Константин Зайцев – Танцор Ветра (страница 16)

Рядом с табличкой лежал бумажный цветок лотоса. Такие приносят в дар усопшим желая им хорошего посмертия. Тонкая, почти прозрачная бумага, но прочная на ощупь, явно очень дорогая. Лепестки были белые как снег, но по краям — черная кайма, будто благородный цветок носил траурную вуаль. На некоторых лепестках были изображены капли крови — настолько искусно, что казалось, будто они вот-вот упадут. В центре цветка, идеально выведенный, был иероглиф — «клятва».

Я замер, рассматривая цветок. Кто-то оставил его здесь. Кто-то, кто знал наставника и очень его ценил. И этот кто-то был из ученых или аристократов. И судя по этому цветку этот кто-то дал клятву наставнику.

Глубоко вздохнув я начал вспоминать язык цветов и символов, которому меня обучил наставник.

Белый лотос символизирует чистоту, духовное просветление и возрождение, но так же траур и утрату. Чёрная кайма, подчеркивает скорбь. Глубокую как море, оставившую незажившую рану в душе. Кровавые капли — символ готовности пролить кровь во имя мести.

Если я правильно прочитал знаки, то кто-то дал клятву отомстить за смерть моего наставника и его скорбь настолько глубока, что он готов платить кровавую цену за исполнение этой клятвы. Возможно у меня есть потенциальный союзник, о котором я ничего не знаю.

Я положил цветок обратно на алтарь и опустился на колени.

— Учитель, — тихо произнёс я, — я вернулся.

Я закрыл глаза, но перед внутренним взором встал его образ: седая борода, острый взгляд, полная мудрости усмешка.

— Ты учил меня, что смерть — это лишь переход. Но я не могу принять, что тебя больше нет. Ты был для меня больше, чем наставник. Ты был отцом, которого у меня никогда не было.

Я взял чашу с рисом и поставил её перед табличкой. Затем зажёг свечу, и её свет замерцал в полумраке комнаты.

— Я принес тебе подношения, — сказал я. — Рис, чтобы ты не голодал в мире духов. Цветы, чтобы напомнить тебе о красоте этого мира. И благовония, чтобы твой дух нашёл покой.

Я поклонился, касаясь лбом пола. Когда поднялся, в глазах стояли слезы, но я смахнул их.

— Ты всегда говорил, что справедливость — это не просто слово. Это действие. И я клянусь тебе, учитель, что найду тех, кто лишил тебя жизни. Я узнаю, кто стоит за этим, и они ответят за то, что сделали.

Я сжал кулаки, чувствуя, как гнев и боль сжимают грудь.

— Я не знаю, сколько времени это займёт. Не знаю, сколько крови придется пролить. Но я не остановлюсь, пока не узнаю правду. Ты научил меня быть тенью, но теперь я стану мечом несущим справедливое воздаяние.

Я снова поклонился, на этот раз глубже. Когда поднялся, в комнате стало тихо, только дым благовоний продолжал виться в воздухе.

— Спи спокойно, учитель. Твоё дело не закончено. Я продолжу его.

Я задержался на мгновение, глядя на табличку и бумажный цветок.

С чего начинать?

Кто-то был в моём доме. Кто-то кому был очень дорог наставник, но куда важнее то, что я не знал, кто это был. И может ли он мне быть полезным.

Я погасил свечу и вышел из комнаты.

Переодевшись в повседневную одежду — потёртый кожаный жилет поверх длинной рубахи, лёгкие сапоги, не мешающие двигаться, — я задумался, куда идти дальше. Пока я занимался размышлениями руки, сами собой, убирали ножи под одежду.

Пока было понятно лишь одно: я не могу терять время. Оно играет против меня и мне надо ускориться прекратить играть в догонялки.

Выйдя из дома, я почувствовал, как холодный вечерний воздух обволакивает меня. Ветер словно обнимал меня и говорил, что я не один. Что он со мной и вместе мы можем все. Улицы Нижнего города оживали: где-то слышались крики торговцев, звон монет, смех гуляк. В переулках вспыхивали бумажные фонари, разгоняя тьму, а воздух был насыщен запахами жареного мяса, пряных специй и пролитого вина.

Я направился к переулку, где обычно дежурили бойцы из тонги Луннолицых — банды, контролирующей этот район. Наставник платил им, чтобы за нашим домом всегда был присмотр и теперь мне надо подтвердить эту договоренность.

Возле стены стоял один из бойцов — высокий, с резкими чертами лица и татуировкой полумесяца на лбу. Он курил трубку, но, увидев меня, тут же выпрямился.

— Брат Лао, — кивнул он, выпуская клуб дыма. — Как раз вовремя. У нас есть для тебя информация.

— Говори, — я остановился рядом, мельком осматривая переулок.

Боец перевернул трубку и выбил ее об подошву сапога, явно собираясь с мыслями.

— Уже несколько раз за последние дни кто-то из чужаков пытался проникнуть в твой дом. Не местные, это точно. Мы их спугнули, но, похоже, они не собираются сдаваться.

Я нахмурился.

— Опиши их.

— Одеты хорошо, явно не уличная шелупонь, да она и не сунется грабить дома под нашей защитой. Но у одежды не наш крой, старшие говорили, что подобное носят на островах. Хорошо двигаются, явно знают, как драться, но не привыкли к нашим улицам. Один высокий, лицо чиновника, другой коренастый, со шрамом через глаз. Как только поняли, что за ними следят, сразу исчезли.

А это еще кто? Острова это княжество Чжоу, но они отделились от Империи еще два века назад после череды кровопролитных войн. Зачем им пытаться проникнуть в мой дом? Еще одна загадка на мою голову и как всегда на нее я не вижу ответа.

Я достал из кармана серебряную монету и протянул бойцу.

— Наставник мертв, но я подтверждаю контракт с тонгой.

Боец взял монету, взвесил ее на ладони и тут же спрятал в карман.

— Я сообщу старшим, что контракт продлен. Брат Лао, тут еще момент…— он замялся.

— Говори.

— Минут десять назад, ко мне подошла девушка и сказала, что ждет тебя в чайной неподалёку. Очень красивая. Я медленно повернул голову.

— Как она выглядела?

Боец задумался, почесывая подбородок.

— Высокая, очень стройная. Волосы чёрные, заплетены в сложную косу. Глаза тёмные, но с холодным блеском. Одежда — дорогой шёлк, расшитый золотом. И ещё… — он усмехнулся, — у неё нож за поясом. Не для украшения, а настоящий и судя по движениям она им умеет пользоваться.

Мне захотелось выругаться!

Мэй Лин нашла меня!

А еще кто-то пытался пробраться в мой дом. Не похоже на простое совпадение.

— Спасибо, за информацию

— Будь аккуратнее, брат Лао. И помни на этих улицах ты свой, в отличие от тех кто тебя ищет. — Я вежливо поклонился. Последние слова явно были не его, слишком четкая мысль для уличного бойца, похоже хозяйка Сада девяти врат уже знает о моем новом статусе и передает послание.

Я толкнул дверь чайной, и теплый воздух, наполненный ароматами свежезаваренного чая, жареных орехов и сладких пирожков, обнял меня. Чайная была не очень большой, но уютной и красивой. Стены из темного дерева украшали свитки с изящной каллиграфией, а на полках стояли керамические чайники и чашки, расписанные тонкими узорами. В центре комнаты горел небольшой очаг, над которым висел медный котел с кипящей водой. За низкими столиками сидели посетители — кто-то вел тихие беседы, кто-то играл в кости, а кто-то просто наслаждался покоем.

Это место было одним из любимых у моего наставника. Он часто приходил сюда после долгих дней тренировок или заданий, чтобы выпить чаю и поговорить с хозяином, старым другом. Я тоже полюбил эту чайную за ее спокойствие и тепло.

Едва я сделал шаг внутрь, как ко мне подошла знакомая служанка. Она была совсем юной, но уже давно работала здесь, и ее улыбка всегда казалась искренней.

— Фэн Лао! — воскликнула она, слегка кланяясь. — Давно тебя не было. Как поживаешь?

— Все хорошо, — ответил я, улыбаясь в ответ. — Спасибо, что помнишь. Меня ждут. Девушка.

Она кивнула, понимающе улыбнулась и жестом пригласила следовать за ней.

— Она в углу, за тем столиком. Красивая, как небесная два. И, кажется, ждет только тебя.

Я последовал за ней, чувствуя, как сердце начинает биться чуть быстрее. Чайная была не такой уж большой, но каждый шаг казался долгим. Наконец, Сяо Лань остановилась у столика в дальнем углу, за которым сидела Мэй Лин.

Она была одета как зажиточная торговка или не очень богатая аристократка: шелковое платье глубокого синего цвета, расшитое серебряными узорами, с высоким воротником и длинными рукавами. Ее черные волосы были собраны в сложную прическу, а на запястьях блестели тонкие серебряные браслеты. Она сидела с прямой спиной, держа в руках чашку чая, и ее темные глаза смотрели на меня с легкой усмешкой.

— Вот он, — сказала Сяо Лань, кланяясь. — Если что-то понадобится, просто позовите.

Я кивнул, благодаря ее, и сел напротив Мэй Лин. Едва я оказался рядом, как ощутил ее запах — смесь жасмина и чего-то неуловимого, что заставляло сердце биться быстрее. Внутри меня вспыхнуло желание, но я быстро подавил его, стараясь сохранить спокойствие.

— Мэй Лин, — произнес я, слегка наклоняя голову. — Ты нашла меня быстрее, чем я ожидал.

Она улыбнулась, поставив чашку на стол.

— Я всегда нахожу тех, кто мне нужен, Фэн Лао. С каждым день в этом городе мои сети раскидываются все гуще.

Я посмотрел на нее, пытаясь понять, что скрывается за ее словами. Она была прекрасна, но в ее глазах читалась холодная расчетливость. Это была не просто красивая женщина — это была опасность, обернутая в шелк и серебро.

— Так зачем ты здесь? — спросил я прямо, не желая играть в слова.

Она слегка наклонила голову, как будто размышляя над ответом.