Коротыш Сердитый – Прекрасное далеко (страница 15)

– И когда переезд? – спросила она.

– Ты согласна? – удивился папа.

– Нет, я возражаю! – всплеснула мама руками. – Но я готова наступить на горло собственному упрямству, потому что понимаю, что ты хочешь сделать для семьи только лучше. Но пообещай мне одно, Курт Крамер, – Саманта сказала это таким тоном, что муж едва заметно вздрогнул, – как только мы устроим Кэти в гарден – ты переведешься на работу полегче. Как служитель второй степени ты имеешь на это право. Останешься на складе готовой продукции – отгружать сервиторов и заполнять накладные не так тяжело, как впахивать на конвейере. Скажешь, ты готов взять на себя больше ответственности, раз уж тебе оказали такое доверие. – Жена провела ладонью по лицу мужа. – Ты очень сильно похудел, мастер не мог не заметить изменения твоего внешнего вида. Думаю, что он пойдет тебе навстречу.

– Если я откажусь от взятых на себя обязательств, то могу потерять его расположение. – Проворчал Курт, раздумывая. – Нужно продержаться хотя бы год, может быть два, прежде чем заявлять о чем-то подобном. Меня и повысили лишь только потому, что я могу выдавать норму на конвейере и при этом не совершать ошибок в отчетах и погрузках. – Муж посмотрел на жену тоскливыми глазами побитой собаки. – Поэтому имплант на память и сканер помогут мне в будущей работе.

– Я выйду на работу как только Кэти пойдет в гарден! – заявила Саманта. – Тебе уже не придется так напрягаться!

– Это нужно для нашего будущего. – Мрачно ответил муж.

– И прекрати принимать таблетки. – Руки жены уперлись в бока.

– Что? – не понял Курт.

– Какие стимуляторы ты жрешь?

– Да я… нет, я ничего такого не употребляю! – попытался оправдаться муж.

– Не ври мне, Курт Крамер! – Саманта придвинулась ближе. Ей-богу, как она похожа на своего отца, когда гневается, подумал муж. Ей надо было мужиком родиться или пойти в сестры битвы с ее-то характером. А она подалась в медицину. Тоже неплохо, конечно, но профессиональный медик сразу же поняла, что он балуется допингом. Потому что, блин, не успевает отдохнуть! – Где они? – Жена начала шарить руками по комбинезону Курта.

Катя смотрела на эту сцену с интересом. Она уже поняла, что папаня начал баловаться наркотой, чтобы снять усталость. А это до добра не доводит. И мама, как медик, прекрасно это знает. Но, возможно, здесь, в будущем, есть стимуляторы, не вызывающие привыкания? Хотя о чем это я, любая синтетика опасна для организма.

– Да вот, вот! – Курт вытащил из нагрудного кармана баночку с таблетками. – Обычное снотворное, все в порядке.

– Дай-ка сюда! – мама внимательно прочитала состав, посмотрела на отца и снова залепила ему оплеуху. Она-то думала, что это действительно снотворное, но оказалось еще хуже. Отсюда и признаки. – Чтобы этого дерьма я больше в доме не видела, понял?!

– А чего мне тогда делать?!! – возопил в ответ отец, но рук пока не распускал, просто кричал. – Я ведь сдохну на этой работе, если перестану их глотать!

– Переводись. – Жестко пришпилила мама.

– Тогда прощай квартира и сто тринадцатый. – Папаня сделал такой печальный вид, что Кате стало смешно. – Мастер не поймет.

– Переживем как-нибудь. – Саманта сложила руки на груди. – Мой отец – бывший десантник, ты это прекрасно знаешь. Еще до меня у мамы родились братья-близнецы, сразу два проглота. И жили мои родители тогда в такой же квартирке как и эта и ничего, знаешь ли, как-то выжили! И даже меня там вырастили. – Она оглядела комнату. – Ну, может помещение было и побольше, но это неважно. Я к чему это говорю, – руки так и не покидали грудь, – можно пережить любые трудности. ЛЮБЫЕ, понимаешь ты это, Курт Крамер? Сейчас у тебя есть хорошая работа, начальство тебя ценит, любящая жена и дочь ждут дома, но… – Саманта покачала баночкой перед лицом мужа, – если ты начнешь баловаться этим средством, то всего этого у тебя может и не быть. Точнее – не будет совсем. Ты все потеряешь. Поэтому… – Она подошла к мусоропроводу и швырнула в открывшуюся крышку таблетки, – теперь ты сделаешь то, что я тебе скажу. – Глаза Саманты прямо реально метали молнии. Ловко мама подавляла папу, Катя это прекрасно видела. Она была усажена на стул, когда мама вскочила и сейчас как бы наблюдала за семейной сценой со стороны. – Завтра же я запишу тебя на чистку организма, а потом поговорю с твоим начальством и мне плевать кто там у них за главного – мастер, магос или сам лорд-архимаг. И потребую, чтобы тебя перевели на склад – там все же работа попроще. И чтобы ты больше свою башку без моего ведома во всякое дерьмо не совал, тебе вообще повезло, что у тебя одна почка – имплант. Он хотя бы собрал на себя часть того дерьма, что выводилось из твоего организма. Печень-то у тебя еще родная… или ее ты тоже продал также как мозги?

– Нет. – Мотнул головой обреченный Курт. Да он и сам виноват, что начал баловаться стимуляторами, многие работяги так делали. Они и посоветовали. И эти таблетки свободно продавались в аптеке, так что непонятно чего Саманта так раскричалась.

– Слава Богу. – Мама подняла руки ладонями к потолку. – Иногда я удивляюсь, Курт Крамер, как ты смог дожить до таких лет, не погибнув от собственной глупости.

– Просто повезло. – Пожал муж плечами.

– Это потому, что ты встретил меня. – Саманта прильнула к Курту, целуя его в макушку. Тот удивленно посмотрел на жену – резкие перемены настроения для него были в новинку. – Прости меня, что я тебя ударила, но ты меня просто выбесил! – Она взяла лицо мужа в свои ладони. – Пообещай мне, что больше ничего не станешь от меня утаивать. Я уже тебе говорила – никаких секретов, но ты, словно баран продолжаешь упрямо сопротивляться. Я же тебе только добра желаю. Ты и Кэти, это все что у меня есть.

– А родители? – не понял муж.

– Они далеко и маме в жилетку не поплачешься, да и я уже не в том возрасте, чтобы спрашивать у ней совета. – Усмехнулась Саманта. – Ты ведь сам хотел, чтобы мы улетели из той аграрной дыры и начали новую жизнь. А начинать ее с употребления этой гадости, – жена кивнула в сторону мусоропровода, – явно не стоит.

– Ладно, согласен, я сглупил. – Проворчал отец. – Послушался других – вот он, пример-то перед глазами. Многие пользуются этими таблетками и ничего, живые. Пока. – Курт посмотрел на жену.

– Вещества, что содержатся в этом стимуляторе, плохо выводятся и накапливаются в организме. – Менторским тоном произнесла Саманта. – Как единовременное применение, это средство очень даже неплохо действует, но если жрать их постоянно, то можно быстро протянуть ноги. Даже после боевого коктейля организм десантника проходит детоксикацию, а ведь им вливают такую жгучую смесь, от которой любой гражданский загнется. Я знаю – отец рассказывал. После службы ему была положена чистка и обновление – генеторы славно над ним поработали. А ты – простой житель и к твоим услугам обычная медицина. И я, как медсестра и будущий врач, запрещаю тебе даже смотреть в сторону стимуляторов.

– Будущий врач? – удивился Курт. – Ты собралась поступать в ингениум? Почему я не знаю?

– У меня тоже есть секреты. – Улыбнулась Саманта и ответила. – Зав отделением предложил пройти курсы повышения квалификации медсестер. Если получу сертификат, то смогу подать заявление на заочное отделение ингениума. Но это будет не скоро – Кэти, наверное, успеет закончить приму, прежде чем объявят набор на заочное. Раз в пять лет все-таки и только для проработавших десять лет по профессии. – Жена посмотрела на Курта. – Через три года я подавать заявление не буду, а вот потом, когда дочка станет самостоятельной и будет сама ходить в схолу – посмотрим.

Я уже и так самостоятельная, подумала Катя, только тело у меня маленькое и язык во рту шевелится кое-как. Да это и понятно, что младенца никто в одиночное пешее путешествие никто не отпустит, тут мама права. Но она молодец – идет к своей цели. Поднимает свой уровень образования, не довольствуясь имеющимся. Да и папаня… оказывается тот еще оболтус. Но хотя бы прислушивающийся к мудрым советам оболтус. А квартирка… да и фиг с ней, подумаешь улучшенные жилищные условия. Ага, когда над головой каждые пять минут грохочут поезда метро это страсть как хорошо. Да и Катя вполне могла ходить в обычный детский сад, просто не приближаться к сопливым малышам, соблюдая меры безопасности. Да и облизанные ими игрушки она себе в рот точно толкать не станет – это же не гигиенично! Так что зря папа так напрягается и гробит свое здоровье. Ей уже одного упрямца хватило, ради которого она поступила в институт. Папаня их прошлой жизни тоже все решал сам и в одиночку, даже не советуясь с близкими. Характером она пошла в него и, похоже, он сохранился и в новой жизни. Характер, память и сформировавшаяся личность – вот что она забрала с собой. Как такое могло случиться? Или же все малыши помнят поначалу свою прошлую жизнь, но потом забывают? Почему тогда с ней этого не произошло? Странно. Но бог с ним, сейчас у нее есть новая жизнь и не хотелось бы ее потерять по дурости, тем более в таком большом городе. Конечно, у нее есть что посоветовать родителям, все же кое-какой жизненный опыт она за прошлые восемнадцать лет накопила, но ее мнение никто не спрашивает – голоса на семейном совете Катя пока не имеет.