Константин Жиляков – Блатной король. Колючая лирика (страница 10)
В даль уносит, в даль, мечта моя – краса,
За озера, за запретку, за заборы вдаль,
За дороги, за дремучие леса.
Ладога, ах Ладога,
Жизни моей пропасть,
Мы с тобою надолго, и этап не мой,
Ладога, ах Ладога,
Одиночки гордость,
Ладожское Озеро песню воли спой.
Без крестов здесь равнины, погосты, поля,
Я с рассветом столкнусь золоченым,
Окропит губы мне ледяная роса,
Это боль, это плачь заключенных.
С чистой совестью
На волю с чистой совестью, я много лет готовился,
Вышел весенним утречком под солнышком лучи,
И в первом ларьке водочки, хлебну я прям из горлышка,
Товарищи родные вам поклон мой от души.
Иду проспектом стареньким, забытый, ну и ладненько,
И старых мест уж не узнать, и той эпохи нет,
Летела жизнь и билась, где родился и вырос я,
И где на этих улицах я не был много лет.
Застольная – песня длинная,
Песня вольная, не режимная,
Погоди чуток, я не вспоминал,
Все ништяк браток – кончен криминал.
На воле, эх раздольице, иду-бреду околицей,
И хлебный мякиш покрошу я сизым голубям,
Старушки на скамеечке, щебечут, точат семечки,
Молоденькие школьницы спешат к своим парням.
Хрущевки, дальше сталинки, присяду на завалинке,
Подъезды, комунналочки, то самое крыльцо,
Где пели на гитаре, Круга мы с пацанами,
И красненькое втайне распивали от отца.
Застольная – песня добрая,
Песня вечная, да шансонная,
Погоди чуток, я не вспоминал,
Все ништяк браток – кончен криминал.
Народ везде тусуется, куда не глянь по улицам,
Гуляют жизни радуются и им же невдомек,
Что лишь вчера хозяин, мне ксиву накрахмалил,
А вохровец усатый сказал, что вышел срок.
Застольная – песня дальняя,
Народная, да кандальная,
Погоди чуток, я не вспоминал,
Все ништяк браток – кончен криминал.
Клетка
Посадили в клетку вора,
Молодого пацана,
Видно не было резона,
Судьба карты так сдала.
Судьба – девочка лихая,
Закрутила, занесла,
За 101 километр
Увозили мусора.
Клетка, клетка, малолетка,
Ветки бьются по стеклу,
Автозак подбросит спехом,
Из СИЗО до ИТУ.
Клетка, клетка, малолетка,
Зарешетчатая жизнь,
А ведь сроку дали столько,
Сколько сам еще прожил.
Посадили за разбои,
За мокруху и грабеж, 
