Константин Зубов – Да здравствует магия! – 2 (страница 11)

— Моя группа, на выход! — скомандовал фроловец Степан.

— Моя группа тоже! — крикнул Шаповал, после чего кивнул мне, мол, давай отойдём.

Мы отошли к стене пещеры, и староста Северово сильно понизил голос.

— Я думаю, что небольшой части мой группы надо остаться с вами.

— Зачем? — спросил я, стараясь выглядеть максимально расслабленно. — Говорю же, эта пещера будто под меня сделана. Тут и четырнадцать человек много.

— Тут много, — зашептал Шаповал. — Но, может, в другом месте пригодятся. Подстрахуют… тем более что в других пещерах тоже ничего сложного, и много людей там не нужно.

Чёрт… это намёк такой? Или у меня паранойя?

— Слушай, Матвей, мы же заранее всё решили. — Я добавил в голос строгости. — Я люблю, когда все чётко и договорённости соблюдаются. К тому же в каждой команде должен быть сильный лидер, вспомни, что с Гавром случилось. Ты нужен им, тем более со мной сильная команда.

— Я вижу. — Шаповал обернулся и осмотрел нашу группу. — Ладно.

Он резко развернулся и поспешил за своими.

— Что он хотел? — спросил Максим, когда мы остались одни.

— Да я не понял, если честно. — Я задумчиво провёл рукой по волосам. — Мне показалось, он знает, что мы задумали, и хочет с нами.

— Вообще-то, он бы пригодился. — Снегирь отбросил копьём маленький камушек. — Мы с ним уже пять этажей зачистили, и мне кажется, он нормальный мужик.

— Тем более, что ты сына его спас, — поддержал капитана Петя. — Вон Женя хоть и афонинец, тоже по-настоящему плохого про него ничего сказать не может.

— Даже хорошее могу, — кивнул Женя. — Говорят, он из органов ушёл, потому что отказался графа отмазать и деньги с него не взял.

— То есть на убийство аристократа вы мне предлагаете взять неподкупного полицейского? — Я рассмеялся. — В любом случае уже поздно, да и один он погоды не сделает, а других мы не знаем. Всё, давайте за дело, времени…

— Эй, Миш!

Я резко обернулся и увидел, что от входа к нам быстро шагают Шаповал и ещё двое парней. Высокий и темноволосый лет восемнадцати сегодня первым из деревенских зажёг пламя, а русый крепыш лет двадцати трёх сильно смахивал на самого старосту Северово.

— А может, и не поздно ещё, — шепнул мне Снегирь.

— Слушаю. — Я наклонил голову.

— Я не слепой, Миш, — задрав подбородок, проговорил Шаповал. — И не тупой. Я видел, как вы вчера переглядывались, как ушли все вместе. Как машины одни и те же мимо туда-сюда ездят уже второй день. Специально, чтобы в этом убедиться, на воротах сегодня дежурил. Деление на группы сегодня очень интересное получилось, и яма эта будто специально в сторонке. Да и понимаю, что не можешь ты Васнецову это так спустить. Или ты, или он.

— И что?

— А то, что я бывший опер и знаю, как работает полиция. В таком деле, что вы задумали, каждый лишний помощник на вес золота. Ты спас моего сына, вот это его старший брат, Виктор. Это Никита, он магию сколдовал, и он тебе тогда по телефону звонил. Это лучший друг Гавра. За этих ребят я ручаюсь, как за себя. Бери нас в банду.

— Я читал про круговую поруку, — тихо произнёс Петя. — Если они пойдут с нами, считай, все три деревни повяжутся между собой.

— Пацан, между прочим, прав! — с энтузиазмом кивнул Шаповал. — Нет ничего круче кровной связи. Одного ты спас, теперь одного надо убить.

— Тогда надо было Митрича с Ленкой ещё брать, — усмехнулся я и протянул старосте руку. — Договорились. Тогда план расскажем во время зачистки. — Я кинул взгляд на механические часы. — Ладно давайте начинать….

— Миш, — ко мне подошел Никита. — Смотри, что я нашел.

Парень протянул мне пистолет. Точнее, что-то очень похожее на пистолет, но явно принадлежащее другому миру.

— Игрушка, — констатировал Максим, — ствол квадратный и в нем отверстия нет.

— Обойма тоже не достается, — кивнул Никита. — Ощущение, будто он цельный.

— Я говорю ж, игрушка.

А вот я, вертя в руках странное устройство, не думал, что всё так просто. От него очень сильно фонило смешанной магией, да и тяжеловато оно было для простой безделушки.

— Ух, епт! — воскликнул Шаповал. — Что это было⁈

— Похоже на руны, — пробормотал я, глядя на проступившие на пистолете символы. Появились они ненадолго, и когда я перестал вливать в пистолет магию земли, потухли.

При этом никаких изменений в конструкции не произошло, и неизвестное оружие по-прежнему будто состояло из одного куска сложного сплава.

— Ладно, разберемся с этим позже, — решил я, убирая находку в рюкзак. — Давайте начинать уже. Делаем всё быстро, и не бойтесь рисковать, если сильно не подставитесь, то вылечу.

— Машина чистая? — спросил Шаповал, закидывая в огромный кузов самосвала очередную лопату сырой глины.

— Чище не бывает, — кивнул Снегирь, надевая перчатки. — Сам угнал и для себя держал. Точнее, нашёл как-то месяца два назад в одной из деревень и спрятал в надёжном месте.

— Зачем тебе такая махина? — удивился выгрузивший тачку глины Петя.

— Да случаи разные бывают, — неопределённо пожал плечами капитан. — Увидел тогда и думаю, а вдруг пригодится… и пригодилась! И легковушки тоже пригодились… Ладно, кто устал? Кого сменить?

— Меня пока смени! — Я передал Снегирю лопату, а сам отошёл в сторонку и сел на траву.

Небольшой перерыв мне был необходим. Оранжевое солнце уже коснулось горизонта, и, оглядываясь на сегодняшний день, я поражался, сколько мы всего сделали.

Активная фаза началась в два часа дня, когда мы приехали к первой яме. В пять наш отряд остался в третьей аномалии. В следующие пять часов мы поставили рекорд по скорости.

Сначала в восемнадцать рыл положили просто дикое количество тварей и под завязку забили ими наши шесть машин. Правда, каменных големов взяли не всех, они были тяжёлыми, да и не поместились бы.

Потом мы проехали двадцать километров и оставили машины в лесу под охранной Вовы, а сами переоделись и ломанулись сквозь этот самый лес.

Пять километров меньше чем за час — очень неплохой показатель с учётом местности.

На опушке леса мы оставили Леру, дальше, очень плотно набившись в три машины, поехали к самосвалу, и вот сейчас уже второй час грузили его глиной.

На данном этапе мы сделали всё, что от нас зависело. Оставалось надеяться, что именно сегодня Васнецов не решит вдруг поменять свой распорядок дня. Впрочем, и это не так критично. Теперь, когда нас восемнадцать, мы можем повторить всё и завтра. Тем более что машину грузить больше не понадобится.

Я достал из рюкзака найденный в яме пистолет и принялся экспериментировать, пропуская через него потоки разной энергии.

Каждый раз на оружии загорались новые руны, будто бы я открывал часть мозаики, но потом они снова гасли. Пистолет пока не хотел открывать свою тайну, но я чувствовал, что на верном пути.

Развлекался я минут пятнадцать, а после сменил Петю и принялся возить глину.

— Да расслабься, барон, только полдвенадцатого. — Снегирь ухмыльнулся. — Хочешь, я за руль сяду?

— Нет, это дело принципа. — Я провёл ладонями по огромному рулевому колесу самосвала. — Мне доводилось водить примерно такие штуки.

Более того, в молодости я участвовал в гонках на огромных грузовиках и неделями пробирался через пески бесконечной пустыни. Разумеется, в обычной жизни ручных коробок передач в моём мире давно не было, как и в целом водителей, но все развлекаются по-разному, и одним из моих хобби были именно гонки на таких монстрах.

— Пока чисто! — проговорила рация голосом Леры. — Как слышно?

— Понял тебя, — отозвался я и снова положил рацию рядом.

— Ты как-то спросил, зачем мне это надо, — снова заговорил необычно многословный для себя Снегирь. — Если интересно, могу сейчас ответить.

— Интересно, конечно. — Я с любопытством посмотрел на спутника.

— Ты на брата моего старшего похож, — после паузы тихо пояснил капитан. — Он первым в полицию пошёл, а я через три года после него… Он вообще отбитый был, отделом в двадцать пять лет руководил, в двадцать шесть начальника своего участка убил. За дело, конечно. Тогда война как раз была со шведами, тот воровал как не в себя и сам к Саньке со стволом пришёл. Оправдали и наградили. А в тридцать один его убили… Хрен знает, как объяснить, но я смотрю на тебя и его вижу… взгляд тот же, будто ты мои мысли читаешь.

— Ясно, — пробормотал я, не зная, как реагировать на откровения подчинённого. — Ну как, не пожалел ещё, что присоединился ко мне?

— Шутишь? — Снегирь рассмеялся. — Больше всего во время работы в полиции меня бесило, что постоянно приходится закрывать глаза на то, что творят аристо. Нет, если они берега совсем путали, то из Рязани приезжали серьёзные люди и разбирались. Но по мелочи они реально задрали! Васнецов этот, кстати, тоже. И сейчас мы с тобой его ждём! Это же мечта и…

— Проехали! — закричала рация. — Как слышно? Они проехали!

— Слышу! — отозвался я и схватил рычаг переключения передач. — Погнали!

— Первый второму! — проговорил забравший у меня рацию Снегирь. — Объект зафиксирован.

— Понял тебя, первый! — подтвердил Макс. — Если что, там на кухне под линолеумом под холодильником нычка моя. Потратьте на патроны!