Кравченко Милена – Горькая олива (страница 5)

Амелия как в тумане опустила руку с телефоном и сидела на диване пытаясь собраться с мыслями, но ничего не получалась. Она машинально как в тумане собралась и отправилась на работу.

Офис встретил ее все тем же гулом, но более оживленным, чем обычно, все обсуждали вчерашнее событие и утренний визит Виктории с некой дамой и собачками. Трагедия смерти Аркадия Петровича как будто нивелировалсь гораздо более интересными офису темами: уже расползшиеся слухи об увольнении Амелии, вступлением в дела Мариночки и угадыванием, что же будет дальше. Глаза сотрудников как никогда горели жизнью и интересом. За такой короткий срок произошло столько событий, которые порождали сплетни, предсказания и теории с геометрической прогрессией. Сплетни были одним из самых любимых развлечений в данном обществе, как и в большинстве компаний, а для некоторых сотрудников и единственным смыслом посещения работы.

Как только Амелия переступила порог, на нее посыпались вопросы, но она их не слышала. Ни на один вопрос она не ответила, а лишь улыбалась и здоровалась со всеми, кто подходил к ней по дороге к кабинету Аркадия Петровича. Она даже не слышала, что они ей говорили. Ее уже бывшие коллеги стали вновь карикатурными, но теперь уже потеряли все цвета. Она видела лишь серые силуэты, безликие человекоподобные формы разных размеров с открывающимися и закрывающимися ртами, и лишь глаза у них горели ярким блеском.

Перед дверью в кабинет, Амелия ненадолго остановилась, взявшись за ручку двери. Она начала вспоминать образ Аркадия Петровича, сидящего за столом, обстановку внутри и поняла, что еще никогда не заходила в этот кабинет, когда он был пустой. Рука ее не слушала, она не могла повернуть ручку, как будто ее глаза категорически отказывались увидеть ту картину, которая предстанет перед ней. Ведь пока она стоит здесь, за дверью, Аркадий Петрович как будто жив, сидит у себя в кабинете за своим массивным столом, усердно читает планы мероприятий, что-то считает, перебирает бумажки или пьет свои таблетки из огромной таблетницы. А как только она откроет дверь — эта иллюзия рассеется и Аркадий Петрович исчезнет. Изчеснет навсегда. Ее иллюзия была белее живой, приемлемой, чем существующая реальность.

Постояв некоторое время, погруженная в свои мысли, может пять минут, может полчаса, Амелия не понимала сколько времени прошло, она все же решилась и открыла дверь.

Кабинет, залитый солнечным светом и чистым воздухом из распахнутого окна, показался ей таким холодным и удушающим.

Закрыв за собой дверь и отеревшись о нее спиной, Амелия несколько минут смотрела на спинку стула за пустым столом. Перед ее глазами мелькали десятки образов Аркадия Петровича, сидящего за ним. Так прошло еще время, не поддающееся счету. На ватных ногах она подошла к столу, где лежали бумаги — приказ о ее сокрашении и несколько других бумаг. Она не читая ничего, кроме своего имени подписала их ручкой, которая лежала не столе, подошла к двери и держась за ручку, долго смотрела на кабинет, стараясь запомнить все его детали. В голове она проговаривала все слова, которые не успела сказать этому славному старику, возможно единственному человеку, который относился к ней с теплотой понимания.

С чувством полного опустошения Амелия вышла из кабинета и направилась к выходу. Проходя через офис, она увидела еще более обескураженные горящие взгляды ее бывших коллег — они с воодушевлением обсуждали, что она так долго делала в кабинете Аркадия Петровича. Заряд энергии и положительных эмоций офиса закаливал — это можно было ясно почувствовать в воздухе. Еще одно событие, порождающее лавину домыслов и сплетен было как исцеляющий бальзам на больную, окостенелую и безжизненную душу офиса.

Выйдя из офиса и закрыв за собой дверь, Амелия как будто закрыла портал в королевство кривых зеркал и почувствовала себя свободной. Она пошла обратно домой неспешным шагом, вспоминая и прокручивая в голове радостные воспоминания о славном старике. На душе не было ничего, кроме легкости и грусти от потери, которую она раньше не осознавала.

Придя домой, она не стала повторять свои выверенные ритуалы, а прошла в сад, обрезав ветки мяты, которые тут же распространили в воздухе свой аромат, прошла на кухню, заварила свежий чай и уселась на террасе в плетеном кресле. Закрыв глаза, по неволе в голове всплыл образ ненавистной коричневой тумбы. Волна чувств, которую она годами сдерживала, снесла все плотины, дикая, яростная ненависть к этому предмету выросла как огромный монстр. Это чувство смешалось с грызущей, утробной жалостью к бедному старику, которого она не смогла защитить. Чувства перерасли в злобу и презрение к самой себя за свою отстраненность: не увидела, не поняла, не поддержала. И раньше она не видела, не понимала и не могла никого поддержать,возможно даже себя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.