Коротыш Сердитый – Боцман и чертовка (страница 25)

Вперед протолкался Пихто.

— Извините, что вмешиваюсь, но вы не могли бы мне пояснить тактику боя роботов? Все эти ваши названия мне ни о чем не говорят.

— Тоже хочешь порулить десятиметровой махиной?, — спросил Коноп.

— Нет, — Мотнул головой дроид, — Предпочитаю близкий контакт и ручное оружие. Я к тому, что только лишь роботы участвуют в сражении? Есть какие-нибудь наземные артсистемы, танки, опять же истребители и перехватчики, которые бомбы сыпят на головы несчастных парижан?

— От бронемашин, артсистем и ракетных установок отказались, как только появились роботы, — Ответила Асамзула, которая изучала историю создания МОБов, — Не сразу, но поняли быстро, что противопоставить хорошо вооруженной и бронированной многотонной махине, которая тащит на себе вооружения в разы больше, чем можно установить на той же гаубице или танке просто нечего. Опять же взаимодействие между экипажами, отдача приказов и выполнение команд сильно увеличивало время начала боевых действий, а руководить в сражении сразу несколькими частями, когда у тебя выбили разведчиков и спутники наблюдения очень проблематично, порой доклады поступают противоречивые, кто-то просит поддержки ракетными ударами, а кого-то в это время перемалывают в фарш. Первыми МОБов сделали ингеры, машины были громоздкими и неповоротливыми, но очень бронированными, из силовые поля и защиту пробивали только слаженным залпом нескольких артсистем, однако те успевали нанести существенный урон, прежде чем были повреждены. К тому же такой машиной управлял один оператор, тогда как в танке их трое, а гаубичный расчет вообще включает в себя пять солдат, а это огромные финансовые затраты на еду, обмундирование, снабжение и зарплаты. Потом подтянулась Федерация, которая всегда была не в ладах с Империей, они создали своих МОБов. Сначала машины были универсальными, но потом выделились в четыре класса, один из которых делится на два подкласса. Первый — это легкие разведчики, очень маневренные и скоростные машины, которые могут зайти в тыл к противнику, обеспечить передачу разведданных, когда аэро или космическая съемка невозможны. Многие наземные подразделения имеют в своем арсенале дымовые завесы, которые накрывают большую территорию и держатся довольно долго, затрудняя летающим машинам атаку роботизированных частей. Смог стоит на высоте от двадцати до тридцати метров, а специальные дымогенераторы обновляют его. Применение возможно по приборам, но в туман добавляют взвесь из специальных металлизированных частиц, которая препятствует прохождению радиосигнала, поэтому разбомбить МОБов с орбиты очень сложно, да и для нанесения орбитального удара требуется корабль класса "линкор" или "дредноут", а ими могут владеть только государство или очень крупные частные военные компании с многомиллиардными оборотами и доходами. Такие как мы действуют по старинке — высадились, зачистили район от ПВО противника, нанесли авиаудар, продвинулись вперед, заняли укрепрайон. Тактика не слишком изменилась со времен войны, но техника несомненно стала совершеннее.

— То есть мы не конкуренты остальным?, — спросил Пихто.

— Наоборот, у нас есть очень серьезное преимущество, — Произнесла Асамзула и посмотрела на Конопа, — Нужно переделать все машины под ручное управление.

— Без нейросетей?, — удивился тот, — У нас их и так всего с десяток наберется не больше. Я думал будем соответствовать тенденциям, принятым в современной армии.

— Сейчас всех поголовно и уже давно перевели на нейроинтерфейс и все прекрасно знают, как с ним бороться — нейроподавитель сделает за тебя всю работу, — Сказала девушка, — Если у нас все будет на ручном управлении, то во-первых, никто уже не выведет оператора из строя и во-вторых — отследить по нейросети будет в разы сложнее, потому что ее просто нет! Наше подразделение станет в разы живучим и эффективным, пускай и будет немного уступать в скорости реакции с нейроинтерфейсными машинами.

— Это можно исправить в "Лекаре", — Произнес Рома, — Модифицировать физические данные операторов, что позволит им конкурировать наравне с остальными.

— А как же тогда заключать контракты и вообще вести финансовые взаиморасчеты?, — спросил Федя, — Ведь на нейросеть завязано все!

— Посмотрите на накра. Они же как-то без них обходятся.

— Браслеты, — Рома показал на руку дроида, — Можно использовать их, — Он оглядел всех, — Но не будет ли это подозрительно выглядеть для других, когда они узнают, что в нашей бригаде нет ни одного с нейросетью?

— Будет, — Кивнула Асамзула, — Но, как я уже говорила, моя команда зарегистрирована в Федеральной сети наемников и на Бирже тоже, а там уважают конфиденциальность данных. Нашу проверку может устроить только Федерация, остальные государства не имеют права даже подходить близко к бригаде без официального разрешения Биржи и Сети наемников. А если там все схвачено, то никто нам препятствовать не будет. Да и потом, контракты может заключать нанятый нами юрист, который и будет хранить наши деньги на разных счетах.

— Как бы этот еврей нас не обманул, — Пробурчал Рома, — Не доверяю я этим ворюгам.

— Грамотного и честного юриста подобрать — это нужно постараться, — Произнес Хрост, — Ну ладно, это дело будущего, для начала нужно обучить операторов и скомплектовать команды.

— А сколько должно быть МОБов в команде?, — спросил дроид.

— Рота — шесть-семь машин, батальон — уже двадцать, но может быть и больше, все зависит от командира, — Ответила Асамзула.

— Так, — протянул Пихто, — значит двадцать восемь роботов в семь рот по тринадцать штук, нормально получается.

— Как по тринадцать?, — не поняла девушка, да и остальные задумались, — По четыре получится.

— Ты что?, — удивился дроид, — Делить не умеешь? Дайте сюда листок.

— Вот планшет, — Протянул Коноп свой, — Покажи нам, деревенщинам, раз такой умный, как это у тебя из двадцати восьми получилось семь по тринадцать.

— Смотри, — Пихто потыкал пальцем в экран, — Двадцать восемь делим на семь. Семь же рот?, — Асамзула кивнула, — Вот. Восемь разделить на семь сколько будет? Один, пишем сюда один. Так, единичку сносим, двадцать один разделить на семь, сколько будет? Три. Пишем три. Вот тебе тринадцать, — Дроид отложил планшет.

— Погоди, — Остановил его Хрост, — Чего-то ты неправильно делаешь, не может быть такого.

— Ну давай проверим, — Пихто снова взял электронную доску, — Как проверить деление? Умножением. Так, берем семь, умножаем на тринадцать. Три умножить на семь, сколько будет? Двадцать один. Один умножить на семь? Семь. Двадцать один плюс семь — двадцать восемь.

Асамзула выпучила глаза, совершенно не понимая, как это у робота получается совершенно невозможное число. Вроде делает все правильно, но где-то присутствует математический казус, который уловить почти невозможно. Впрочем, не одна она задумалась — Коноп отобрал планшет у стоящего рядом Гордо и начал тыкать пальцем в калькулятор.

— Вот у меня счетная машина есть, — он продемонстрировал результат на экране, — она выдает четыре, но никак не тринадцать.

Дроид посмотрел на него искусственными глазами и, вздохнув, снова потянулся за планшетом. Стоявшие рядом с роботом Рома и Федя еле-еле сдерживали улыбки, Асамзула чувствовала веселое настроение своего супруга и поняла, что это своего рода военного анекдота. Дроид тем временем что-то быстро набросал на планшете.

— Для тупых последний раз объясняю, — Произнес он, — Как проверить умножение? Сложением, верно?, — Коноп, Гордо и другие техники кивнули головами, — Семь рот? Семь. Пишем семь раз по тринадцать, так? Считаем: три плюс три — шесть, плюс три — девять, плюс три — двенадцать, плюс три — пятнадцать, плюс три — восемнадцать, плюс три — двадцать один, теперь раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, — сосчитал единички Пихто, — Получилось двадцать восемь. Все, отстань от меня, — Он кинул планшет на колени гному и тот автоматически его поймал.

Губы Хроста растянулись в улыбке и он оглушительно захохотал, к нему присоединились остальные и громче всех смеялся Коноп, вытирая выступившие из глаз слезы.

— Ну уел!, — воскликнул тот, — насмешил старика, а как все подвел! Давно в уме не считал, разучился это делать, все с планшетом и техникой! Ну, молодец.

— А как их в роте разделить по взводам?, — спросила, смеясь Асамзула, — Если их тринадцать.

— Да просто, — Пихто снова отнял планшет и нарисовал на нем крупно 13, — Ты три МОБа во взвода отдай, а один себе оставь.

Новый взрыв хохота продолжался где-то с минуту, пока самые стойкие перестали хрюкать и наконец затихли.

— Ну ладно, посмеялись и хватит, — Произнес Пихто, — А если серьезно, то разделить технику по парам конечно нужно, но и дополнительно изготовить разведывательные машины тоже необходимо — надеяться на одних только роботов глупо, да и к тому же такую махину, которая пускай и суперманевренная, но обалденно заметная трудно не обнаружить.

— И что ты предлагаешь?, — спросил Коноп.

— Нужны две колесные машины типа багги или на гравиприводе, это уже решать вам. Они должны быть небольшими, приземистыми, очень скоростными и малозаметными, в идеале оснащенными генераторами маскировочного поля. У вас ведь есть такие?

— Есть маск-накидки, — произнес Рома и посмотрел на Хроста, — Можно сшить из них чехлы и ими укрывать разведчиков. Обнаружить их будет совсем непросто.