Козьма Прутков – Афоризмы Старого Китая (страница 28)

Лишенные милосердия холодны как лед. Такие заморозят каждого, кого повстречают.

Те, кто привязан к вещам, подобны тухлой воде и гнилому дереву: жизнь уже ушла из них. Такие никогда не смогут сотворить добро или сделать кого-то счастливым.

Счастья никакими ухищрениями не добьешься. Учись радоваться жизни – вот лучший способ привлечь счастье.

Беды никакими стараниями не избегаешь. Гони от себя злобу – вот лучший способ держаться подальше от беды.

Если из десяти слов девять истинны, не считай это достижением. Достаточно одному слову не быть истинным, и оно соберет вокруг себя тучу лжи. Если из десяти замыслов девять удались, не считай это успехом. Достаточно одному замыслу остаться неосуществленным, как вокруг вырастет лес укоров.

Вот почему благородный муж ценит молчание и отвергает суетность. Он ценит безыскусность и отвергает хитроумие.

В теплую погоду все живое растет, в холодную – умирает. Те, кто холоден душой, не смогут познать радость, даже если их осенит милость Небес. Только те, у кого горячее сердце, могут изведать вечное счастье и неизбывную любовь.

Путь небесной истины необозримо широк: стоит лишь немного помечтать о нем, и на сердце становится легко и привольно.

Путь людских страстей поразительно узок: стоит вступить на него, и вокруг будут только колючие травы да грязные лужи.

Беды и радости притираются друг к другу. Когда они притрутся без остатка, родится счастье, и такое счастье будет нерушимым.

Сомнение и вера друг друга поправляют. Когда они полностью поправят друг друга, появится знание, и такое знание будет полным.

Сознание не может не быть пустым. Когда оно пусто, в нем поселяется истина. Сознание не может не быть наполненным. Когда оно полно, в нем нет места для желания обладать вещами[134].

Там, где грязь, кишит жизнь. Где вода чиста, не бывает рыбы[135]. Благородный муж не должен чураться мирской грязи и не должен слепо подражать образцам непорочного поведения.

Необъезженную лошадь можно приучить к упряжке. Металлу, плавящемуся в тигле, можно придать нужную форму. Только из скучающего бездельника до конца жизни ничего не выйдет.

Байша[136] говорил: «Иметь много болезней не зазорно. А вот если за всю жизнь ничем не переболел – это беда». Вот истинно мудрое суждение.

Если у человека появится хотя бы одна корыстная мысль, его твердость обернется малодушием, знание – безрассудством, милосердие – жестокостью, а чистота – пороком. Вся жизнь его будет загублена.

Вот почему древние считали бескорыстие величайшим достоянием. Тот, кто обладает им, вознесется над целым миром.

Зрение и слух – внешние разбойники. Желания и замыслы – разбойники внутренние.

Нужно, чтобы Хозяин[137], не позволив себя усыпить, покойно восседал в главном зале дома[138]. Тогда разбойники превратятся в слуг.

Лучше оберегать достигнутое, чем мечтать о несвершенном. Лучше предотвратить будущую ошибку, чем сожалеть о прошлом прегрешении.

Поведение должно быть возвышенным, но не причудливым. Мысли должны быть тонкими, но не мелочными. Характер должен быть уравновешенным, но не безвольным. Манеры должны быть благопристойными, но не жеманными.

Налетит ветер – и бамбук зашумит. Умчится ветер, и бамбук умолкнет. Летящий гусь отразится на поверхности замерзшего пруда. Улетит гусь – и на льду не останется его тени.

Благородный муж занимается делами постольку, поскольку в этом есть нужда. Дело кончится – и сознание его вновь становится пустым[139].

Целомудренный человек всем приятен. Добрый человек мудро уладит спор. Разумный человек не станет докучать своим любопытством. Честный человек не возгордится.

Такие люди подобны меду, который не приторен, и соли, которая в меру положена в пищу. Вот это и есть высшая добродетель.

В бедном доме чисто метут пол. Женщина, познавшая нужду, тщательно укладывает волосы. Где красота не порождена роскошью, прекрасно целомудрие духа.

Так может ли благородный муж, коли доведется ему изведать печали и тяготы, впасть в отчаяние и изменить своим идеалам?

Будь сосредоточен в час досуга – это тебе пригодится, когда будешь спешить.

Не расслабляйся в час покоя – это пригодится, когда будешь действовать.

Не обманывай в темноте[140] – это пригодится, когда будешь на виду.

Следи за тем, как в тебе рождаются мысли: так ты сможешь перевести низменное желание на праведный путь. Вот так порочная мысль способна привести к духовному просветлению: пробуждаясь, обретаешь подлинное сознание[141]. Обретя же истинное сознание, весь меняешься.

Здесь кроется загадка[142] того, как в беде приходишь к счастью, а в смерти возвращаешься к жизни. Разрешить ее нелегко.

В покое очищаются мысли, и ты видишь истинную суть сердца. В праздности дух становится легким, и ты прозреваешь истинный исток сердца. В безмятежности помыслы становятся глубокими, и ты постигаешь истинную основу сердца. Для того чтобы узреть свое сердце и прикоснуться к подлинному, нет ничего лучше этих трех состояний.

Покой среди покоя – не истинный покой. Лишь когда обретешь покой в движении, воистину постигнешь небесную природу[143]. Веселье среди веселья – не истинная радость. Лишь когда обретешь радость в печали, поймешь, чем живет сердце.

Отказываясь жить для себя, не поддавайся сомнениям. Если позволишь сомнениям завладеть тобой, будешь стыдиться своих возвышенных намерений.

Делая добро, не требуй от людей благодарности. Если будешь требовать благодарности, твое желание сделать добро причинит вред.

Если Небо обделит меня счастьем, я восполню это силой своей добродетели. Если Небо заставит меня до изнеможения трудиться, я противопоставлю этому возвышенность своего сердца. Если Небо не даст мне удачи, я пробьюсь к ней, идя своим путем. Что может Небо поделать со мной?

Благонравный человек не мечтает о лучшей доле. И Небо в благодарность за бескорыстие одаривает его счастьем. Низкий человек стремится избежать беды. И Небо в отместку за суетность лишает его разума.

Нельзя не видеть: разум Неба божествен в своей непостижимости. Что может против него человеческое разумение?

Певичка из веселого дома на склоне лет обращается к добродетели. И то, что она целый век распутничала, тому не помеха. Женщина из благочестивой семьи, поседев, забывает о приличиях. И то, что она всю жизнь жила в строгости, оказывается напрасным. В народе говорят: «Суди о человеке по тому, как он оканчивает свои дни».

Вот поистине замечательные слова.

Когда простолюдин пестует добродетель и оказывает благодеяния, он – канцлер, не имеющий титула.

Когда вельможа пользуется властью в корыстных целях и торгует милостями, он превращается в нищего, наделенного высоким рангом.

Благая сила[144] предков – это то, что ты получил в наследство. Надо помнить о том, как трудно было ее накопить. Благополучие потомков – это то, что зачинается тобой. Надо помнить о том, как легко его растерять.

Благородный муж, который делает добро неискренне, не отличается от низкого человека, творящего зло.

Благородный муж, который изменил своим принципам, хуже низкого человека, решившего измениться к лучшему.

Когда кто-либо из домашних совершает проступок, не следует осыпать его попреками, но не стоит и делать вид, будто ничего не произошло. Если об этом проступке неудобно говорить напрямик, скажите намеком, приведя подходящий к случаю пример. Если вас не поймут сразу, повторяйте свои наставления день за днем, и они возымеют действие подобно тому, как весенний ветер разгоняет холод и теплый воздух топит лед. Вот как следует поступать в семейной жизни.

Если это сердце все имеет сполна, в Поднебесном мире не окажется ничего, в чем имелся бы недостаток.

Если в душе царит безмятежность, в Поднебесном мире ничто не покажется враждебным.

Скромный муж непременно подвергнется оскорблениям честолюбца.

Благочестивый муж непременно навлечет на себя ненависть распутника.

Благородный муж, оказавшись в таком положении, ни в коем случае не должен изменять своим правилам или выказывать свое огорчение.

Когда жизнь складывается наперекор нашим желаниям, мир вокруг подобен лечебным иглам и целебным снадобьям: он незаметно нас врачует.

Когда мы не встречаем сопротивления, мир вокруг подобен наточенным топорам и острым пикам: он исподволь ранит и убивает.

В тех, кто вырос в богатстве и почете, страсти полыхают, как огнь пожирающий, а жажда власти жжет их, подобно раскаленной печи. Если таких не остудить воздухом чистоты, они сожгут других или сгорят сами.

От одного искреннего движения сердца летом выпадает иней[145], рушатся стены крепости[146], плавятся металл и камень.

У человека с лживым сердцем, даже если он телом здоров, разум все равно погиб. В обществе один вид его всем отвратителен. Наедине с собой он сам себе противен.

Когда литературное произведение совершенно, оно красиво и без прикрас, ибо в нем воплощена правда самой жизни.

Когда человек совершенен, он велик и без выдающихся достоинств, ибо в нем действует свободно его изначальная природа.

В мире обманчивой видимости не только заслуги и слава, богатство и знатность, но и всякое тело – это форма, на время полученная взаймы[147].

В мире подлинного не только родители и братья, но и все десять тысяч вещей составляют со мной одно тело[148].

Лишь рассеяв обман и познав подлинное, можно вынести бремя жизни в этом мире и освободиться от пут света.