Кора Рейли – Только работа, никакой игры (страница 16)

Я сервировала стол, раскладывая столовые приборы рядом с двумя салатницами, когда Ксавье спустился по винтовой лестнице в одной из моделей нижнего белья. Брифы в приглушенном оливково-зеленом цвете с заниженной талией обтягивали его тело, словно вторая кожа. Я чувствовала, как тепло поднимается по моему горлу и лицу, особенно когда Ксавье повернулся, чтобы я могла рассмотреть его со всех сторон. Странно, почему лейбл хотел, чтобы Ксавье был лицом и телом для их кампаний, можно подумать кто-то обратит внимание на их нижнее белье, если он будет рекламировать его.

— Что думаешь о цвете?

— Очень мило, — выдавила я из себя.

— Зеленый — не мой любимый цвет, хотя подходит к твоим глазам.

Фыркнув, я продолжила.

— Твое нижнее белье не должно подходить к моим глазам.

Его ответная ухмылка была дьявольской, и я предупреждающе подняла вилку, все еще держа ее в руке.

— Что бы ты ни собирался сказать, даже не начинай. Или мне придется использовать эту вилку, и не в девчачьем, дразнящем смысле, все понятно?

Ксавье поднял руки и медленно попятился.

— Значит, «нет» для этой модели?

Он повернулся, давая мне премиальный вид на его четко очерченные ягодицы и спину. Я схватила стакан воды и сделала несколько отчаянных глотков.

Дальше стало еще хуже. С каждой новой моделью, которую представлял Ксавье, температура в комнате становилась все выше, пока я не пожалела об отсутствии ежедневных прокладок для моих подмышек, которые могли бы предотвратить еще один неприятный инцидент с пятнами от пота.

— О, это моя любимая, — крикнул Ксавье и рассмеялся.

Я взгромоздилась на табурет, упершись локтями в кухонный островок, засовывая в рот один за другим кусочки авокадо и цыпленка, и чуть не задохнулась, когда в поле зрения снова появился Ксавье в модели, поддерживающей только его гениталии, даже близко не транки[22]. И это не слипы[23], даже этот термин не описывал ее. Ярко-фиолетовая ткань почти ничего не скрывала.

Я закашлялась. Улыбка босса еще стала шире, а потом он повернулся, и я была совершенно уверена, что мои ноги подкосились бы, если бы уже не сидела. Это был какой-то вид тонг[24] с двумя странными веревочками под ягодицами, подчеркивающими идеальную форму задницы Ксавье. Он снова повернулся ко мне.

— Ну как?

Мало. Все здравые мысли вылетели у меня из головы. Моя голова была в нескольких шагах от срабатывания пожарной сигнализации. Я медленно села, пытаясь сформулировать четкий ответ, несмотря на ухмылку Ксавье.

— Что это такое?

— Джоки[25]. Никогда не видела эту модель?

— До тебя я практически не общалась с качками, — пробормотала я, изо всех сил стараясь не смотреть на то, как эти трусы-джоки акцентировала внимание на Ксавье. Но было действительно очень трудно не бросать случайные взгляды, потому что этот мужчина был не только вне конкуренции, у него также были все основания быть дерзким.

Ксавье наслаждался этим слишком сильно. Держу пари, он не стал бы примерять все до единой модели нижнего белья, если бы не моя реакция.

— «Да» или «нет», Эви?

— Честно говоря, думаю, что девяносто девять и девять десятых процента мужского населения вообще не должны такое носить.

Ксавье подошел ко мне ближе. Неужели у этого человека нет никакого стыда?

— А я должен?

— Боже, нет, — сказала я, заставляя себя твердо смотреть на его раздражающе дерзкое лицо. Конечно, причина, по которой Ксавье не следовало носить джоки, была совершенно другой. Мне и так с трудом удавалось сохранить последние остатки рассудка, потому что видеть его в брифах лейбла «Кельвин Кляйн» было уже плохо, но это?

— А почему «нет»? Поделись своими мыслями со мной. — Он скрестил руки на груди.

— Не думаю, что парни выглядят в них мужественно.

На самом деле я считала, что если Ксавье в ближайшее время не наденет что-то посущественнее, чем джоки, то пункт о неразглашении принесет свою пользу.

— Конечно. Именно по этому, — сказал Ксавье и повернулся, чтобы подняться наверх. Точно не уверена, но мне показалось, что он напряг свои ягодицы, чтобы продолжить шоу.

— Осталось только одна модель, — сообщил он пару минут спустя.

— Если в ней еще меньше ткани, чем в джоки, то ухожу. И я тебя предупредила, Ксавье, — выкрикнула я.

Его ответный смешок заставил меня глупо улыбнуться. К моему облегчению или разочарованию — сложно было определить сразу — последняя модель была еще одним видом транков с заниженной талией, но с рисунком красных губ.

— Это мой любимый рисунок, — объявил он, стоя на последней ступеньке.

— Почему? — подозрительно спросила я.

— Мне нравятся губы на моем хозяйстве, — сказал он, подходя и садясь на табурет рядом со мной.

— Ну конечно.

Ксавье посмотрел на свой салат, а потом на мой.

— Где твоя курица и авокадо?

— Шоу заставило меня проголодаться, — сказала я, не подумав.

Выражение лица Ксавье заставило меня поднять вилку и ткнуть его в бок.

Я прищурилась.

— Последнее предупреждение.

— Не собирался ничего говорить, — возразил он, потирая бок.

— А судя по выражению лица — да.

Остаток дня мы провели, просматривая несколько вопросов для интервью для интернет-журналов и Международного совета регби[26], а также разбирая несколько писем фанатов, которые требовали более тщательного ответа.

Было уже почти семь, когда я взглянула на часы.

— Уже слишком поздно.

Ксавье оторвался от последнего письма поклонника. К счастью, он успел переодеться в джинсы и серую рубашку.

— Почему бы тебе не принять участие в обещанном киномарафоне про Человека-паука?

Я нахмурилась. Мне очень понравилась эта идея, но после дефиле полуголого Ксавье, больше не была уверена, что моей безопасности ничто не угрожает. Не будь смешной, Эви.

Даже если великолепное тело босса и вызывало у меня всевозможные фантазии, то мое тело определенно не производило на него такого эффекта. За месяц работы ассистентом, видела его с двадцатью женщинами, и все они были высокими, худыми, подтянутыми и потрясающе красивыми. Даже если бы я предстала перед Ксавье обнаженной, то и это не заставило бы его пульс участиться. — Почему бы и нет, — согласилась я.

На лице Ксавье промелькнуло удивление, и он улыбнулся. Не дерзкой, вызывающей, высокомерной улыбкой, а по-настоящему. Я никогда раньше не видела такой искренней улыбки на его лице, и мой пульс удвоился.

— Поскольку завтра у меня нет тренировок, почему бы нам не побаловать себя ребрышками и картошкой фри из моего любимого фастфуда? — спросил Ксавье, вставая с барного стула, чтобы взять телефон и меню на вынос.

— Звучит превосходно, — согласилась я.

После того, как Ксавье сделал заказ, он открыл холодильник и достал две бутылки пива, которые не были похожи на низкоуглеводную воду, которую он считал пивом. — У меня наготове несколько сортов крафтового пива.

Я спрыгнула с табурета и сильно удивившись, встала рядом.

— Ты же не знал, что я соглашусь сегодня остаться.

Он пожал плечами.

— Мы все время работаем дома допоздна, так что можем позволить себе выпить пива, которое тебе нравится.

Я моргнула, глядя на него, но он отвел глаза и слегка нахмурился. Исследовав содержимое холодильник, я обнаружила пивные бутылки разных размеров и форм. Все — крафтовое пиво.

— Так что лучше подойдет к ребрышкам? — спросила я.

Босс поднял две бутылки.

— Крепкий овсяный стаут[27] из пивоварни, которую мы с Марком недавно посетили. Там продают его в небольшом магазинчике крафтового пива в Роксе.

Он открыл бутылки и, протянув одну мне, слегка прикоснулся своей.