Козьма Прутков – Русская басня (страница 170)

      И смотрит он, как Скворушке в отраду              Манили птичку на прохладу. Из клетки в водоем Скворец перелетел,              Расправил крылья, разыгрался              И, веселясь, в воде плескался.              Прохлада Скворушке мила! Вельможа, видя то, душою утешался;              Крестьянин так же восхищался: Приятно и смотреть на добрые дела!              Но Скворушка уже на воле.              Что ж, не летит ли в чисто поле?              Нет,— вспомня свой приютный дом, Он в клеточку летит с веселою душою, Чтоб благодетеля потешить голоском.       Живи, Скворец, и старцу пой зимою; Напоминай ему о сделанном добре И весели его при вечера заре.              Во всякой счастлив тот поре, На помощь к ближнему простерта чья десница; А к благодетелю признательна и птица.

СВИНЬЯ В ОГОРОДЕ

Сибирская свинья безвестною жила              На винокуренном заводе;        Безвестно жить и у людей не в моде,        Так в знать войти неряхе мысль пришла И счастия искать на это в огороде.        Как видно, подстрекнул Хавронью бес,                            Иль, может статься,              Наскучило в грязи валяться, Но только решено на чудо из чудес! Въезжает уж в Москву она с свиньями пышно,        Но всё еще в Москве о ней не слышно! «Узнает же, кто я, московский весь народ»,— Хавронья хрюкнула; вломилась в огород, А в нем хозяина, на грех, не видно было; Вот по грядам она прилежно водит рыло, И что-то начала искать и землю рыть; Сама взъерошилась, подняв свои щетины. Однако ничего нигде не мог найти                     По вкусу ум свининый.                     «Всё плохо, плохо здесь! — Она ворчит себе.— И видно неуменье!        Я б огород пересадила весь              На образец, на загляденье. Здесь место заняли капустой да травой, А лучше б посадить крапивы полевой;              А тут бы с бáрдой чан поставить. Какую пользу бы могли они доставить! Но всё у них не так. О! я, как захочу,                      За это проучу, И всё, что тут растет, на славу в грязь втопчу!»               Что долго думать? Принялася;               Ну, теребить капусту с гряд,               Укроп, и мяту, и салат; Не полевым кротом, но бурей поднялася!                     Левкои, алый мак,              Петрушку, спаржу, пустарнак             Смешала с грязью в кавардак!        Случись к тому, ослов тут мимо гнали; В забор уставя лбы, ослы забормотали.        «Ну, хрюкушка!— тут Долгоух сказал.— Такой я смелости в тебе не ожидал! Теперь-то я смекнул, и вот мои догадки:                            Ведь ты умней,                                  Смелей,