Коротыш Сердитый – Жернова войны (страница 87)

— Немедленно прекратить!! — заорал комиссар, размахивая лазпистолетом. — Вас видно за километры!! — Марш в первую очередь подумал о маскировке, а не о проведении ритуала.

Огрины не обращали на него никакого внимания, затянув особенно долгую и длинную ноту, которую резко и неожиданно оборвали. Наступила такая тишина, что было слышно как потрескивают дрова, в качестве которых огрины использовали сгнившие ворота и кое-какие найденные ими доски, щедро политые толпивом. В основном же по недавнему полю битвы, где еще лежали и уже начали смердеть тела убитых, разносился запах прометиума. Похоже танкисты поделились с громилами частью своего топлива.

Внезапно огрины расступились, разомкнули цепь и все одновременно повернулись к людям. Они стояли и молча смотрели на застывшего с лазпистолетом комиссара, на замершую Эмилию и канониссу, которая так и не могла оторвать руки от рукояти болтера. Среди громил кто-то зашевелился и вперед вышел их командир — Хват понял, что совершенное деяние нужно объяснить. Его черная фигура на фоне пламени выглядела зловещей и внушительной, как будто это из костра вылез только что родившийся демон. Палец канониссы так и плясал на спусковом крючке болтера, однако она не давала себе волю чувствам, опознав в демоне огрина, который вовремя защитил ее.

— Мы сожгли своих павших родичей. — Произнес он и его голос достиг ушей каждого. — Мы отдали им дань памяти и проводили в тяжелый путь восхождения к Железному Трону Небесного Кузнеца, выкованному им в битве, подле которого они станут сидеть и сражаться с демонами по его воле. — Он смотрел на людей. — Если вы думаете, что мы призывали кого-то из них, то глубоко ошибаетесь.

— Именно так все и выглядит. — Проворчала канонисса, направляя на огрина оружие. — Только еретики сжигают жертвы для призыва или заарканивания демонов.

— Мы — не они.

— Откуда мне знать? Ваш варварский культ не должен существовать в Империуме, где почитают нашего Бога-Императора. Только он несет истинный свет, все остальные — ложны! — произнесла Симона. Ее палец начал давить на спусковой крючок.

— И поэтому вы убьете меня только за то, что наша вера отличается от вашей? — спросил Хват и его губы чуть тронула усмешка. — Тогда чем же вы лучше Хаоса, который хотя бы не скрывает своих намерений.

— Твои слова — самая страшная ересь, что я слышала. — С удовлетворением в голосе произнесла канонисса. — И я с удовольствием убью тебя!

— Нет! — неожиданно перед ней выскочила Эмилия и встала, загораживая огрина. Ее лоб уперся прямо в ствол оружия. — Послушайте, канонисса, огрины вам не враги, они просто так хоронят своих мертвых! Они своими действиями не хотели призывать никакого демона, да и не смогли бы!

— Уйди с дороги, девочка! — Симона качнула стволом болтера. — Ты не виновата в этом!

— Нет! — упрямая девчонка твердо смотрела ей в глаза и канонисса узнала этот взгляд — так глядел на нее Хват и точно также глядел любой уверенный в своей правоте человек. Неужели они успели ее обратить в свою веру, мелькнула в голове мысль. — Поверьте, вы совершаете ошибку, у них есть причины, чтобы сжигать своих мертвых!

— И какие же? — неожиданно для себя спросила Симона и даже удивилась своему вопросу. Разве эти еретики ее еще интересовали? Всем им место подле их мерзких хозяев, живущих в варпе.

— Огрины живут на ледяном шарике где-то в сегменте Пацификус, у них нет деревьев, нет дров, они жгут уголь и добывают железо, из которого делают отличные мечи и топоры. Они просто не имею возможности закапывать своих мертвых в снег просто потому, что тело там будет лежать вечно замороженным. Или до того момента, пока тираниды не имплантируют в его свою личинку, которая разовьется до взрослой особи.

— Что?! — ствол болтера чуть покачнулся в сторону, но Эмилия также среагировала, переместившись вслед за ним.

— Огрины уже несколько тысяч лет сражаются с тиранидами на своей родной планете. — Выдохнула Эмилия. Она не хотела говорить, потому что комиссар Хольтц ее очень просил, но сейчас у нее не было выбора — она знала, что канонисса вознамерилась уничтожить всю ее роту, ее первых подчиненных. Тех, кто спас их от гибели. И на это она ответила такой черной неблагодарностью. Что если вера в ней не так сильна как говорят? Может быть есть какая-то червоточина, которой воспользовался Хаос, чтобы посеять между ними зерна раздора? Ведь ему это на руку — вывести наиболее боеспособное и сильное подразделение из строя. А ведь это ее солдаты, она должна не только воодушевлять их в битве, но и защищать. Комиссар Марш сам говорил ей об этом. — Они называют их паразиты. Те эволюционно развиваются только в чужих телах, что живых, что мертвых, поэтому огрины сжигают своих мертвецов — это не варварский культ, это необходимость, которая со временем превратилась в подобный ритуал! Вы слышали слова их песни? — неожиданно спросила девчонка.

— Я не понимаю тарабарщину мутантов. — Брезгливо произнесла канонисса, однако ствол болтера все же опустила.

— Я понимаю. — Заявила эта пигалица. — Они пели о восхождений их братьев и сестер к Железному Трону, на котором восседает их Бог — Небесный Кузнец. Ничего не напоминает?

— Я сказал бы аналогия прямая. — Произнес Марш, вкладывая лазпистолет в кобуру. — Лейтенант Холан, возвращайтесь к своим работам.

— Слушаюсь, товарищ комиссар. — Тут же отозвался офицер, разворачиваясь к солдатам. Он летел вместе с этими огринами, одним из первых вступил в битву и видел, как они яростно и неистово обрушились на еретиков. Холану было их немного жалко — по сути своей варвары, которые не изменили своим верованиям, простые наивные ребята, которые могли вот так вот сложить головы только по одному подозрению в распространении ереси, пускай их обычай и был похож на ритуал призыва. Но вот так, не разобравшись, рубить с плеча как эта канонисса… нет уж, таких воодушевителей нам не надо. А девчонка-комиссар хороша, не осталась в стороне, а храбро встала на защиту своих подчиненных. И Марш тоже молодец, эх побольше бы нам таких комиссаров, жизнь простого солдата была бы гораздо проще. — Рота, круг-ом. Шагом марш в расположение лагеря.

Солдаты потопали к замку, заворачивая головы на происходящее — любопытство никуда не денешь, и возле огромного костра остались только сестры битвы, которые так и не опустили оружие, ожидая приказа канониссы. Без ее команды никто не решался стрелять, да и многие сомневались, что убьют огринов с первого раза — ведь часть из них сражалась с ними бок о бок и теперь знала каковы громилы в бою. Да и броня у них танковая, которую их оружие не возьмет, если только это не станковый вариант.

— Тогда зачем делать такой большой костер? — ворчливо спросила канонисса, прекрасно понимая, куда клонит комиссар. — Его же издалека видно.

— Хаоситы и так знают где мы. — Ответил Хват, который понял, что эту тупоголовую дуру на удивление удалось вразумить. — К тому же света достаточно, чтобы демоны не подкрались незамеченными. Я извиняюсь за то, что не предупредил о самом обряде, поэтому давайте считать все это недоразумением.

— И что, вы каждый раз будете сжигать своих мертвых? — спросил их Марш.

— Да. — Ответил огрин. — Это гораздо лучше, чем бы их плоть кормила червей в земле.

— Еще одно твое слово, мутант, и я клянусь, что прострелю твою башку. — Грозно произнесла Симона..

— Тогда Хаос победит. — Спокойно произнес Хват. — Вам не кажется, канонисса, что ваши действия напоминают испуганную девчонку — вы мечетесь из крайности в крайность, угрожаете союзникам, пытаетесь их убить, не шевелите извилинами вашего мозга, словно подверглись чьему-то влиянию. Посмотрите на себя со стороны — все уже поняли, что мы просто хоронили своих родичей, а вы до сих пор настаиваете на ереси. Миров в Империуме много, обычаев и верований еще больше, так почему их все надо приводить к одному знаменателю? Только потому, что вам так удобно?

Симона ощутила себя глупо — и как она выглядела в глазах гвардейцев, которых комиссар уже отпустил, и сейчас продолжает настаивать на том же самом на глазах тех же огринов и этой девчонки, которая встала на их защиту, грудью закрыв от ствола ее болтера. Может быть огрин и прав и Хаос незаметно забрался в ее голову, когда она дралась с ним? Слишком много ошибок, много слов и мало дела, а ведь по человеку судят не только по одежке и регалиям. Сейчас Симона напомнила себе канониссу Дарту, которая вот так же визжала и требовала выполнения приказов и в итоге кто-то из комиссаров не выдержал и пристрелил ее. Что за резня потом случилась между сестрами и гвардией, лучше не упоминать, но в архивах все описано четко и ясно. И дано наставление — избегать конфликтов в будущем, потому что сестры и гвардия на одной стороне. Здесь, на этой планете, если случится подобное, то Хаос победит, огрин несомненно прав и придется некоторое время терпеть этих варваров, тем более через три часа идти с ними бок о бок исследовать подземелья замка и не хотелось бы погибнуть там от случайного выстрела в спину. Ведь громилы могут затаить на нее злобу, раз она так плохо отзывалась об их боге. Чем примитивней дикарь — тем легче обидеть.

— Ладно. Убедил. — Канонисса убрала болтер в кобуру и все сестры последовали ее примеру. — В Империуме есть только одна вера и это вера в Бога-Императора, все остальные — ересь. И проявлять свои еретические взгляды — навлечь на себя гнев Инквизиции и внимание Экклезиархии. Что вы с блеском и проделали. Мы сейчас находимся в трудном положении, ты прав, чтобы ссориться друг с другом, но впредь предупреждайте, если хотите сжечь кого-то из своих мертвецов. Лучше уж пусть ваши обряды проходят под моим присмотром, чем залетного инквизитора. — Симона отвернулась и бросила через плечо. — Разведмероприятия остаются в силе.