KOSA 220 – Судьба Иных. Книга I – Барсук (страница 47)

Над головой что-то натурально обрушилось, в тот момент было слышно как и по убежищу начало что-то отваливаться в промышленных масштабах, потолок с натугой затрещал и в стороне рынка что-то грохнуло, крики сразу же ударили по ушам… Кого-то явно придавило. Гул начал стихать только спустя минут десять после начала, сердце бешено колотилось и я не знал куда бежать, что делать, темно, страшно и ничего не понятно, дыхание сбивалось, тело продолжало бить крупной дрожью даже после того, как все кончилось. Лампочки зажужжали, начали моргать и свет ударил по глазам. Я ели как проморгался и распылялся на полу, но лёд не дал мне долго сидеть. Ударив меня пару раз по щекам, он рванул меня вверх, что-то крича мне в лицо.

– Макс! Макс, мать твою! Все кончилось, пошли! – кричал он на меня, продолжая бить по щекам, слух вернулся в мгновение, руки и ноги продолжали подрагивать от нервов.

Лёд рванул меня за шиворот за собой, крикнул, чтоб я не отставал, он припустил по коридору в сторону большого зала. Много было много людей, все были разрозненны, где-то люди сами справлялись со своими проблемами в виде шедшей из носа крови, переломанной руки и прочих проблем, кто-то пытался помочь другим, не понимая, что делать, они звали врачей, помощь, но это были мелочи.

Эпицентр трагедии был в самом центре зала, чуть ближе к выходу, тот самый купол в центре частично рухнул на пол, оставив после себя огромную груду завала, огромные куски бетона, какие-то железные пруты, балки. Вокруг столпилась небольшая кучка людей, остальным было не до этого, но и те не спешили что-то предпринимать, боясь подойти ближе, только лишь одна женщина пыталась с криками и воплями отодвинуть здоровую бетонную плиту в сторону. Вершина завала была чуть выше моего роста, из под завались доносились крики, те люди, кто оказались с края завала, пытались освободиться сами, но не у всех это получалось. Мои руки онемели, когда я увидел парня с прутом торчащим почти из живота, он не понимающе водил руками и что-то беззвучно шептал губами, пытаясь схватиться за что нибудь. Твою же мать, что здесь вообще товрится…

Лёд кинулся прямо к завалам, Я последовал за ним, почему-то он обошел второй парня с пробитым боком, мой мозг отказывался верить в такой ужас, пытался смазать такой ужас, стараясь не акцентировать внимание на крови и ужасных ранениях людей. Лёд кинулся к мальчишке лет пятнадцати, он был под завалом и ему придавило руку, по локоть она была под массивным обломком бетона.

– Вместе! Хватай! – крикнул мне Лёд, залазя на завал и не наступая на эту самую плиту, которая придавила плачущего парня, он схватился за нее и тяжело дыша уставился на меня.

Пусть я был и напуган до смерти, я не подвёл его, на адреналине я подорвался к мальчику, встал с другой стороны, слева от плиты, оперевшись на потрескавшиеся плитки пола.

– Раз, два, три! – дал лёд быстрый отсчёт и мы смогли приподнять плиту. Мальчик сначала сам попробовал вытащить руку, но закричал от боли, к нему подбежала какая-то женщина и помогла мальчику вытащить руку из под завала. К горлу подкатил мой завтрак.

Лучевая кость парня была сломана и высунулась наружу, он держал часть сломанной руки в другой руке и ревел, стоять на ногах он не мог и пытался упасть, женщина не давала ему этого сделать, хотя и сама была бледная, она постаралась отвести голову парня от его руки и придержать болтающуюся часть руки, уводя его в сторону медблока, подальше от завала.

После парня остались пугающие кровавые следы, кого-то стошнило от увиденного, Лёд развернул меня за плечо, потому что я так и продолжал смотреть вслед парню с перебитой рукой.

– Дальше! Это ещё не всё! – кричал он, пробегая дальше.

Мы уже не одни растаскивали завалы, но были первыми, кто не остался в стороне, далеко не все пылали желанием помогать, переживая только себе. В голове билась мысль, что там с Леной? Я надеялся, что с ней все в порядке и там, у управы ничего страшного не произошло.

Только лично мы вдвоем, смогли вытащить ещё троих из под завала, к выходу можно было пробраться только через небольшой лаз, оставшийся под потолком прохода к складу, там под завалом тоже был человек, его мы вытащили последним.

Мужика со штырем в животе едва удалось вытащить другим людям, они срезали штырь болгаркой и не пытались вынуть его из живота раненого, его погрузили на импровизированные носилки и понесли в медблок. Видимо у них сегодня будет полный завал. Под завалами ещё были люди, мы просто местами помогали сдвинуть блоки бетона, там где не справлялись несколько человек, приходилось прикладываться вдесятером.

В конце концов, из под завала были извлечены все живые, прошел целый час.

– Макс! – крикнула девушка, пробегая ко мне, через толпу людей. – Ты в порядке?! – осматривая меня, с бешеным испугом говорила девушка.

– Я да, а ты? Ничего не случилось? – оглядывая ее в ответ, с беспокойством говорил я. Дышать было тяжело, такой пласт физической активности дался мне с трудом.

– Да, я в порядке, это пиздец… – пытаясь отдышаться, говорила девушка. – У нас проход завалило, никто не пострадал, прямо в центре коридора… – говорила она, пытаясь успокоиться и держа меня за голову.

Я не знал что сказать, киношные фразы в голову почему то не лезли, по типу “все позади”, “я рядом, детка, не переживай”, я просто обнял девушку и оглядывал массу пострадавших и испуганных от этой катастрофы, людей.

Хотя, скорее всего это можно даже назвать катаклизмом, не знаю, на сколько локальным было это явление, но последствия после него были явно печальными не только для нас.

Стройку мы со Льдом перенесли на завтра, Лену отпустили с работы и главы собрали экстренное совещание, пока люди пытались получить помощь от врачей или оказать ее себе сами. При Лене я старался не выдавать своих страхов, подавлять дрожь в руках и ногах, а она, рядом со мной, видимо не боялась вообще ничего. Лена пыталась помочь раненным, делала перевязки неподалеку от меня, а я помогал группе инициативных “спасателей”, мы доставали оставшиеся трупы людей из под завалов.

От этого землетрясения под завалом погибло шесть человек, а пострадало в два раза больше, именно под этим завалом. А так, пострадавших было куда больше, едва ли не каждый пятый, степень травм была разная, кто-то умудрился разбить голову от падения, во время тряски, ещё я видел парня, который видимо неудачно упал себе на ногу, его ступня болталась над полом, двое мужиков, усадили его на ящик и пытались помочь ему.

Вот и проблема с медициной всплыла в полной мере. Даже обезболивающего на всех не хватало и это даже сейчас, большинству людей просто предложили выпить за счёт управы, чтоб подавить боль, но это было только для тех, у кого травмы были незначительными, к примеру, если у тебя просто сломался палец, но перелом был не открытым. Если им не хватает обезболивающего даже сейчас, анестезии у них вообще нет, а бинты уже тоже подходят к концу, так как начинают разрезать простыни и разное тряпье, боюсь представить что будет дальше.

Вся община словно впала в депрессию. Смеха, радостных голосов я даже близко не слышал. Кто-то был недоволен управой, кто-то даже догадался потребовать в них медицину, которую они “спрятали” от них, якобы для своих нужд. В общем, перед управой столпился народ и требовал от таких же как и они, людей, сделать чудо. На этот митинг вышел ответить полковник.

– Послушайте! Мы делаем все, что в наших силах! – разводя руками в стороны, кричал он им, но глас толпы был зол. А главное на что? Не понятно.

Спустя ещё пару минут выступления, в полковника начали лететь всякие предметы, камни, овощи и всякий бытовой хлам. Толпа двинулась на управу, но путь им преграждала кучка охранников, человек десять всего, с оружием, но этого было мало. Но ситуацию спасла директриса, которая вышла из-за спины полковника, ко рту она поднесла громкоговоритель и крикнула.

– Тихо! Успокойтесь, люди! – проговорила она. Народ почему-то уважал её и толпа вдруг стала чуть тише, эта женщина была голосом разума, среди всего этого сброда. – Вы не понимаете?! – вопрошала она у них. – Мы все находимся в одной лодке! И мы ничего не добьемся жестокостью и злобой! – с мастерством великолепного оратора, вещала она прямо в сердца людей. – Мы столкнулись с общей проблемой и справиться с ней мы можем только все вместе! Вместо того, чтоб требовать от нас, то, чего нет, сначала сделайте хоть что-то! Мы такие же простые люди как и вы, не задавайте вопрос, чем вам могут помочь другие! Задайте себе вопрос, чем вы можете помочь людям, окружающим вас! – выступала на публику директриса, до людей ей все же достучаться удалось. Кстати, то как она переделала слова одного американского президента, заметили видимо далеко не все.

Толпа успокоилась окончательно, директриса сказала еще пару мотивирующих фраз, толпа стояла и внемля ей, по итогу они все же решили разойтись, но все же, не сразу они начали что-то делать. Сначала появились инициаторы, которые на своем примере начали помогать другим, начали растаскивать завалы. Я смотрел на все это, стоя почти на верхушке завала, только вот меня эта речь никак не тронула, это просто слова для толпы. Главное народ успокоился и кровавой революции не произошло, да и ситуация чуть стабилизировалась.