KOSA 220 – Судьба Иных. Книга I – Барсук (страница 42)

Ничего лучше я не придумал, чем обжарить пельмени и засыпать их с сыром. Времени это долго не заняло, а вот звук открывающейся двери я услышал вовремя. Не знаю почему, Лена молчала, а я с интересом выглянул из кухни.

– Добрый день, Веретнюк Максим Алексеевич? – на пороге стояли двое полицейских, при погонах и с пистолетами в кобурах, один внимательно осмотрел меня и перевел взгляд на открытую папку в руках. Говоривший был лет тридцати, с небольшим пузом, которое было обтянуто рубашкой, а ещё его отличительная особенность, это густые усы на лице. Лейтенант и капитан, их я видел впервые, хотя видел наверное половину всех полицейских убежища.

– Да, это я, в чем дело? – непонимающе произнес я. Хотя конечно же знал, что здесь происходит.

– Поступила жалоба, вас оформили в розыск. – проговорил молодой парень с папкой.

– Это плохо, может какая-то ошибка? – округлив глаза, я сделал пару шагов в их сторону.

– Сейчас разберемся. – усмехаясь, усатый полицейский снял наручники с пояса, вот блин, это тебе не довоенные полицейские, которые и представятся и объяснят все подробно. – Мордой к стене, руки за голову. – сделал усач кивок вправо.

Отложив ложку на столик, благо успел выключить плиту и даже разложить все по тарелкам, я прошел ближе к ним и повернул налево, остановился прямо перед стеной, у края дивана, а руки как и сказали, убрал за голову.

– Ну, раз надо, так надо. – повернув голову отвечал я.

– Давай не базарь. – усый волк в погонах отвесил мне небольшую оплеуху по голове, заставляя повернуть голову в сторону стены. Зубы у меня тихонько скрипнули, но я совладал с гневом, все равно я им ничего не сделаю, их двое и у них оружие, а я один и с голыми руками.

Дальше я молчал, а они переговаривались между собой, ничего интересного я не услышал, просто разговоры ни о чем, кто-то кого-то нагнул после вчерашней тусовки, то ли усатый какую-то местную давалку, то ли она его, я так и не понял, потому что и не старался понять такого придурка. Ещё несколько раз он приложил свою руку к моей транспортировке, бил он несколько раз по затылку, но чаще всего удары приходились по спине, именно почки были его любимым местом. Выбить из меня крик или стон боли у него не получалось, но ему все равно было весело. Да он сука садист, ему просто нравится причинять другим боль, а молодой в это время растерянно бегает глазами по сторонам, будто бы ничего и не происходит.

Провели меня прямо на глазах у всего убежища, но ещё за первым поворотом я встретил случайно стоявшего тут Толяна, делавшего спокойный вид и скрывающего улыбку, рука у него была в гипсе и висела на повязке перекинутой через шею. Но похоже, что такое здесь норма, каждый день кого-то загребают. Когда мы проходили мимо лавок рынка, я вдруг услышал голос Лены и обернулся, она бежала ко мне с поднятой рукой.

– Максим! – кричала девушка, пробираясь сквозь зевак, которым было все равно, максимум что они сделали, так это кинули безразличный взгляд в мою сторону.

– Лена. – прошептал я сам себе и остановился, повернувшись в её сторону.

– Чего встал, сука! – злобно прошипел усатый и толкнул меня в спину, я чуть покачнулся и сделал неловкий шаг, наклонившись вперёд, но не упал, я повернулся в сторону этого усача.

– Без нее я никуда не пойду. – кивнул в в сторону девушки, которая уже была в трёх метрах от нас.

– Да мне похер. – проговорил мент, снимая полицейскую дубинку с пояса, классическую, черную такую.

– Стойте! Вы не имеете право его трогать! Он… – попыталась вмешаться Лена, хватаясь за дубину, которую мужик успел занести.

– Пшла вон! – он с силой оттолкнул девушку, от чего та врезалась в стоявшего рядом зеваку, но тот поймал её и не дал упасть, с удивлением помогая ей поймать равновесие.

Дубинка полетела мне в голову, но просто не надо было ему трогать Лену. Даже когда мне угрожала опасность смерти, я не сдал назад и не перестал защищать её, попросту мне казалось, что если её не станет в моей жизни, меня не станет тоже, но если свои обиды в могу проглотить, то ее обижать никому не дам. Довольный мент с горящими глазами опускал дубинку мне на голову, но чуть не успел, моя голову дернулась вниз, не давая дубинке попасть по ней, а тело неожиданно дернулось вперёд, улетая плечом в пухлого усача невысокого роста. От неожиданности тот начал заваливаться на пол, почти посреди центра убежища. Свалившись на задницу, он расстелна полу, почти полностью улегшись на него спиной, только на локоть приземлился разве что, повезло, что затылком не приложился. Сразу же я понял, что натворил, молодой парень попытался схватить меня, но сил ему не хватало, чтоб повалить меня на землю. Усач быстро попытался подняться, только за этот небольшой промежуток, уже подоспели ещё несколько полицейских, прибежавшая двойка все таки смогла меня скрутить, хотя как, просто согнули и повели дальше, наручники ведь никуда не денутся. Лену тоже повели со мной, но она накричала на полицейских и сказала что пойдет сама, ещё предупредила их, что она из управы. Новые лица были более вменяемые и трогать девушку не стали, просто пошли позади нее. Она старалась не отставать от нас, я смотрел на нее, согнувшись почти до земли, она была зла и даже пыхтела от злости и возмущения.

Полиции набежало достаточно, семь человек, двое тех же, толстый усач и молодой лейтенант обогнали всех и открыли дверь, нас вывели в то же помещение, где я сдавал оружие на склад, тут была ещё одна дверь, напротив стойки кладовщика в стене.

– Сынок! Куда тебя эти изверги тащат! – вскочил со стула дед Иван Федорович.

– Все нормально! – крикнул ему я, посмотрев на него, пришлось сильно скосить глаза, чтоб увидеть его.

Усач что-то шепнул своему напарнику лейтенанту, открыл дверь и меня сходу завели туда. Разглядеть что-то было трудно, ну ящики, лавочки, чуть дальше опять дверь, чуть головой в нее меня не влепили, еле увернулся головой, только по ушу шоркнул. Меня завели куда-то в клетку и бросили на пол.

– Вы ебанутые?! – вырвалось у меня, но не понятно, кричал я или как-то промямлил это себе под нос, сознание мелькало. При падении я сильно приложился лбом и не мог нормально подняться. Но в клетку зашла и Лена, она помогла мне встать, что-то крича на полицейских.

– Макс, слышишь? – усадив меня на настенные нары, спросила девушка. В ушах стоял звон, глаза застилало кровью, боль была острой, сильно щипало это место и хотелось почесать, прикоснуться к ране, чтоб как нибудь остановить кровь. Было обидно, ведь только одежду постигал. – Макс! – девушка хлопнула меня по щеке, после чего взяла ладонями мою голову и приподняла, смотря прямо в глаза. – Сейчас все будет нормально. Я им это просто так не спущу, суки… – злобно шептала она, ни капли слез, только чистая злость, я бы даже сказал ненависть. Девушка оторвала часть своей футболки, это далось ей тяжело, но все же у нее получилось, ее тонкая талия оголилась, она постаралась убрать кровь с глаз и лица, так быстро, чтоб не натекла новая, после чего резко прижала рану, я подался назад, но она обхватила меня левой рукой за затылок. Сознание плыло как после нокаута.

– Да вы ахуели! – дверь жёстко распахнулась и сразу же крик ударил по ушам, оглушив меня почти полностью.

Лена повернула голову туда и что-то сказала, посмотрела на меня, сказала что-то ещё, я едва смог перевести плывущий взгляд на голос. Удар. Это был лёд, я повернулся в момент, когда лёд ударил жирного усача по лицу, от чего тот сразу же упал на пол, да так, что тапочки чуть не слетели, никто не вмешивался и не лез к нему, даже слова не сказали, а Лёд присел над мужиком, перекинув ногу согнутую в колене через тушу, надавив на руку усача, тот пытался закрыть лицо второй рукой, вроде кричал, но лёд принялся поднимать и опускать свой кулак ему на лицо, схватив левой рукой защитную руку усача. Усатый волчара обмяк, лишь тушка содрогалась от ударов. Когда Лёд понял, что тому хватит, он встал и потряс кулаком, рука была в крови, кожу чуть содрал, хотя и кулаки у него были хорошо набиты. Кто-то из стоящих в стороне полицейских, вскинув руку к голове, пошел, а вернее побежал к двери и сразу же отомкнул нашу темницу ключом, звук начал возвращаться, пульсация в ушах чуть отошла, но звон не покидал меня. Лёд вошёл в камеру и подойдя к нам, отодвинул Лену за плечо, перехватив клок одежды, который не давал крови течь по моему лицу.

– Держись, Макс. – смог разобрать я по губам, Лёд поднял меня и повернувшись что-то прокричал, в камеру зашёл полицейский и зашёл мне за спину, руки сползли со спины, просто безвольно повиснув, но чувствительность рук быстро возвращалась.

Лёд закинул мою руку себе на плечо, второй полицейский сделал так же, но под правую руку, Лена была где-то за спиной, в дверь зашли ещё несколько человек, но одного я узнал. Слух уже почти восстановился, я услышал.

– Что с ним? – недовольно проговорил полковник, сморщив и без того морщинистое, но сухое лицо.

– Лена! Ах вы твари! Да как вы посмели! – раскричалась женщина, налетев на полицейских, которые все что могли сделать, это только убегать и уворачиваться. Она несколько раз приложила ближайших растерянных полицейских ладонями, после чего исчезла за спиной. Видимо важная дама. Лет пятьдесят на внешность, на глазах очки для зрения, стрижка под каре, волосы осветленные, а платье строгое.