Коротыш Сердитый – Две стороны одной медали (страница 115)

— Ты ведь сама джедай, — осторожно заметил командир. — Разве нет?

— Я – падаван, мне многое разрешено, — отмахнулась Ася. — И я не дура, которая не видит дальше своего собственного носа – эта война надолго и основа победы не в рукопашных атаках, а тактике и стратегии, чтобы переиграть противника на его же поле. Дроиды это поняли первыми и сейчас они вне закона, когда стали действовать самостоятельно. И их генерал тоже это поняла, раз дала им некоторую свободу. Что будет дальше, я не знаю – такого тут еще не было.

— Что ж, вскоре узнаем, — Хот посмотрел на клона с винтовкой. — Если что, то можете рассчитывать на нашу поддержку.

— В каком смысле? — не поняла Ася.

— В том, что если вас объявят предателем, то мы не станем стрелять вам в спину, — ответил солдат. — Да и вообще… некоторые приказы генералов вызывают у меня недоумение.

— Но обсуждать их и уже тем более указывать на ошибки нам запрещено, — заметил Хот. — Странно, что джедаи не прислушиваются к мнению тех, кого готовили для полномасштабной войны.

— Эта глупость обернется множеством смертей, — пробормотала Ася. — Но вас за людей не считают.

— Так же, как и дроидов, — грустно сказал командир и опустил голову. — И это отбивает все желание воевать за Республику.

— Вот как? — в Асе проснулся интерес.

— Я уже думаю, что совершил глупость, убедив своих людей передать сообщение на Корусант в штаб, чтобы нас забрали, а ведь этот главный дроид предлагал нам забыть все и начать гражданскую жизнь. Только я в ней ничего не понимаю и когда эта война закончится даже не знаю, чем заняться.

— Для вас она не закончится никогда, — произнесла Ася. — Закончится эта – галактика начнет другую, потому что на поставках вооружения, лекарств, продовольствия и кораблей для армии и флота можно поднять очень большие деньги. Военный бюджет всегда был очень привлекателен для предпринимателей.

— Ты рассуждаешь очень странно для джедая и более разумно для такой маленькой девочки, — заметил клон.

— Ну, я вообще очень необычный подросток, — Ася улыбнулась. — А еще я шпион сепаратистов и лично графа Дуку.

Клон улыбнулся в ответ – он понял шутку. Сейчас подразделение солдат во главе со своим командиром летели отдельно от джедаев и высшего командного состава, однако Ася в присутствии своих друзей-приятелей наведалась к ним, просто чтобы проведать. Скаут и остальным она уже давно вдалбливала в головы мысль, что от их действий или решений зависят жизни клонов, что скоро им придется распоряжаться человеческими ресурсами, которые не бесконечны, солдаты на войне неизбежно погибают и их главная цель – победить, сохранив свой личный состав по максимуму. Кеноби это может быть и понимал, но иногда его решения выглядели безрассудными, а узнав о потерях, он просто кивал головой, мол, принял к сведению. Для мальчишки-Энакина клоны были чем-то вроде игрушечных солдатиков, которых навязали ему на голову и он очень сильно обижался, когда кто-то тормозил с выполнением его приказов или не оказывал необходимую поддержку, просто потому, что сам попрыгунчик-джедай был в простреле дружественного огня и клоны боялись зацепить своего генерала. Впрочем, для Энакина и падаваны стали обузой – он взял в рейд Асю и Кирсела просто потому, что не мог оставить их на базе, а когда девушка начала спорить с «учителем» и доказывать ему глупость того или иного решения, он просто оставил ее охранять подходы с тем отрядом клонов, а сам забрал Кирсела и свои подразделения, направившись причинять добро направо и налево. Но Ася не грустила, хотя повод был – Кеноби так и не отдал коммуникатор Пихто и связаться с дроидом можно было только через него. Вообще-то существовала еще Иш, но пока использовать ее по пустякам не хотелось.

После освобождения Кристофсиса все отправились на Корусант в храм джедаев – отдохнуть перед следующей миссией и решить на совете, что делать с предложением дроидов по передаче пленных за деньги. Когда челнок с джедаями и падаванами приземлился на посадочной площадке перед храмом, Энакин заявил:

— Э, учитель, мне надо наведаться в город по одному важному делу, я буду в храме через час, может быть два.

— Не опаздывай, — предупредил Кеноби. — Падаваны пока останутся со мной – отдохнут в своих кельях, да и заменить пластины брони не помешает, должен признать, что она достаточно эффективна, — Оби-Ван посмотрел на Асю, потому что знал, кто был инициатором этого. Та мило улыбнулась в ответ.

— Соберется Совет через два часа, — объявил Йода. — Скайуокеру на нем тоже присутствовать нужно.

Энакин скривил физиономию, но поклонился и ускакал, а джедаи и падаваны пошли в храм.

— Интересно, что это за дело такое у мастера Скайуокера в городе? — задалась вопросом Скаут. — Что может быть важнее заседания совета?

Сказала бы я тебе, да карма не позволяет, подумала Ася, к бабе-сенатору своей побежал, что же еще. Так долго был без женской ласки, брал бы пример с Кеноби, вон как держится, хотя, может джедаи какую-нибудь дрянь пьют, чтобы не испытывать влечения? Все же живые как-никак.

— Падаваны, отправляйтесь в столовую, подкрепиться вам нужно, — объявил Йода.

— А я подумала, что опять посуду мыть, — буркнула Ася, но зеленый Чебуран ее услышал.

— А после заняться медитацией или трудом физическим, если не устали, — Йода стукнул посохом.

Сейчас, бегу, волосы назад, подумала тогрута, но повернула в сторону столовой. За ней пошли и остальные ученики, а Йода посмотрел на Кеноби и произнес, думая, что его уже не слышат:

— Как ученики тебе новые, м-м?

— Эти трое – обычные подростки-падаваны, но вот тогрута… — Оби-Ван привычно вцепился в бороду, — она задавала странные вопросы, не каждый раз такое услышишь от ученика, о свойствах Силы и ее Равновесии, что я уже стал сомневаться, а правильно ли мы истолковали пророчество.

— С учеником твоим связано это, м-м? — Йода хитро прищурился.

— Да. Иногда я чувствую, что он еле сдерживается, чтобы не зайти за ту грань Силы, но потом его отпускает. Мне кажется, ему надо чаще отдыхать.

— Не можем мы себе отдых позволить – Темная Сторона сети свои над галактикой раскинула, постараться не угодить нам в них нужно, — Йода задумался. — Что ты, Оби-Ван, думаешь по поводу предложения дроидов?

— Сумма в тысячу восемьсот кредитов за одного пленного не кажется мне большой, а по десять за Шаак Ти и Крайка – тем более. Но за двадцать восемь тысяч бойцов можно выручить около пятидесяти миллионов или около того, а это очень крупные деньги.

— Помощь Сената нам потребуется, обсудить на Совете мы все должны, — Йода медленно передвигался, размышляя. — Для этого мнение остальных заслушать нужно. Думаешь ты что насчет сделки этой?

— Нужно соглашаться, другого пути нет, — Кеноби терзал бороду. — Если дроиды не получат ответа в ближайшие часы, то просто убьют всех пленных и будут считать, что мы их враги, а войны на два фронта мы не выдержим.

— Думал я о том же, — кивнул ушастый старикан. — Трудное решение принять предстоит, сенатора нужно подключить к этому делу, останемся тогда без поддержки мы, если самостоятельно все решим. К канцлеру идти нам нужно – с ним этот вопрос согласовать следует.

— Энакин может его убедить, Палпатин все же политик и от освобождения заложников только выиграет.

— Согласен я с тобой, предстоит нам разговор с ним, — закивал Йода. — Но сначала как решит Совет.

— О, а это что? — удивился Кеноби, глядя на лежащий посреди площади дискообразный объект, наполовину погруженный в сталь и бетон. Он был огорожен барьером, но людей или инженеров рядом с ним не было.

— Загадка большая это, — произнес Йода, протягивая руку и словно поглаживая объект. — Реагирует на Силу он, словно сам из нее состоит, излучение от него знакомое исходит. Понять ученые до сих пор не могут, что это и как он передвигается. Для приборов его просто нет.

— Откуда он взялся?

— Падаваны твои и Скайуокера на нем прилетели, — Йода прищурился. — Перенес он их сюда и отключился, выполнив миссию свою.

— Странный корабль и необычные падаваны, — Кеноби начал с усиленной энергией терзать бороду. — Все происходит в один момент – война, возвращение ситхов, этот корабль, чрезвычайно умные дроиды и их генерал, девочка-падаван, задающая неудобные вопросы…

— В точку ты сказал, Оби-Ван, — посохом ткнул в джедая Йода. — Неудобные вопросы, вот что тебя в смятение приводит. Найдем ответ на них – решим загадку эту. Сейчас же поспешим в зал Совета, но подкрепиться перед этим не помешает, м-м?

Энакин ворвался в комнаты, выделенные Амидале – он ощутил возлюбленную еще когда подходил к дверям. Она сосредоточенно работала над проектами или документами, была вся в делах и заботах, не то что он, который был вынужден мотаться по галактике и воевать за Республику. Иногда хотелось все бросить и побыть рядом с любимой, но этот дурацкий Кодекс джедаев, запрещающий иметь привязанности и вообще близких очень и очень ему не нравился. Каждый раз, обучаясь в храме, он слышал рассказы про ужасы и страхи Темной Стороны, что упасть легко, но вот вернуться назад трудно, просто невозможно. Энакин старался следовать принципам джедаизма, но вот в бою сохранять хладнокровие и разум было очень сложно, противники стали попадаться более умные и хитрые, ситхи показали свои зубы и первые вестники Тьмы уже ступили на планеты галактики. Та же Асажж Вентресс, с которой он уже встречался на Кристофсисе и при помощи Оби-Ван условно «победил» ее – она просто сбежала как и все ситхи до нее, как граф Дуку на Джеонозисе. Но там помог магистр Йода, а он лишился руки. Энакин посмотрел на свою кибернетическую культяпку и где-то внутри него, в глубине души заворочался темный камень ненависти и гнева, обращенный в сторону Дуку. Волевым усилием он задавил в себе это чувство и широко улыбнулся, входя в комнату – любимая не должна видеть его таким страшным и уж тем более не стоит пугать Падме.