Косимо Яп – Гамбит Земли (страница 19)
Появился второй Алан. Юноша видел через две пары глаз, стоя на четырёх ногах. Каждый из Аланов был им, но оба тела контролировались независимо и могли думать о разных вещах одновременно. Например, он мог поддерживать соединение с Администратором, параллельно общаясь с Евой.
Ева так и не ответила, так что часть сознания Алана, соединённая с Администратором, начала обдумывать ответ, но в этот миг юноша почувствовал, что его мысли текут с лёгкой задержкой. Логические конструкции рождались и соединялись не так быстро, как должны бы. Думать было сложнее, словно его разум был окутан лёгким слоем тумана.
Тем временем, Администратор продолжил разговор с другой частью сознания Алана:
Возникло новое квестовое окно:
Одновременно с этим заговорила Ева:
Алан посмотрел, но не увидел ничего, кроме кроликов.
Алан вгляделся и неожиданно увидел трещину, пролёгшую через пол. С трудом пробравшись через меховые волны, Алан рассмотрел эту трещину вблизи. По ту сторону пола были кролики.
Разговаривая с Евой, Алан решил прекратить расспрашивать Администратора. Его настырные вопросы всё равно, вероятнее всего, останутся без ответа, а то и приведут к тому, что его поместят в какой-нибудь список игроков, за которыми требуется особое наблюдение. Если он ещё не попал в такой из-за своего класса. Внезапно ему в голову пришло, что тот факт, что Администраторы просят его собрать информацию, говорит о том, что они обладают куда меньшим контролем над Игрой, чем он думал.
В конце концов он просто сказал Администратору:
Закончив разговаривать с Евой, Алан мысленно пожелал слиться воедино. Ничего не произошло.
Алан попытался, чувствуя себя немного глупо, ведь связь между потоками сознания и так присутствовала. Его мысли текли параллельно, не смешиваясь; словно две прямые линии, и каждая из них по-прежнему была им. Странным образом между потоками начала формироваться связь, но очень медленно, судя по всему, из-за вездесущих кроликов. Так что Алан в какой-то момент подошёл к своей копии и дотронулся до её плеча. Связь установилась мгновенно, после чего родился такой диалог с самим собой:
Два ментальных потока слились в один, и Алан снова стал одним целым, а мысли потекли с обычной ясностью. Ну, почти – переход от параллельного мышления к обычному немного сбивал с толку, даже несмотря на то, что оба процесса были независимыми.
Алан телепортировался на Энигму, всем сердцем надеясь, что у Цербера найдётся решение его проблемы с вирусом.
– Так ты теперь можешь разделять сознание? – спросил Цербер, снова принявший форму парящей в воздухе руки. Они находились перед входом в тренировочный зал.
– Да, но у меня возникла проблема, – ответил Алан. – Мой разум, точнее, нейроимплантат, был заражён вирусом. И я не могу избавиться от него самостоятельно.
– Не можешь? – удивился Цербер. – По идее, ты должен без труда справляться с вирусами ниже C-ранга, а даже угрозы такого уровня мгновенно были бы обнаружены сканерами Академии. Разве Призрак не показал тебе, как происходит взлом?
– Да, но, по-видимому, эти кролики размножаются быстрее, чем Ева может их уничтожать! Я имею в виду вирус, а не пушистиков, то есть, кроликов… В общем, вы поняли!
– А, одна из таких программок. Хорошо, чтобы сэкономить время, я помогу тебе с этим разобраться. Я собирался перейти к этому этапу позднее, но… Следуй за мной.
Цербер и Алан прошли через портал.
В этот раз, когда Алан очутился в тренировочном зале, лазерная сеть осталась отключенной. Между тем Цербер (или, по крайней мере, его рука) снова куда-то испарился.
– В этот раз прямо. Шагай, пока не доберёшься до света.
Прямой путь, изначально ведущий во тьму, сейчас преобразился – где-то в отдалении появилась тусклая искорка света. Алан пошёл вперёд и довольно скоро обнаружил его источник. Им оказалась одинокая белая капсула, окружённая кромешной тьмой.
– Залезай, – сказал Цербер.
Высветилось уведомление:
Алан замешкался.
– Что я говорил тебе о пустой трате времени?
Вздохнув, Алан открыл капсулу и влез внутрь. Что такого страшного могло его ожидать даже в худшем случае?
Боль. И огонь. Целый мир боли и огня. В разуме Алана открылась дыра, брешь в его Доме, и через неё бесконечным потоком вливались волны пламени. Всё внутри его сознания обуглилось и почернело. Единственным отрадным фактом было то, что и все кролики сгорели в этом пламени дотла.
Даже сейчас Алан, прячущийся на задворках своей ментальной базы, мог лишь бессильно дрожать, свернувшись в клубок и чувствуя, как пот струится по его спине, а вместо мыслей в голове царил тугой клубок хаотичных обрывков. Цербер даже не стал предупреждать, просто подсоединился к разуму Алана, пробил дыру в потолке и залил всё огнём.
Каждый раз, когда Алан на миг приоткрывал глаза, он ожидал увидеть, как сходит с его тела сгоревшая кожа, обнажая обуглившуюся до черноты плоть. Но с его телом всё было в абсолютном порядке. Это настолько контрастировало с невыносимой болью, словно выжигающей его изнутри, что Алан с трудом верил своим глазам.
Наконец, он провалился в беспамятство; снились ему милые и пушистые кролики.
Глава 7
Алан проснулся со страшной головной болью; кто-то тряс его за плечо. Он открыл глаза и увидел Еву – прекрасного ангела с иссиня-чёрными волосами и с парными клинками в руках. Она была покрыта копотью, но всё же, вероятно, оставалась самым прелестным созданием, которое доводилось видеть Алану.
Неожиданно перед глазами Алана выскочило описание:
– Вставай. Горстка кроликов выжила, и они уже снова начали плодиться. Если мы что-нибудь не предпримем в ближайшее время, то их численность вернётся на прежний уровень за несколько часов, – жёстко проговорила Ева. Но ещё не пришедший в себя Алан просто наслаждался звуками её голоса, чудесными тональными переходами, которые…
“Валькирия” без всякой жалости его пнула.
– Я сказала, вставай.
Застонав, Алан поднялся на ноги и осмотрелся по сторонам, держась за раскалывающуюся голову. Он потерял сознание на периферии ментальной базы, настолько далеко от бушевавшего здесь ещё недавно пожара, насколько успел убежать. Всё вокруг было покрыто толстым слоем сажи – останками вирусных кроликов, чем бы они ни были. И всё же, Алан заметил, как то тут, то там в саже начинают копошиться пушистые комочки, уже приступившие к своему разрушительному делу. Снова появилось окно с описанием:
Недоумённо покосившись на сообщение, Алан решил заглянуть в лог.
– Ты закончил? – спросила Ева.
– Да. Куда нам? – замедленно откликнулся Алан.
– Центр, – Ева развернулась и зашагала вперёд. Алан поплёлся за ней, стараясь игнорировать звенящую боль в голове, но это было нереально.
База выглядела заброшенной и пустой, толстый слой пепла покрывал всё и вся. Впрочем, не то чтобы тут осталось многое, что можно было покрыть. Сохранились пара лазерных турелей, слишком мощных, чтобы использовать их в пострадавшем разуме юноши (если верить Еве), и три металлических бункера. Два маленьких бункера, по-видимому, защищали доступ к его оружию и броне, а большой служил последней линией обороны его разума. Последний раз, когда Алан здесь был, всё это дополнительно было накрыто силовыми полями, но сейчас они куда-то исчезли.
Алан приблизился к центральному бункеру, но не увидел ни намёка на вход. В следующий миг, словно откликаясь на его желание, проём появился прямо перед его носом. Бункер был лишён даже простенькой меблировки и представлял собой спартанский серый купол, засыпанный пеплом. По крайней мере, пока Алана не посмотрел вверх.
Потолок исчез, над головой зияла пустота. Ева обхватила Алана обеими руками и взмыла вверх. Вопреки ожиданиям, юноша ощутил прикосновение не мягкой упругой кожи, а жёсткий и холодный металл. В перерывах между приступами боли Алан мельком подумал, почему она с самого начала его не понесла таким вот образом.