Коринн Майклс – Убеждение (страница 22)

Он толкается глубже, и мой оргазм нарастает.

— Лиам, — стону я.

Меня поражает, как мы подходим друг к другу во всех отношениях. Он знает мое сердце, душу и тело. Он может вызвать удовольствие в каждой клеточке моего тела. Он переворачивает нас, поэтому я оказываюсь сверху.

— Оседлай меня, милая.

Я раскачиваюсь взад-вперед, мои руки покоятся на его груди. С каждым движением я поднимаюсь все выше. Закрываю глаза и теряю себя в этом моменте. Оргазм отправляет меня в бездну. Лиам держит мои бедра, когда следует за мной, и мы разделяем этот момент.

Я падаю на него и улыбаюсь. Быть в его объятиях — это все, чего я хочу.

Но скоро он уедет.

Я заставляю себя не думать об этом. Если начну готовиться к прощанию, то не смогу насладиться временем, которое у нас есть.

Лиам скользит руками вверх и вниз по моей спине, пока наши тела по-прежнему соединены. Я поднимаю голову и опираюсь подбородком на свою руку.

— Привет. — Я лучезарно улыбаюсь.

— И тебе привет. — Его улыбка отражает мою.

— Неплохой способ поприветствовать меня в Южной Каролине.

Он усмехается и убирает мои волосы с лица.

— Рад приветствовать тебя в любое время.

Я начинаю подниматься, но он тянет меня обратно к себе.

— Мне нужно привести себя в порядок.

— Нет смысла. Я с удовольствием испачкаю тебя снова, — говорит он, перемещая руки на мою задницу. Лиам немного приподнимается и перекатывает меня на спину. — Я говорил тебе, что это будет длинный день.

Он прижимается к моим губам своими, и мы снова теряемся друг в друге.

— Во сколько ты завтра вылетаешь? — спрашиваю я Лиама, когда мы гуляем по гавани.

Он вздыхает и целует меня в висок.

— Слишком рано. Я хочу, чтобы ты осталась со мной и проводила меня. Я знаю, что многого прошу, но, если это возможно, я хочу, чтобы твое лицо было последним, что я увижу перед посадкой в самолет.

Мы останавливаемся, и я поворачиваюсь в его руках.

— Я не уверена, что смогу.

Аарон просил меня о том же самом, но я никогда не могла. Слишком сложно было прощаться при всех. Я попыталась один раз, и поездка домой была кошмаром. Все закончилось тем, что я просидела в машине почти час, рыдая, когда самолет взлетел. Вы чувствуете себя такими беспомощными, наблюдая за тем, как тот, кого вы хотите больше всего, покидает вас, возможно, навсегда. Это переизбыток горя и страха.

— Я не понимаю.

— Я не смогу смотреть, как ты улетаешь, и держать при этом себя в руках. Не знаю, смогу ли справиться с этим, — признаюсь я. Я умалчиваю об остальных своих проблемах, так как знаю, что ему нельзя беспокоиться о них. Ему нужно сфокусироваться, и мои страхи будут только тянуть его обратно.

Лиам гладит мои руки и молчит некоторое время.

— Тогда мы попрощаемся у меня дома. Я не хочу, чтобы ты садилась за руль, если будешь расстроена.

— Конечно, я буду расстроена. Ты уезжаешь на шесть месяцев. К тому же, сейчас у нас не самый лучший момент в отношениях. — Я даю волю чувствам

Лиам хватает мою руку, когда мы садимся на скамейку.

— Я беспокоюсь о многом, что связано с отъездом. Аарон живет в вашем доме, а меня не будет поблизости. Я волнуюсь, что вам будет легко вернуться к своей прежней жизни. Я спрашиваю себя: а что, если после моего отъезда ты подумаешь, что все это слишком?

Он смотрит на наши руки, и я следую за его взглядом.

Его страхи обоснованы. На нашем пути было множество препятствий, но малейшее сомнение будет оставлять за собой большие проблемы. Нет никаких гарантий. Никто из нас не может заверить другого, что страхи, с которыми мы боремся, не реальны.

— Я беспокоюсь, что у тебя не получится вернуться домой. Мы та еще парочка.

— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы быть уверенным, что вернусь домой, к тебе.

— Я обещаю уладить все с Аароном, чтобы мы могли двигаться дальше.

Мы оба молчим после того, как дали друг другу единственные обещания, которые могли. Я не хочу делать ему хуже, но не могу лгать.

— Как мы сделаем это, Ли? Я, может, похож на идиота, но не знаю, как заниматься военным делом, когда кто-то ждет меня дома.

Иногда я забываю, что, в каком-то смысле, мы оба учимся всему заново. Лиаму никогда не приходилось думать о последствиях своих действий, и что его ждут дома. Я слышала от Аарона и Куинна, как он любит рисковать. Хотя Лиам никогда не рискует чьей-то жизнью, он более чем готов поставить себя под удар на задании.

Я прижимаюсь головой к его груди, пытаясь подобрать правильные слова.

— Итак, ты сосредоточишься на возвращении домой, полагаю. Мы будем переписываться по электронной почте, созваниваться по «Скайпу», писать письма, и ты будешь звонить, когда можешь.

— У нас будут неприличные разговоры по «Скайпу»? — спрашивает он, приподнимая бровь.

Я начинаю хихикать и шлепаю его по ноге.

— Ты такой глупый.

— Представь, как это было бы весело… — Он следит за моей реакцией с блеском в глазах.

— Посмотрим, будешь ли ты себя хорошо вести. — Я играю с ним.

Я снова прижимаюсь к его груди и стараюсь не позволять своим тревогам взять надо мной верх. Он будет в безопасности, и он вернется домой. Это будет моей новой мантрой, потому что иначе я сойду с ума.

— Ты знаешь, что где бы мы ни были, я сделаю все возможное, чтобы поддерживать с тобой связь. Просто это зависит от того, как долго мы пробудем в Германии, прежде чем отправимся в какую-нибудь чертову дыру, где в нас нуждаются, — говорит он перед тем, как поцеловать меня в макушку.

— Да, в последний раз, когда Аарон отправился в Германию, он был на миссии в течение двух недель. Это так тяжело для большинства жен — не понимать эти новые правила. Я имею в виду, неужели нельзя просто отправить вас отсюда? Я ненавидела, когда он уезжал, как мне казалось, без всякой причины. — Лиам молчит, и я задаюсь вопросом, не расстроила ли я его. Посмотрев в его лицо, я вижу, что он задумался.

— Лиам?

Он поворачивается и слегка улыбается.

— Я знаю, ты была замужем. Я понимаю это, но прямо сейчас это ощущается иначе — когда ты рассказываешь о своей жизни с ним. Может, я мудак, но раньше, когда мы думали, что он погиб, я не чувствовал, что конкурирую с ним так, как сейчас.

— Ты никогда не был конкурентом и сейчас им не являешься, — говорю я искренне.

— Мне приходится привыкать к тому факту, что он спит в твоем доме.

— Я не могу просто вышвырнуть его. Независимо от того, что он сделал и кого я выбрала, он — отец Арабеллы. Он прошел через ад и вернулся, и он был моим мужем. — Я произношу слова размеренно. Знаю, что он не попросит меня выгнать Аарона, и я не могу представить, насколько тяжело это для Лиама.

— Это было причиной того, почему я думал взять перерыв на время задания, — говорит Лиам, тяжело вздыхая.

Я сижу и жду, когда он снова посмотрит на меня.

— Тебе действительно это нужно?

Он закрывает глаза.

— Я не знаю. Я не хочу этого. Но не знаю, как, черт возьми, буду находиться за тысячи километров отсюда и не задаваться вопросами.

— Ты доверяешь мне?

Лиам хватает меня за руку и переплетает свои пальцы с моими.

— Я доверяю тебе, Ли. Но я парень, и то, что ты находишься в одном доме с другим мужчиной — тем, кто хочет тебя вернуть, — не так уж легко вынести. Представь себе, что я буду жить с кем-то, кого любил однажды.

Я смотрю на наши переплетенные пальцы и думаю, что должна облегчить это для него. У нас обоих много страхов, с которыми приходится иметь дело. Единственный момент, который хуже, чем не быть с ним — это если с ним что-то случится. Я не смогу справиться с этим снова. Если случится так, что он не вернется домой, мое сердце будет разбито.

— Может быть, мы сможем сделать наше прощание завтра легче для нас обоих?