Кора Рейли – Извращенные узы (страница 5)

Как и Нино, он безоговорочно доверял старшему брату. Я хмыкнула, желая разделять их убежденность.

– Хотелось бы пройти на кухню, если мне это по-прежнему позволено.

Савио отступил после минутного колебания, и я прошла мимо него в направлении кухни, но он весь путь следовал за мной, словно назойливая тень.

Я свирепо посмотрела на него.

– Неужели и я теперь пленница в этом доме?

Савио поднял ладони в защитном жесте.

– Это игра Римо, а не моя. Поговори с ним, если тебе не нравится то, что происходит.

Он улыбнулся с таким видом, будто был уверен, что я никогда этого не сделаю. Впрочем, возможно, надменная ухмылка была его своеобразной защитой. Все они носили разные маски: Нино – безэмоциональность, Римо – гнев, а Савио – высокомерие. Мне пока не удалось определить маску Адамо, но он тоже носил свою, не сомневаюсь.

Я развернулась на пятках и направилась в кухню, размышляя о том, каким образом эти коварные Фальконе умудрялись с каждым днем все больше проникать в мое сердце.

Быстро позавтракав, я отправилась в библиотеку, стараясь не обращать внимания на Савио, прислонившегося к двери в подвал и что-то набирающего на телефоне. Я не собиралась проводить весь день в спальне, пока Римо играл в похитителя, а еще никак не могла перестать думать о Серафине.

Я лежала на диване, когда вошел Нино. Как только я увидела его затравленный взгляд, то сразу поняла, что что-то пошло не так. Отбросив книгу, вскочила на ноги и поспешила к мужу, пытаясь подавить все нарастающее беспокойство.

– Ты в порядке?

Нино обхватил мое лицо и крепко поцеловал, застав меня врасплох. Тело ожило, отвечая на его поцелуй, пока тот не стал еще более горячим, даже чересчур. Я с трудом оторвалась от него, тряхнув головой, хотя мое тело трепетало от желания.

– Расскажи мне, что случилось.

Нино опустил взгляд на свои запястья, где оставались шрамы, и нахмурился, а в его глазах промелькнули боль и печаль, прежде чем холодное равнодушие стерло их без следа.

– Римо провел прямой эфир для семьи Кавалларо с участием Серафины, но ее выбор оказался не таким, как он предполагал.

В его голосе не было эмоций, одно лишь ужасающее спокойствие.

Я отпрянула от него.

– Только не говори мне, что он предоставил Серафине тот выбор, о котором я думаю?

Мои внутренности сжались, напрягаясь все сильнее и сильнее с каждым мгновением. Нино продолжал смотреть на меня с невозмутимым выражением лица.

– Римо пытается использовать игры разума, но у Серафины очень сильная воля. Она выбрала боль, заставив его действовать прямо на глазах у Кавалларо.

Его взгляд снова метнулся к шрамам на руках.

– Серафина предпочла запястье для пореза… она…

– Римо ранил ее? – Я отступила еще на шаг и отвернулась. –  Мне все это надоело. Я поговорю с ним. Кто-то должен это сделать.

Произнеся это, я бросилась к двери, чтобы разобраться с Римо, но Нино обхватил меня сзади за талию и крепко прижал к себе.

Сначала Савио, а теперь он.

Меня захлестнули гнев и разочарование, но в еще большей степени – ощущение беспомощности.

– Отпусти меня.

– Только если ты пообещаешь не ходить к моему брату.

Я продолжила извиваться в его хватке.

– Пусти.

– Нет, – твердо сказал он.

Извернувшись, я взглянула на мужа через плечо, даже не пытаясь скрыть обиду.

– Ты обещал никогда не использовать свою физическую силу против меня.

Его руки слегка ослабли, но не настолько, чтобы я смогла выскользнуть из них, а голос выражал огорчение, когда Нино произнес:

– Я лишь защищаю тебя и никогда не использую свою силу с целью причинить тебе боль, клянусь! – Он поцеловал меня в макушку. –  Не сравнивай меня со своим дядей.

В его голосе прозвучала нотка ранимости, которая так изумила меня, что я быстро развернулась к нему, чтобы внимательно посмотреть на его лицо. Оно было бесстрастным, а вот его глаза – нет.

– Не в этом дело, – ответила я. – Я не боюсь ни тебя, ни того, что ты удерживаешь меня, но это заставляет меня чувствовать себя беспомощной. Ненавижу ощущать себя так.

– Твоя защита – мой главный приоритет, и я готов стерпеть то, что ты будешь испытывать неудобство, если это послужит основной цели.

Я вздохнула. Мне не хотелось ссориться с мужем. К тому же в его словах был смысл.

– Где она? – спросила я у Нино, который следовал за мной по пятам, пока мы направлялись в крыло Римо. Мой пульс все еще не успокоился после стычки с нашим Доном, но я была рада, что мне удалось уговорить его разрешить мне навестить Серафину.

Нино указал на дверь справа от нас и остановил меня, прежде чем я успела войти.

– Будь осторожна. Люди, загнанные в угол, могут представлять опасность.

– Не волнуйся. Все будет хорошо.

– Я знаю.

Он сказал это так, что я невольно напряглась, потому что его голос источал ледяную уверенность.

Я постучала и, когда в ответ не раздалось ни звука протеста, повернула ключ и вошла внутрь.

Серафина лежала на кровати, и в ее глазах вспыхнуло удивление при моем появлении. Она была ангельски красива: с длинными белокурыми волосами, голубыми глазами и светлой кожей.

– Киара Витиелло, – произнесла она.

Когда мое имя прозвучало из ее уст, я словно услышала все те истории, которые ей рассказывали обо мне. Вне всякого сомнения, люди шептались о кровавой свадьбе: о том, что совершили Римо и Нино, и о причине их поступка.

– Теперь Киара Фальконе, но да, это я.

Нино стоял за моей спиной, словно в любой момент ожидая нападения. Его беспокойство одновременно согревало сердце и раздражало. Я сомневалась, что Серафина станет разговаривать со мной, пока он находится рядом. У нее не было причин доверять мне, но причин не доверять ему и его братьям у нее было еще больше.

Я обратилась к мужу:

– Тебе не обязательно оставаться. Мы с Серафиной просто поговорим. Она не представляет для меня угрозы.

Но Нино даже не посмотрел на меня, его пристальный взгляд был устремлен только на пленницу.

– Я останусь.

После чего он закрыл за собой дверь и прислонился к стене, наблюдая за происходящим.

– Если ты хоть на шаг подойдешь к моей жене, последствия будут печальными.

Как он мог сказать ей такое?

Я смущенно улыбнулась Серафине, после чего приблизилась к мужу и прижала ладони к его груди. Он опустил взгляд на меня, но в его глазах все еще читалась суровость.

– Она ни в чем не повинная девушка, Нино. Ты не должен угрожать ей и уж тем более причинять боль.

Выражение его лица оставалось жестким.

– Мне все равно, кто она – женщина или мужчина, невинна или нет. Если она будет представлять для тебя опасность, я причиню ей столько боли, сколько потребуется, чтобы она отказалась от этой идеи.

Я сглотнула, услышав его слова. Когда Нино находился рядом со мной, было очень легко забыть о том, на что он способен. Для меня мой муж был предельно любящим и нежным, но не для других.

– Не хочу, чтобы ты причинял ей боль.