Коротыш Сердитый – Жернова войны (страница 28)

— Ну, видимо с образованием у вас там беда. — Покачал головой Рэд. — Огрины живут при высокой гравитации и высоком содержании кислорода, так что не забудь натянуть на морду маску, а то живо копыта откинешь. А этим уродам придется еще объяснять, что намордник служит не для того, чтобы они не покусали кого-нибудь. — Капрал вздохнул. — Мы сюда каждые десять лет прилетаем, я тут уже второй раз и должен тебе сказать, что местные парни сильно отличаются от остальных огринов и фору дадут сто очков вперед любому.

— Это почему?

— Да потому что они умеют добывать металл и делать из него отличное холодное оружие, это раз. — Рэд загнул палец. — Два — они не в набедренных повязках бегают, а снимают шкуру с животных и шьют одежду. И три — несмотря на их размеры они варят отличную самогонку. — И капрал пихнул рядового, засмеявшись. — И даже иногда моются, хотя пахнет от них также мерзко как и от остальных.

— Внимание, экипаж, взлет через две минуты. — Объявил машинный голос и Рэд быстро пристегнулся.

Рядовой обратил на это внимание, но ничего не сказал. Он был неглупый парень и размышлял о другом, раз эти огрины могут добывать металл, делать оружие и шить одежду, то они не такие уж и тупые, какими про них рассказывали в школе. Ведь для того, чтобы сшить ту же одежду нужны как минимум ткани и нитки, а где они все это достанут на своей планете? Шить из шкур тоже надо уметь, ее необходимо определенным образом высушить, замочить в растворе, чтобы она осталась прочной и крепкой, потом уже шить. Рядовой по своему опыту знал, как это тяжело получить правильную кожу, потому что наблюдал, как мать работает на обувной фабрике по производству сапог. Она уже получала готовый материал, который шел на сапоги и рассказывала любопытному сыну, как именно его получают и этот процесс был непростым и технологическим. Так что тут капрал не прав, называя огринов недоумками.

— Как же их занесло сюда? — спросил сам себя рядовой и капрал подумал, что вопрос обращен к нему.

— Большинство миров огринов это бывшие планеты-тюрьмы, куда ссылали всякое отребье и бандитов, но есть и колонизационные миры вроде этого. Просто, после войны с Железными Людьми многие планеты оказались предоставлены сами себе и выживали как могли. Здесь населения мало, по данным что-то около двенадцати миллионов наберется, смертность у них уж больно высокая, да и от холода и голода загибаются многие, опять же банды людоедов есть, как рассказывал мне один из них. Рождаемость низкая, короче, этот мир не предназначен для людей, но они тут все равно как-то живут.

— Ты понимаешь их речь? — удивился рядовой настолько, что даже забыл обратиться к Рэду по званию, но тот не заметил этого. Или предпочел не заметить. Среди солдат были приняты немного другие отношения, чем среди офицеров и, называя друг друга на ты, даже старшего по званию, они не требовали четкого соблюдения устава.

— Они говорят на одном из старых диалектов Моррана, моего родного мира. Я понимаю их тарабарщину через пень колоду, но все же кое-что могу сказать. У них там что-то вроде родоплеменного строя, свои поселки и деревни, опять же с едой плохо, да и кроме зверей они еще и между собой постоянно на ножах. Типа северяне не любят южан и наоборот. Но это в разных районах планеты. Я сильно не интересовался, так, чтобы время убить, когда идешь в варпе, вот и трендел с ними. Знаешь, много интересного узнал и понял, почему их тупыми считают — им язык тяжело выучить, не ложится им низкий готик в память, если только гипнограммой как кувалдой не вбивать, вот они и мычат хрен знает что. Хотя научиться могли бы, но кто будет с ними возиться, а так ребята они усидчивые, еще бы сутки там больше тридцати стандартных часов, год идет за два. Один из комиссаров даже часы кому-то из них подарил. Механические, показал, как заводить.

— Так они же большие, на огрина не налезут. — Засомневался рядовой.

— Это были огринские часы, предназначенные для их сержантов. — Пояснил капрал. — Комиссар демобилизовался потом, а часы остались.

— Так вот почему ты летишь вниз! — догадался рядовой. — Как переводчик.

— И не только. — Кивнул капрал. — Сейчас мы обменяем еду, чтобы они не сдохли с голоду и оружие, чтобы не померли раньше времени, на триста тысяч счастливых харь, которые залезут в нашу коробочку быстрее, чем ты успеешь сказать: «Хоп». Партиями, конечно. А потом прилетим еще раз, когда они изволят расплодится до нужного количества.

— Что, правда?

— Увидишь. — Капрал закрыл глаза. — Про маску не забудь. Хотя, ты и двинуться не сможешь с места при их двойной гравитации, если наш пилот отключит генератор.

Челнок стартовал и свечой пронзил атмосферу, опускаясь в клубящиеся снежные облака, идя по пеленгу навигационного маяка, которые местные обслуживали, а точнее, заряжали батареи и включали во время прилета корабля. Техножрецы последние волосы бы выдернули у себя на заднице, если бы узнали о таком, но их как всегда держали в неведении. Пилот не знал, как они догадывались о том, что за рекрутами прилетят именно сегодня, возможно, астропаты обеспечивали связь, но тогда среди огринов должны быть латентные псайкеры, а это невозможно, шанс один из миллиона миллионов, что такой родится именно на их планете. Он давно перестал забивать себе голову подобной ерундой, предпочитая просто управлять летательными аппаратами, делать то, что ему действительно нравилось, пока еще оставалась возможность. На транспортный корабль нападали редко, хотя летал он по почти неизученным областям и трассам, всегда меняя места назначения и пилот был рад этому — все же он уже стар для фигур высшего пилотажа, потому и сидит за штурвалом челнока.

Радар показывал приближающиеся снизу горы, пилот чуть подкорректировал курс, обходя особенно высокую вершину. Маяк четко транслировал сигнал и орбитальный челнок, который размерами вполне соответствовал трем зданиям вместе взятым, начал заходить на посадку, поднимая тучи снега вверх, выжигая дюзами лед на бетоне посадочной площадки, которую каждый раз заметало со временем — местные ее не чистили. То ли забыли, то ли забили, а может и не знали, огрины же, тупые громилы. Пилот был стар и садился тут уже в четвертый раз и при третьем капитане «Завета». Ему уже было за девяносто, но он чувствовал себя превосходно и продолжал летать. Посадочные опоры нащупали бетон и челнок мягко опустился на них, не глуша движки. Генератор искусственной гравитации работал, чтобы солдатам было комфортно, а то планета раздавит их в лепешку.

Когда челнок сел, капрал отстегнулся от кресла и поманил за собой рядового. Они вдвоем открыли люк и пока один глазел на поднятую кораблем пургу и, получая крупные хлопья снега в лицо, второй в это время краном подцепил контейнер и выбросил наружу.

— Смотри внимательно, сейчас пойдут. — Прокричал капрал на ухо рядовому через вой движков, которые и поднимали снег вверх. — И надень маску, болван!

Тот немедленно последовал его совету и стал смотреть вниз, где раскрылся другой люк в трюм побольше. Там не было посадочных кресел, просто голое помещение с гладкими стенами, даже без ручек. Мы повезем огринов как скот, подумал рядовой, наблюдая за тем, как из поднятого искусственного бурана появляются огромные тени. Они выныривали словно из ниоткуда и заходили в корабль, как сомнамбулы.

— Какие-то они вялые. — Поделился наблюдением с капралом рядовой.

— Это чтобы не буянили при посадке. — Ответил тот. — Местные рекрутов чем-то опаивают и те ведут себя как шелковые. Пока не проспятся с похмелья, а потом уже поздно — ты в гвардии. — Он засмеялся. — А в учебке их все равно всех обломают.

— Это как?

— Приставят проповедника и тот будет загонять им про Бога-Императора.

Рядовой изумленно посмотрел на капрала, который прижал палец к губам и ухмыльнулся.

— Что, думаешь, что я еретик, раз так сказал? — Рядовой замотал головой. — Просто я имею свое мнение, но редко когда высказываю его. А ты нормальный парень, меня не сдашь, я же вижу. Если ты сам так крепко веруешь в Бога-Императора, то почему не носишь знак аквилы на груди? — Рэд ткнул пальцем рядового в нагрудную пластину защиты.

— На Люциусе-два почитают Бога-Императора. — Ответил тот. — Как единственно возможного. Ну, вместе с примархами конечно. Но чтобы огрины не знали о Боге-Императоре…

— Конечно, все боятся вездесущих пальцев Инквизиции и Ордо Еретикус, да только святоши далеко от нас, а мы тут и можем болтать, что нам угодно. — Капрал хмыкнул. — На столичных планетах или храмах, при долбанутых комиссарах и инквизиторах даже не думай что-нибудь подобное брякнуть про Императора, который, кстати, был против обожествления себя. — Рядовой выпучил глаза. — Что, удивлен? Почитай на досуге историю Империума, она есть в корабельной библиотеке и даже одобрена церковью. Так что тут у них концы с концами не сходятся. Нет, несомненно, Император могущественный и сильный псайкер, он сделал невозможное — объединил множество миров, встал на нашу защиту против хаоса, который оказался излишне материален и человечество его отблагодарило, навсегда избрав своим Богом. Но и как любой Бог, он наверняка не обидеться на нашу болтовню тараканов о нем, чего, понятное дело, инквизитор не упустит. — Капрал похлопал рядового по спине. — Эти ребята верят в своего Бога, — он указал вниз, на бредущих огринов, — который считается Экклезиархией ересью и чтобы ее изгнать из их голов, то они частенько применяют гипнограммы, где основные постулаты вырублены словно топором. Человек с сильной волей сможет им сопротивляться, но они — нет. Их головы не забиты знаниями и поэтому любая церковная догма ложиться как на чистый лист бумаги. Некоторые святоши настолько уверены в незыблемости своих писаний, что лоб расшибут, молясь в храмах, однако вспомни Эпоху Отступничества и что творил этот самый главный проповедник Вандир. И как теперь мы должны относиться к церкви после всего, что она натворила?