Коротыш Сердитый – Прекрасное далеко (страница 38)

– Все мы люди, – с кряхтением произнес Сандерс. В последнее время он сильно «прокачал» свой навык красноречия и убеждения и добивался большего добрым словом, чем только пытками и пистолетом, – и все мы живем в Империуме. И работаем мы с вами на благо Империума и процветания всего человечества. И я до сих пор не могу понять, почему же соседи по общему дому должны ссориться из-за пустяков.

– Древняя технология – не пустяк. – Прогудел первый, открывший дверь. – Это крупица истины и подарок Омниссии.

– Согласен, не пустяк. – Кивнул Сандерс. – Но, во-первых, вы не знаете, есть ли она там и во-вторых, разве вы готовы утаить ее от человечества?

– Если она принесет ему зло – технология должны быть сокрыта.

– И кто это будет решать?

– Лорды-архимагосы. – Тут же ответили оба.

– Разве они не могут ошибаться? – задал провокационный вопрос Сандерс.

– Лорды-архимагосы несут истинный свет Омниссии и являются проводниками воли его. – Леон понял, что технофанатиков ему не переубедить, но попытаться все же стоило. – Как повелел Омниссия, так и будет. Если технология вредна – ее нужно изучить и сокрыть, дабы потом применить против ксеносов и прочих врагов человечества, но не внедрять в наше общество. Более Орден не совершит ошибок.

– Что ж, разумно. – Оперативнику удалось подавить вздох разочарования. – Тогда я буду вынужден сообщить о вашем решении своему инквизитору. Мне очень не хотелось бы подвергать эту планету экстерминатусу, но раз вы настаиваете...

– В чем причина такого решения? – не понял второй.

– Любая технология является злом, только с точки зрения ее применения. – Просто ответил Сандерс. – Вы же смотрите на вещи слишком однобоко, что заставляет меня принимать меры для обеспечения будущей безопасности Империума. Ведь добытую вами технологию, спрятанную от чужих глаз и бесцельно хранимую, могут украсть. Например, эльдары. Или орки. Или мятежники и еретики. И тогда она принесет еще больше вреда человечеству, нежели будучи доступной и подконтрольной ему.

– Из наших хранилищ невозможно ничего украсть. – В голосе первого Леону послышалась обида за всех механикусов.

– Разве? – удивился Сандерс. – А как же нападение орков на миры-кузницы, во время которых были утеряны технологии строительства «Витязей»? Нынешние «Кнехты» и «Рыцари» им в подметки не годятся. А заражение всего мира скверной Хаоса? Адепты которого напали на кузницу только потому, что в ее архивах предполагали найти информацию о создании подавителей варп-проколов? В итоге мы понятия не имеем, что такого изобрели наши предки, раз это так сильно напугало Хаос. И, заметьте, ваши Лорды-архимагосы не поделились этим знанием ни с одной из организаций Империума, чтобы предупредить об возможной опасности. Неужели они желают его гибели?

Первый подскочил к Сандерсу и схватил его своей механической рукой за горло. Что-то перегнул я палку, подумал оперативник. Было больно, но Леон терпел. Он знал, что лазутчик его не убьет, ибо тогда нарушится хрупкий мир между Орденом и Инквизицией, война между которыми в свое время чуть не привела человечество к гибели. И Лорды с той и другой стороны поклялись не допустить этого вновь.

– Оставь его. – Приказал первому второй. Сандерса отпустили и он потер рукой горло. Это было близко. Кто бы мог подумать, что скитарий окажется таким сентиментальным. – Мы вас услышали, – продолжил говорить лазутчик, – но нам нужно провести консультации с магосами. С их результатом вы будете ознакомлены.

– Спасибо и на этом. – Леон снова потрогал шею. – Ваша помощь будет неоценима, если вы согласитесь на совместное изучение технологии.

– Уверены, что там есть что изучать? – вернул Сандерсу вопрос второй скитарий, оказавшийся более выдержанным, чем первый.

– Энтропия хрудов не распространяется на изделия некронов. – Закинул крючок Сандерс. – Вам стыдно этого не знать.

Он покинул комнату, мысленно усмехаясь. Даже отсюда он слышал, как скрипят шестеренки в головах у скитариев, перемалывая эту мысль в удобоваримую для их мозгов питательную смесь.

Глава 4

Пробираться через мусорные завалы в давно не чищенных старых каналах и проходах оказалось нелегко. Под ногами то и дело хрустел отвалившийся с потолка и стен иссохший от старости пластик, шуршала старая истлевшая изоляция, разбухшая от проникавшей в подвалы воды бумага превращалась в подобие дерьма. Часто попадались более крепкие полимеры во всех их проявлениях — кабельная гофра, куски декоративной отделки стеновых панелей, посуда и хозяйственные емкости, иногда куклы. Последние особенно пугали Сандерса. Было в этих пустых глазницах их пластиковых голов что-то от Хаоса, так и казалось, что сейчас кукла повернет в сторону оперативника свою башку и кинется на пробирающихся темными тоннелями людей. Леон старался гнать подальше из головы такие мысли, прекрасно осознавая, что сам же таким образом и привлекает к себе внимание губительных сил.

Они спустились вниз, в старый город, как его здесь называли местные, в районе очистных сооружений. Карта канализационных коллекторов оказалась неполной, к тому же нижние уровни совершенно не были исследованы, так что жрецы прихватили с собой сервочерепа в качестве разведчиков. Желающих соваться в неведомое в улье так и не нашлось, а те, кто рискнул, уже давно стали добычей могучих подземных хищников – по пути Сандерс заметил несколько человеческих костей с оставленными на них отпечатками немаленьких зубов.

Впереди шли оба орденских лазутчика, оперативник же благоразумно держался позади. Во-первых, кроме бронежилета и накладок на бедра у него другой защиты не было, а обычная одежда, хоть и чрезвычайно плотная, не могла спасти от когтей хрудов, про которых Леон изучил всю доступную ему информацию. И во-вторых – в огневой мощи он сильно уступал обоим скитариям. Малокалиберный болтер в кобуре, сделанный специально для людей, а не для космодесантников-мутантов, укороченный лазган-карабин, стреляющий мощными импульсами, способными испарить голову орку и остро заточенный силовой нож. Вот и все его оружие. И еще обостренное чувство опасности, больше Сандерсу надеяться было не на что, если твари вдруг нападут сзади. И, хотя идущий за ним сервитор внушал спокойствие, Леон бдительности не терял. Да и присутствие сервитора за спиной можно было расценивать двояко. Вдруг скитарии позабудут все договоренности и, едва увидев установку, решат, что Сандерс лишний на их празднике Омниссии. Вот тут-то сервитор и снесет головенку Леона одним выстрелом из фазово-дуговой пушки, которая у него вместо правой руки.

Хрудов местные засекли недавно, буквально год назад или чуть больше. Здания в Мусорном улье и так не отличался прочностью и надежностью своих зданий — дома ветшали, постройки сносили, заливали бетонный фундамент и на их местах возводили новые, стараясь не делать их слишком высокими. Потому что под городом все было изрыто коммуникационными тоннелями, техническими коридорами и проходами и на какую глубину тянулись эти каналы никто не знал. Местные арбитры и милиция не рисковали лезть под землю, понимая, что там кроме обрушения их ждут кровожадные твари и в любой момент они могут потерять людей, пока доберутся до их гнезда. Да и сама схватка может быть жаркой — хруды помимо когтей бывают вооружены примитивными стабберами собственной конструкции, переделанными под их лапищи лазганами и даже гравитационными пушками. И обе стороны устраивало такое положение дел, но вот пришел «инквизитор» и пришлось арбитрам наконец-то оторвать свои задницы от сидений кресел, облачиться в броню и взять в руки лазганы. Милиционеров выставили в оцепление, усилили солдатами СПО и возле каждого подземного выхода поставили пост на тот случай если из-под земли полезет всякая нечисть. Ну или бандиты, которых напугает присутствие арбитров. Леон отправил вниз несколько групп, а сам присоединился к скитариям, которые пустили вперед сервочерепа – составлять карту и разведывать дорогу.

Первые несколько уровней прошли быстро, а вот потом начались проблемы. Древние коллекторы вели в глубь планеты, в тоннелях кислород постепенно сменял тяжелый угарный газ, скапливающийся под землей в результате работы фабрик, аммиак и сероводород, так что вскоре пришлось отказаться от респираторов и перейти на замкнутый цикл дыхания. Благодарить за них следовало опять же хрудов, хотя и местного раздолбайства тоже хватало. Например, трубопроводы не ремонтировались годами и капающая везде вода не была чем-то удивительным. Вентиляция во многих местах была разрушена, чем затрудняла очищение воздуха, часто в колодцы и шахты сбрасывали органический мусор и подобные ему отходы, не перерабатывая их на заводах в питательный компост. Потому что так было проще. И по этому поводу у Леона возникало очень много вопросов к местным властям, которым на самом деле досталась такая уникальная планета. В плане старых технологий, конечно, а не мусора.

Свалка и раньше никогда не была цветущим раем. Когда ее нашли люди, она уже представляла собой загрязненную, высосанную неизвестной цивилизацией досуха планету, на которой остались их каменные постройки, ибо другие материалы просто не выдержат длительных временных сроков. Еще до Восстания кто-то решил превратить ее в мусороперерабатывающий завод и это было логично. Терраформировать отравленную поверхность оказалось накладно, размещать большую колонию на планете — тоже, потому что в системе осталась только Свалка, остальные – кружащие вокруг светила пояса астероидов, в самых крупных из которых еще сохранились ресурсы. Для шахтеров можно построить городок, где вахты будут отдыхать от тяжелой работы, а на планету свозить всевозможный металлолом, пластик, остатки техники, органические отходы, чтобы потом поставлять в другие миры полученный из мусора ресурс. А затем повторить цикл заново. И таких мусорных планет в галактике было множество и причина их возникновения одна — переработка отходов очень ядовита для обычных миров. Не для механикусов, конечно, которые на своих мирах-кузницах сразу же организовывали «безотходное» производство, тем самым быстро превращая их в ядовитые, радиоактивные и биологически опасные свалки. Однако все остальное человечество в эпоху процветания не желало жить в мертвых пустошах, ходить в респираторах и носить за спиной баллоны с дыхательной смесью и поэтому определяло под свалки такие вот захламленные планеты. И если как следует порыться в этом мусоре, то можно найти кое-что стоящее. Чем, собственно, археологические партии механикусов и занимались. Сандерс знал, что они ищут – утерянные фрагменты СШК, ибо планета в прошлом была мало заселена. Согласно архивам такие Свалки обслуживал искусственный интеллект со своей армией железных людей и вероятность встретить законсервированного во времени врага у механикусов существенно возрастала. Поэтому партии всегда сопровождали многочисленные силы охраны и скитарии. А ну как выскочит из-под земли боевой дрон или же БАШ, потомком которого является упрощенный «Страж». Вот археологам сразу же станет весело!! Сандерс тоже старался об этом не думать и чем глубже они спускались во тьму, чем сильнее страхи одолевали оперативника.