара выразила мысль просто:
- Если останется - умрет.
И на угрозу Кары пришлось обратить внимание несмотря на отсутствие денег, единственную смену одежды, куртку и литр крови, сложенные в пакет.
- Все должно было быть не так, - жаловалась Элли ясновидящей. - Как я буду питаться или защищаться от солнца? Как я вообще буду жить?
Ладони Никс взлетели к щекам:
- Я же хотела рассказать тебе про курсы секретарей!
- Я серьезно, валькирия! Я ведь на самом деле не смогу использовать свой диплом, чтобы найти работу. У меня даже нет паспорта. Эй, может, я отправлюсь в Новый Орлеан и устроюсь в какой-нибудь ллореанский магазин?
- Полагаю, сейчас неудачный момент, чтобы сказать тебе об этом, но большинство существ убьют тебя только за то, что ты вампир. Оборотни, Фурии, берсеркеры и ведьмы прикончат тебя прежде, чем поймут, кто ты такая, и почему тебя стоит бояться. Напоминания я рассылала, но это всегда занимает время.
- Почему Лотэр так со мной поступил? "Гори в аду?" Что это было?
- Я знаю, точно! Это из-за одного "почти обезглавливания"? К сожалению, он все еще переживает - может переживать еще пару десятилетий. Время для таких старых существ течет по-другому. Думай об этом так: Лотэр живет так долго, что три недели для него равны всего лишь нескольким часам. Его внутренний таймер говорит, что вы не вместе всего лишь полдня.
- Значит, чтобы это понять, мне нужно просто сидеть и ждать? А после той посылки - зачем мне вообще нужен неуравновешенный бессмертный?
- Ну, не забывай, что ради тебя он пришел ко мне. Учитывая, как он меня ненавидит, думая, что я его предала - это был поступок.
- А ты его предавала?
- Да. Часто. - Она пожала плечами. - Порой, ради добрых дел приходится быть жестокой.
- Я не понимаю…
Никс столкнула ее с крыльца прямо под лучи палящего дневного солнца:
- Маши крылышками, мотылек!
Элли переместилась обратно; призраки вытащили ее назад. Она толкалась и шипела, но ожог на коже не появлялся.
- Что это, валькирия? - она уставилась на неповрежденные руки. - Как такое возможно?
- Ты слушала Лотэра, когда он загадывал желание, чтобы тебя обратить?
Элли медленно покачала головой.
- Он чрезвычайно изобретательный. Наверняка он составил свое желание, скажем, так "пусть Элизабет станет вампиром со всеми их преимуществами, но без единого их недостатка".
Лотэр говорил, что у него есть для нее сюрприз. Он действительно слушал ее, когда она рассказывала, как сильно ей будет не хватать солнца.
И это был бы подарок, который не смог сделать никто другой.
Все рассветы до скончания веков.
К несчастью, она едва не обезглавила его прежде, чем он мог продемонстрировать ей этот подарок.
Она подставила лицо свету, по-прежнему не веря в происходящее.
После стольких лет в заключении, отчитываясь перед другими, она могла идти куда вздумается, и делать все, что захочется. Она могла объехать весь мир - не боясь обжечься.
Вот только этот бескорыстный дар Лотэра - ведь они никогда не смогли бы наслаждаться солнцем вместе - лишь напоминал Элли о том, что у них был шанс. Выступили слезы, но она смахнула их прочь, смутившись присутствия Никс.
Стремясь повидать семью, пусть даже издалека и ненадолго, Элли подняла сумку и торопливо помахала на прощанье Вал Холлу, призракам и Никс.
- Адье, королева Элли! - прокричала валькирия.
- Спасибо за все, Никс. - Элли одернула куртку, набросив на себя капюшон, чтобы ее никто случайно не узнал. А потом переместилась в лес неподалеку от трейлера матери.
Лес, покрывающий гору, был очень старым, сосны и лиственные деревья росли так густо, что солнечный свет едва проникал на влажную землю - хотя это ее больше не беспокоило. Проходя знакомой тропинкой, она смотрела наверх, наблюдая, как раскачиваются верхушки высоких деревьев под ровным дуновением ветра.
Ее органы чувств были сейчас многократно усилены. Она чувствовала запах самой земли. Стрекотанье цикад отдавалось в ее ушах ревом.
Всякий раз, наступая на сосновую иголку, она чувствовала издаваемый ею резкий запах. Нотку хвои.
Как запах Лотэра.
Остановившись на краю леса, она поискала свой старый трейлер, обнаружив, что в дневном свете он выглядит еще более ветхим. Из него доносился запах готовящейся пищи. И хотя он больше не вызывал аппетита, все равно пахло домом.
Разве она сможет снова покинуть эту гору? Она знала, что оставаться ей нельзя, но куда теперь идти?
Некоторое время Элли даже обдумывала жизнь в одном из тех экзотических мест, в которые ее брал Лотэр.
О, там был Джош! Он и его двоюродные братья раскачивались на старых проржавевших качелях.
Как же она скучала по своему братику! Наблюдая за ним, она погрузилась в воспоминания того времени, когда он был еще пухлым малышом и копошился вокруг трейлера, словно неваляшка, всегда ведомый своим упрямым подбородком.
Слезы выступили и закапали вниз…
Дядя Эфрем. В лесу за ее спиной.
Она замерла.
А он был быстрым стрелком, и она гадала, успеет ли переместиться прочь, прежде чем ее пронзит пуля.
- Руки вверх, я сказал!
Бросив свой пакет, она подняла руки:
- Это я, дядя Эфрем. Это Элли. - Она повернулась, затем сняла капюшон.
Его обветренное лицо побледнело, огромная челюсть отвисла, и он уронил ружье.
- Рут! - закричал он в направлении трейлера. - Рут, быстро выходи, твоя дочь теряет глаза!
- Что? - закричала Элли. А, слезы! - Стой, я не теряю глаза! Не зови ее…
Слишком поздно. Мама выбежала в домашних тапочках, едва не спотыкаясь на ступеньках.
- Что такое? - она откинула от лица свои густые рыжие волосы, одновременно выбрасывая сигарету.
Эфрем положил на плечи Элли свою мозолистую ладонь.
- Не волнуйся, девочка, мы отвезем тебя в больницу быстрее молнии.
- Я в порядке. Просто я теперь так плачу.
Словно это что-то объясняет.
Но как только мать к ним приблизилась, то, едва взглянув на дочь, печально покачала головой.
- Элли Энн, это что, слезы? Что этот мужик с тобой сделал?
Когда к ним направился Джош, Элли резко отвернулась:
- Отправь его ниже по склону. Не хочу, чтобы он видел меня такой!
Мама так и сделала, отослав Джоша к его друзьям, затем сказала Элли: