Кора Рейли – Связанные местью (страница 4)
Теперь я поняла, почему мои родители и даже друзья, были так напуганы, когда говорили о нем. Даже издалека от его пристального взгляда у меня чуть не подогнулись колени.
Однако мое сердце забилось быстрее не только от страха, но и от чувства, близкого к возбуждению. Все равно что наблюдать за тигром через стекло вольера и восхищаться его силой. Только здесь не было никакого стекла или иного барьера, и единственное, что удерживало его от нападения, это необходимость соблюдать социальные нормы. Поводок, на котором его держал Фальконе, был не осязаем. Его нельзя было увидеть, но он был на месте.
Мне было интересно, что творится у него в голове. Что он ощущал, находясь в окружении людей, с которыми у него не было почти ничего общего? Он был частью нашего мира, и в то же время казался белой вороной. Он был человеком, который прячется в тени, поскольку никто не желал видеть его при свете дня. Когда я поняла, что слишком долго наблюдаю за ним, то отвела взгляд, но даже это не смогло унять мой бешеный пульс. Не была уверена, когда в последний раз чувствовала себя такой… живой. Моя жизнь всегда шла по четко определенному плану, но сегодняшний вечер был похож на приключение.
– О боже, это было жутко! – прошептала Анастасия. – Ему следовало оставаться в той дыре, из которой он вылез.
Я же не могла вымолвить и слова. Мой язык, казалось, прилип к небу.
– Он все еще смотрит? – поинтересовалась я наконец, а сама при этом сосредоточилась на пузырьках шампанского в бокале.
– Нет, он ушел, – произнесла Анастасия с еле скрываемым облегчением. – Не могу поверить, что он явился сюда. Такие люди, как он, должны оставаться среди себе подобных, а не притворяться, что он один из нас.
Я метнула взгляд на угол, где он раньше стоял, но, как и сказала Анастасия, он исчез. По какой-то причине я нервничала из-за того, что не знала, куда он делся. Он был одним из тех людей, которых вам бы хотелось держать в поле зрения из страха, что они могут подкрасться к вам незаметно. И я могла бы поклясться, что все еще ощущала кожей его пристальный взгляд. Я вздрогнула. Паранойя была мне, как правило, не свойственна.
Я огляделась по сторонам, но его нигде не было видно. Попыталась избавиться от нелепого ощущения, что за мной следят. Мне было не выгодно вести себя сейчас как параноик. Если я опозорюсь, то пройдет немало времени прежде, чем меня снова пригласят на подобное мероприятие. Или, что еще хуже, Козимо может решить, что я не подхожу ему в жены. Мать с отцом никогда не простили бы меня, если бы такое вдруг произошло.
– Смотрите, кто к нам идет, – пробубнила Триш себе под нос, и на какой-то нелепый момент, от которого у меня чуть было не остановилось сердце, я действительно подумала, что это может быть Гроул.
Повернулась посмотреть, о ком она говорит, и почувствовала, как жар прилил к моим щекам. Козимо направлялся в нашу сторону. На нем был двубортный костюм серого цвета. Его темно-русые волосы были зачесаны назад, на носу красовались очки в тонкой оправе.
– Он похож на брокера, – тихо прокомментировала Триш.
Он занимался финансовыми вопросами Фальконе, так что ее сравнение было не так уж и далеко от правды. Костюм сидел на нем как влитой. Я никогда не видела, чтобы он носил что-то другое, кроме костюма. Тем острее его образ контрастировал с образом человека, за которым я шпионила всего пару секунд тому назад.
Триш и Анастасия сделали шаг в сторону, прижимаясь друг к другу и притворяясь, что дают нам с Козимо немного личного пространства, что, конечно же, было лишь притворством, так как я понимала, что они будут подслушивать, запоминая каждое сказанное нами слово.
Сомневалась, что они посмеют использовать их против меня. В конце концов, они были моими подругами, но рисковать мне не хотелось.
Козимо остановился гораздо ближе, чем следовало, взял мою ладонь и поднес к губам. Я чуть было не закатила глаза от этого жеста, хотя какая-то часть меня упивалась тем, что Триш и Анастасия обменялись оценивающими взглядами.
– Могу я пригласить тебя на танец? – спросил он ровным и спокойным голосом. Тон его голоса был всегда одинаковым, как и весь его хорошо продуманный образ в дорогом деловом костюме. Триш однажды сравнила Козимо с хорошо смазанной машиной. Сравнение подходило ему идеально. Он бросил взгляд в сторону моих подруг, но не произнес ни слова. Я чувствовала себя скованно. У меня было странное ощущение, что если я сейчас излишне эмоционально буду реагировать на жениха, то Анастасия разозлится. Иногда я понятия не имела, что, черт возьми, с ней происходит.
Я позволила ему увести меня в сторону танцпола, осознавая, что мои подруги с плохо скрываемым любопытством следят за нами. А наблюдали за нами не только они. Мои родители также пристально следили за нами. Я буквально съежилась под силой их пристального внимания, прикованного к нам.
Когда мы танцевали, стоя близко друг к другу, я ожидала некоторого трепета, учащенного пульса, но ничего из этого не было. Козимо, естественно, не выглядел так, словно безумно влюблен в меня. Конечно для заключения брака любовь не обязательное условие, но ее наличие не помешало бы.
Козимо попытался завязать разговор. Погода, комплимент по поводу моего платья, в общем все то, что, по его мнению, могло бы меня заинтересовать. Но мне было скучно все это слушать.
Мои подруги все еще наблюдали за Козимо и мной. Хотя «наблюдать» было не совсем подходящим словом в случае с Анастасией. Видели бы вы тот взгляд, которым она одарила меня! Я и вправду надеялась, что она поскорее найдет себе подходящую пару. Зная ее характер, она, вероятно, просто разозлилась, что в кои-то веки я оказался на шаг впереди. Хотя я бы не возражала, если бы мой отец потратил больше времени, чтобы найти для меня более подходящую пару. Я перевела взгляд с нахмуренного лица своей подруги в тот угол, где раньше стоял Гроул. Он все еще не вернулся.
– Мы с подругами заметили здесь одного парня, – заговорила я, прервав Козимо. – Подруги сказали, что его зовут Гроул. Он выглядел…
Но мне не дали договорить. Козимо еще сильнее сжал мою талию.
– Ему следовало бы оставаться там, где ему самое место, – произнес он очень резко, чем очень удивил меня. А затем он ободряюще посмотрел на меня. – Не волнуйся. Ты в безопасности. Он прекрасно понимает, что ему запрещено приближаться к таким женщинам, как ты.
Я открыла рот, чтобы задать еще несколько вопросов, но Козимо покачал головой.
– Давай поговорим о чем-нибудь другом.
В тот момент не хотелось больше ни о чем говорить, поэтому я позволила Козимо вести бессмысленную светскую беседу. Тем не менее, я осмотрела зал в поисках Гроула.
Козимо отвел меня обратно к подругам, и мы с Анастасией переглянулись. Ее хмурый взгляд, очевидно, тоже не ускользнул от его внимания. Будь я чуточку храбрее, я бы спросила у нее прямо, в чем проблема. Но мне не хотелось устраивать скандал на моей первой вечеринке.
Козимо извинился и направился к группе мужчин, среди которых был и Фальконе. Триш протянула мне очередной бокал шампанского.
– Как это было?
– Хорошо, – машинально ответила я, не желая признавать тот факт, что мне было глубоко фиолетово на моего будущего жениха.
– Вы мило смотрелись вместе, – слащаво пропела Анастасия. Удивление захлестнуло меня, и я сразу почувствовала, что расслабляюсь. Очевидно, Анастасия поняла, что у нее нет причин ревновать Козимо ко мне. Наконец-то пришло время насладиться вечеринкой.
Глава вторая
КАРА
Я заблудилась. Три бокала шампанского опьянили меня, и я плохо ориентировалась в пространстве. Этот дом был настоящим лабиринтом. Вряд ли здесь можно было чувствовать себя комфортно. По крайней мере, я не могла себе представить, что когда-нибудь буду чувствовать себя комфортно в месте, подобном этому. Но, возможно, портреты Фальконе почти в натуральную величину тоже играли здесь не последнюю роль. Взгляд его холодных глаз, казалось, следил за мной, куда бы я не пошла.
Я нащупала в сумочке свой мобильный и вытащила его, но заколебалась. Было ли уместно звонить Анастасии или Триш, чтобы сказать им о том, что я заблудилась в поисках уборной? Они бы даже не дослушали меня. Атмосфера между нами все равно была напряженной после моего танца с Козимо. Не стоит давать им повод для раздражения.
Не в первый раз я пожалела о том, что со мной рядом нет Талии. Вместе мы бы посмеялись над ситуацией, она бы еще долго дразнила меня, но беззлобно. Она не стала бы использовать это против меня, сплетничая с кем-нибудь.
Я замерла, с внезапным ужасом осознав, что не доверяю даже двум своим лучшим подругам. Я покачала головой. Таков был мир, в котором я жила. «Нельзя доверять людям, даже тех, кого ты зовешь друзьями» – вот, что всегда говорил отец. Я никогда не хотела ему верить. Я положила телефон обратно в сумочку. Ни за что не собиралась сейчас звонить кому-либо.
О матери все равно не могло быть и речи. О Козимо тем более. Он был для меня все равно что незнакомец. И у меня было ощущение, что так будет вплоть до дня нашей свадьбы и, возможно, еще очень долгое время после.
С тихим вздохом я пошла дальше. В какой-то момент я бы точно наткнулась на что-то, что указало мне путь обратно на вечеринку.