Константин Зайцев – Книга пяти колец. Том 6 (страница 8)

— Присядь. Выпей с нами чаю и начни разговор заново. — В моем голосе звучал металл.

— Щенок! — Начал было говорить представитель Крыс, но я пинком отправил ему кресло под ноги. Стоило отдать дань его реакции он не отводя от меня взгляда остановил его встречным ударом ноги.

— Еще одно оскорбление и тебе не поможет ни отравленный нож в рукаве, ни десяток твоих бойцов на улице. Сядь! Выпей чаю! И мы начнем разговор заново! — Сейчас мой голос больше напоминал шипение раздраженной змеи и крысюк все понял.

— Джоу, налей старому другу чая. — Он кивнул на чайник стоящий на жаровне.

— Вот так гораздо лучше. — Я улыбнулся ему, отсалютовав ему пиалой с чаем. — А теперь стоит перейти к более важному делу.

— И какому же? — Когда этот человек не пытался грубить, то он был даже приятным.

— Для начала, я не в курсе кто правит ночным городом Мать или Король?

— Городом правит, Мать. — Он сделал глоток чая и продолжили. — Зачем тебе эта информация, чужак?

— Меня зовут Ву Ян и я прошу Смотрителя улиц подтвердить мои права друга. — Я смотрел в его единственный карий глаз и пытался понять, что же за человек сидит передо мной.

— Ты знаешь правила, знаешь титулы, носишь метку друга, за подделку которой мы отрезаем и руку и голову, но при этом у тебя пайцза серебряного магистрата нефритовой канцелярии. Да кто же ты такой? — Ноздри мужчины хищно раздувались, и по нему было видно, что тот готов броситься в любой момент в атаку. — Не отрывая свой взгляд от него, я наклонился в его сторону и ответил:

— Я тот кто уничтожает скверну в любом месте где ее нахожу. И сейчас она в этом городе! Проверяй метку! — Немного энергии колец силы в голос и мои слова заставляют низко вибрировать воздух. Чертыхнувшись, он сложил пальцы в замысловатую мудру, которую я уже видел, когда мы готовились уничтожить колдунов-махо вместе с крысами. Темно-красный дым, словно зачарованный двигался в мою сторону. Он начал обвиваться вокруг моей руки, как змея обвивает ветку и спустя мгновение рассеялся, а мой шрам засветился красным подтверждая мои права на помощь и защиту.

— Мои улицы твои, друг. — С поклоном произнес одноглазый и тут же продолжил развернувшись к торговцу чаем. — Джоу, улицы должны знать, что этот нефрит наш друг и любой кто решит на него напасть или ограбить, очень серьезно расстроит Маму Хэ. А когда Мама расстраивается, кто-то за это должен заплатить.

— Я рад, что мы решили наши разногласия.

— Прошу прощения, но за последние несколько лет появилось слишком много глупцов, которые рискуют использовать наши метки. Чем стаи могут тебе помочь?

— Мне нужна консультация. Думаю вы уже знаете о вчерашнем оскверненном. — Смотритель сделал глоток чая, а остатки вылил в жаровню. Насколько я знаю это одна из молчаливых молитв о лучшем перерождении.

— Знаем. Он был один из нас. Отличный парень и хороший контрабандист. Мог перевезти все, что угодно прямо под носом у алмазов.

— Глава местного отделения нефрита, — Следом за ним я тоже перешел на уличный сленг. — Утверждает, что отправил группу своих магистратов в заброшенную крепость и пару дней назад одного из них выловили рыбаки. Он был превращен в такого же урода как и ваш человек.

— Жу Чен, давно пытается добиться перевода из наших мест. — О как, а вот и первое подтверждение теории моей кровавой сестры. — Но он слаб, к тому же калека. Поэтому он тут и сдохнет если не случится чуда. Великая Мать завещала нам бороться со скверной везде где можно и мы свято следуем ее учению. — Неожиданно, даже слишком неожиданно поменял тему смотритель. Единственный глаз крысиного фанатика горел жутким огнем, а его слова звучали с истинной страстью.

— Как я понимаю крысы кое-что знают об всей этой ситуации?

— Да, мой друг. В той крепости нет никаких духов. Эти слухи мы распускаем из года в год, там располагалась одна из наших перевалочных баз где мы хранили самый горячий товар.

— Располагалась? А что там теперь?

— Думаю тебе стоит это обсудить с матерью улиц. Она сможет объяснить ситуацию гораздо лучше чем я.

— Но ты знаешь, что там сейчас. — Одноглазый кивнул.

— Да. Нашу базу захватили повстанцы……

Глава 7

Сделка

Информация, которую сообщил Смотритель улиц в корне меняло вообще все. Одно дело если бы это была замшелая секта решившая возродить древние запретные практики, тогда все было бы просто и понятно, но появление мятежников сразу выводило всю эту ситуацию в политическую область. При этом нет никакой уверенности, что это не провокация легиона или кланов с какой-нибудь далеко идущей целью. Но мы бойцы Нефритовой канцелярии, так что к демонам все эти политические умствования, согласно нашим клятвам мы должны устранять скверну везде где ее найдем, так что если мы нарушаем чьи-то хитрые планы, то это их проблемы. Поэтому будем считать, что мятежники тут сами по себе и значит их надо уничтожить.

Если же на ситуацию смотреть шире, то повстанцы так далеко от основного фронта это уже серьезная проблема, которая может вылиться во множество неприятностей еще большего масштаба и поэтому тут надо все срочно решать. Мятежники могут создать тут перевалочную базу, и тогда они смогут проводить свои операции где угодно в центральных областях используя реку как транспортную артерию. Как бы я не относился к нынешней власти в Нефритовой империи, но любая революция это хаос, в котором расцветают всевозможные пороки. Грязь поднимается со дна и пытается подчинить своей воле устоявшиеся традиции, а значит смерть будет собирать свою жатву.

Сейчас, когда багровая звезда уже видна даже днем пролитая в большом количестве кровь откроет врата существам из запределья, а они никогда не бывают добры к простым людям, что выльется в еще большее количество крови и смертей. Этот чудовищный водоворот может вновь отбросить человечество в местный каменный век, когда выйти за пределы собственного селения уже считалась подвигом. ' Ты начал рассуждать как правитель. Только тебе не стоит забывать, что повстанцы это не только проблема, но и шанс.' Старый ворон прав. Уничтожение базы повстанцев, может оказаться той самой соломинкой, которая сломает хребет недоверия и позволит мне заполучить свой клан. Но для этого мне надо договориться с крысами. Чем дольше я думал тем сильнее моя интуиция шептала мне о том что однорукому нельзя верить. А жизнь в этом мире научила меня, что внутреннему голосу стоит верить. Ответом на мои мысли было веселое карканье. Тинджолу нравился ход моих мыслей.

Смотритель вел меня куда-то в центр городка, вот только наш путь проходил по темным закоулкам. Судя по тому как прохожие реагировали на этого сурового человека, то его явно уважали и боялись, что в целом и не удивительно.

— Позволь мне кое-что тебе рассказать, чтобы ты не удивлялся друг. Мать Крыс нашего города управляет лучшим весенним домом в округе и именно в ее заведении большая часть торговцев заключает свои сделки. — А вот это очень интересная новость, которая несколько раскрывает личность Мамы Хэ. К тому же теперь понятно почему ее называют именно в таком формате, словно женщину-сутенера. В теневом мире, обычно, лидеры крыс находятся за пределами взгляда имперской бюрократии, выпадая из традиционных отношений, а тут хозяйка борделя. Ну не совсем борделя, поскольку весенний дом это скорее место где можно отдохнуть душой и телом в компании девушек или юношей обученных музыке, стихосложению и прочим изящным искусствам. Притом секс здесь совсем не главное. Однополые связи в местном обществе мягко говоря не поощряются, но официально они не запрещены. Просто тот кто не понимает своего долга перед семьей и империей не сможет продвинуться вверх по иерархической лестнице одновременно очищая путь для более понятливых.

Вообще с проституцией в Нефритовой империи все очень странно, с одной стороны она порицается бюрократией, но это порицание очень мягкое и как итог в любом крупном городе существует множество весенних домов, да и обычных борделей хватает. При этом за столь деликатной сферой жизни очень жестко следят. Почти в любом заведении будет осведомитель канцелярии, которому очень хорошо платят.

Весенний дом под названием Болотный лотос, даже внешне выглядел очень дорого и респектабельно. Думаю провести там вечер будет стоить обычному чиновнику половину месячного жалования.

— Идем, нам сюда. — Смотритель повел нас через черный вход расположенный в небольшой чайной, которая находилась через улицу. Местный владелец даже не удивился моему присутствию, что говорило о том, что этот путь используется достаточно регулярно. Пройдя через небольшой подземный туннель мы вышли в комнате, в которой обедало десятка полтора мордоворотов шириной плеч не уступающих нашему цилиню. Каждый из них был вооружен до зубов. Кивнув самому жуткому из них, он произнес совершенно будничным тоном:

— Это друг улиц, пусть твои бойцы запомнят его лицо. Если у него будут тут неприятности, ты ответишь лично передо мной.

— Слушаюсь, старший. — То благоговение, с которым здоровяк ответил говорило о беспрекословном подчинение крыс своему смотрителю.

Поднявшись на третий этаж мы остановились у двери, на которой необычайно искусно было изображено озеро усыпанное раскрытыми лотосами. Мой сопровождающий несколько раз вздохнул прежде чем осторожно постучаться. Буквально через мгновение двери распахнулись и перед нами предстала молодая девушка с аристократическим лицом одетая в ханьфу из дорогого шелка. На первый взгляд стоимость ее украшений была явно не меньше чем стоимость комплекта боевых доспехов дядюшки Хвана. Девочке было, на первый взгляд, не больше шестнадцати, но от нее ощущалась внутренняя сила и уверенность, которая приходит с опытом.