Козьма Прутков – Русская басня (страница 164)

Ей буря, в высоте ревуща, не вредила.              Когда ж всё стихло в небесах, Она увидела, что буря на холмах Все Дубы с корнем вон и лоском положила... И тут-то распознал неопытный цветок, Что доля мирная, что тихий уголок Надежней и верней, чем горды те вершины, Где часто падают под бурей исполины.

ДВА РУЧЬЯ

              В горах у пропасти шумящей               (Весенней было то порой) Сошлися два Ручья. Тот вился под горой Чуть-чуть журча; а тот, клубя волной кипящей, Шумел и с ревом мчал ток бурный чрез поля. «Ну, верно, и теперь дрожит еще земля; И темный лес, и бор, пустыни отдаленны,               Моим величьем изумленны, С почтеньем вторят шум теченья моего!               Я век был мнения того: Когда уж течь, так течь!.. А что ручьи ленивы — Текут и не текут, чуть зыблют лишь волной. Нет, нет, я не таков: всё в прах передо мной! Взгляните на поля, на долы, селы, нивы,               Я всё, где только пробежал,               Подрыл, раздвинул, разметал!.. А ты, товарищ, что?»— сказал Ручей надменный.       «А я,— в ответ ему Ручей смиренный,—               Я был простой лишь ручеек И в скромных берегах скромнехонько протек; Кропил зеленый луг, живил златую ниву,       И часто юных роз чету счастливу,       Когда ее губил полдневный зной,               Отпаивал моей волной». — «Так прочь же от меня, ничтожное творенье!»—      Воскликнул, пеною кипя, гордец. «Потише, не гордись: здесь равный всем конец. А там, где разница была у нас в теченье, Там, может быть, о мне со вздохом вспомянут;      Тебя ж, когда твои промчались волны, Где селы и поля твоим злодейством полны, Тебя, губитель! там всечасно все клянут!».               Сказал — и волны их смесились,               И оба в бездну погрузились.               Друзья! я кончил мой рассказ.                     «А где ж нравоученье?» Знать, худо рассказал; иначе всяк из вас,               Конечно, сделал бы сравненье.

ПРУД И КАПЛЯ

Заглохший осокóй и весь, как паутиной,             Подернутый зеленой тиной, Дремал ленивый Пруд. В звездах лазурный свод; Но жалкий он слепец, не видит звезд мерцанья, Ни ласковой луны приветного сиянья.               И долго было так; но вот Наскучил он сносить светил пренебреженье;       И, потеряв последнее терпенье,               Языком вод заговорил, И близкую свою соседку он спросил — Соседку-Капельку, что на листок упала И ясной звездочкой, качаяся, сверкала: «Что за счастливица ты, Капелька, у нас? Так светишь, так блестишь, ну словно как алмаз!               Тебе и солнце угождает: Вот, сжавшись всё, в тебе, как в зеркале, сияет! По солнцу ль зеркало! Я сажен пять в длину,