Константин Зайцев – FERA: Время Зверя. Том 1 (страница 46)

Свободная рука подхватывает чашу с ромом. Половина — единым глотком внутрь, а половина — мелкими брызгами летит изо рта сквозь факел, превращаясь в пламя дракона. Еще три костра вспыхнули, приветливо подмигивая звездам в небе.

На лицах моих товарищей, стоящих словно в тумане, застыли такие разные выражения. Ева со спокойным интересом наблюдала за происходящим действом. Здоровяк-тролль сидел со слегка скучающим видом, ожидая окончания ритуала, попивая травяной отвар. Для народа фейри, магия никогда не была чем-то удивительным. Храмовник же откровенно наслаждался силой человеческого шамана. Кот с закрытыми глазами вел ритм: то замедляя, то ускоряя его. Сквозь его лицо просвечивалась жуткая звериная морда. В широко раскрытых от удивления глазах Пики отражалась луна, а Дима крепко сжимал в руке беримбау. Он был готов начать собственную партию и всем своим видом выражал решимость.

Я не знал, как правильно проводить подобный обряд, но когда к гулким ударам ладоней по натянутой коже добавилась песнь «Тон-Тон-Чичи-Тонг» беримбау в руках Мавра, я осознал, что все делаю абсолютно правильно. Я кружился в безумном танце, звал духов и мне отвечали.

До меня наконец-то дошло, почему Барон так хотел, чтобы я создал свой храм именно в убежище. Один ты силен, но когда рядом друзья и ученики, твоя сила рывком становится больше. В памяти всплыла интерпретация Владычицы Лоа Gede: «Мальчик, вуду — это всегда про любовь».

Тринадцать костров ярко горели во дворе дома с рябинами, превращаясь в путеводные звезды на обратной стороне мира. Тринадцать дымов закручивались над склеенным зданием, заполняя всю внутренность ядовитым дымом. Неожиданно все звуки стихли, а мое тело само прыжком вылетело из ритуального контура. И тут же я ощутил холодный зимний воздух.

В голове звучали шепоты духов: «Жизнь — это сон. А сон будет глубоким. Водун, просьба исполнена. Темной ночи и доброй охоты».

— Дайте мне пять минут одеться и выдвигаемся. У нас все получилось. — мой голос был преисполнен уверенности.

Войдя в дом, я переоделся в максимально нейтральную одежду и взял с собой балаклаву. Пусть в городе творится хаос, но оставлять лишних следов никто не хотел. Даже храмовник был сегодня не в своем традиционном облачении, а в обычной гражданской одежде.

Когда я вернулся, Ева, выстроив нас в фигуру, символизирующую рождение новой луны, выдала каждому из нас маленький прозрачный флакон, внутри которого был заключен крошечный цветок с бледно-лиловыми лепестками.

— А это еще что такое? — не понимающе спросил Кот, вертя заключенное в стекло растение.

— Оберег, он укроет вас от чужих взглядов. — видя, как на лице моего друга расплылась довольная улыбка, фейри тут же продолжила. — Но имейте в виду — срок его жизни не более пары часов, и чем больше вы будете привлекать к себе внимания, тем быстрее он засохнет и утратит свою силу. Поэтому, — фейри пристально посмотрела на Кота. — Не стоит забывать о скрытности и осторожности, даже с таким преимуществом.

Лицо Gato, явно расстроенного словами Евы, тут же поскучнело — похоже, он уже придумал много способов использовать такую способность. А фейри начала творить свою магию иллюзий. С ее тонких пальцев легким дымком стекала изумрудная пыльца, красиво переливаясь в отблесках сияния ночного светила. С каждой секундой пыльцы становилось все больше, пока она не покрыла нас всех. А потом все исчезло. Мы были готовы.

— Фера, — позвал меня Мавр, отводя в сторону. Он нервничал. — Я чувствую себя трусом, но я действительно думаю, что буду только мешать.

— Мавр, ты и так сделал больше, чем требовалось, так что давай без этой фигни. — я тепло ему улыбнулся, словно зная, что именно это ему сейчас необходимо. — Так что не парься — не все должны уметь «грабить караваны».

Махнув ему на прощание, мы выдвинулись к стоянке, где Иезекииль уже подготовил для нас, как он выразился, «вместительный транспорт». Когда мы перешли дорогу, нас ждал своеобразный сюрприз.

На подходе к парковке раздался звук открывающейся сигнализации. Черный микроавтобус форд моргнул фарами, на его боку было написано «Похоронная служба».

«Охренеть, ну и сервис» — невольно подумалось мне.

— Святой отец, а чего не на катафалке? — не удержался от шпильки Кот.

— На сегодня его уже забронировали. — в той же манере ответил ему храмовник.

— Вы… его угнали? — с удивлением и хитрецой в голосе спросила любопытная Пика.

— Ну что ты, — мягко ответил экзорцист. — Я попросил у одного из прихожан попользоваться его машиной. Вера нынче все сильнее в людях — мне не отказали.

— А почему именно похоронка?

— Полиция сейчас не останавливает машины похоронных контор, — подмигнул Иезекииль.

Войдя в микроавтобус, Ева закрепила в нем оберег, подобный нашему, и раздала всем балаклавы, а после помогла Кридану спрятать его бороду и густую гриву волос. Вскоре, мы неспешно ехали в сторону архивов, расположенных в том же здании, что и центральное отделение ФСБ. Храмовник ехал, не нарушая правил и стараясь привлекать к нам как можно меньше внимания.

Оказавшись у серо-красного двухэтажного здания ближе к четырем утра, мы остановились за радиусом охвата камер. В кои-то веки в центре было легко припарковаться.

Скрыв наши лица и потратив несколько минут, мы сумели выяснить мертвые зоны, через которые мы могли бы подобраться незамеченными к входной двери. Правда, камера над входной дверью портила весь расклад.

Вспомнив, как я боролся с камерами при ограблении магазина, я начал катать снежок, намереваясь броском залепить объектив. Уже замахиваясь, я ощутил, как на мое плечо положил свою здоровенную лапу Кридан со словами:

— Смотри, как надо, шаман! — в руке у него покоился гигантский снежок, размером в человеческую голову. Метнув его без размаху, он с нечеловеческой точностью поразил камеру, вот только вместо того, чтобы залепить глазок камеры, он просто снес ее с креплений, заставив болтаться на проводах.

Тут же раздался тихий смешок Пики и Кота:

— Сила есть — ума не надо.

— Тсс, — шикнул я на друзей и оба одновременно мне кивнули. Я понимал, что у обоих сейчас зашкаливает адреналин. Один — готов постоянно рисковать своей жизнью, лишь бы поймать кураж, а вторая — любительница пейнтбола, привыкшая постоянно играть в подобные операции.

Опасаясь, что в череде последних событий их ощущение реальности могло несколько притупиться, я чувствовал, что мне просто необходимо это сказать:

— Пика, не забывай, это не игра. Облажаемся и мы трупы. Gato, все понял? — тот лишь шутливо отсалютовал мне двумя пальцам. «Этого психа ничто не исправит».

Ева скользнула к крыльцу, вскинутая ладонь сжалась в кулак над головой, заставляя нас остановиться. Опустившись на корточки и склонив голову к плечу, она начала вскрывать замки. Отблески света падали на лежащий на ступенях снег, подчеркивая стройность ее фигуры, одетой в облегающий черный костюм. «Этим можно любоваться вечно» — невольно подумалось мне.

Буквально через несколько минут, она подняла вверх руку и, отсалютовав нам двумя пальцами, показала, что путь свободен. Стараясь лишний раз даже не дышать, мы прокрались вне поля зрения камер.

Первой в здание зашла фейри, буквально скользнув за дверь. Проникнув вовнутрь, мы замерли. Большой просторный холл был погружен в темноту, слегка разбавленную лунным светом, падающим из окон. Рамки металлодетекторов сияли хищными пастями.

Ева с легкостью перелетела через стоящий между детекторами небольшой стол и коротко кивнула, показывая, чтобы мы следовали за ней и соблюдали тишину. Не сговариваясь, мы с Котом рывком перепрыгнули стол и стали страховать остальных.

— Кридан, повернись! Ты сейчас рамку снесешь. — прошипел Gato, помогая мне поддержать громилу троля.

Снова на несколько мгновений мы замерли, прислушиваясь к малейшему шороху. В гулкой тишине раздался оглушительный звук храпа. Он доносился сбоку, из приоткрытой каморки охранника.

Пика, ближе всех находящаяся к источнику звука, осторожно подошла и аккуратно заглянула за дверь, сначала с одной точки, потом осторожно открывая — с другой, словно ожидая засады. «Я же сказал, что мы тут не в пейнтбол играем».

Марина, склонившись над дремлющим телом мужчины на стуле, несколько раз провела перед его лицом ладонью и тихонько прошептала:

— Спит.

В ответ я показал поднятый вверх большой палец и махнул рукой, чтобы выходила, но девушка медлила, уставившись куда-то. Наконец она вернулась к нам и сказала с нескрываемой тревогой:

— Ребята, у нас проблемы. Камеры нас пишут.

— А кто-то сомневался? — чуть слышно хмыкнул Кот.

— Я думала, нас не видно.

— Нас не видно, — коротко ответила Ева.

Я и Пика вопросительно посмотрели на них.

— Да классика ведь жанра, вы чего? — прошипел Кот. — Во всех этих «хрониках невероятного» показывают, как фотаешь вроде пустую комнату, а на фотке потом дичь какая-то. Призраки и прочая фигня. Я думаю, наша стекляшка-невидимка действует только на живое существо непосредственно поблизости, так ведь? — Кошак вопросительно кивнул Еве.

— Почти. — Ева что-то рассматривала на стене. — Судя по плану эвакуации, архивы на втором этаже, нам стоит поспешить.

Аккуратно, друг за другом, мы двинулись дальше. Я шел рядом с Пикой и вскоре заметил в ее руке ключ-карту охранника. Поймав мой взгляд, она улыбнулась уголком рта и произнесла: «Пригодится». «Ещё и трофей прихватила. Хоть и весьма полезный».