Константин Залесский – Государство террора. СС в системе власти Третьего рейха (страница 62)

Управленческая группа I (правовые вопросы), начальником которой был оберфюрер СС Гюнтер Рейнеке, являвшийся одновременно заместителем начальника всего HASSG; в состав этой важнейшей группы входили:

– отдел Ia, ведавший общими юридическими вопросами, гражданским и военным уголовным законодательством, вопросами юридической процедуры и политики; его возглавлял штурмбаннфюрер СС доктор права, профессор Ганс Брунс;

– отдел Ib, в его ведении были вопросы гражданского права; начальником отдела был штурмбаннфюрер СС доктор права Карл Браун;

– отдел Ic, занимавшийся административными вопросами, а в 1944 г. ему были также подчинены учебные курсы для судей СС; этот отдел возглавляли оберштурмбаннфюрер СС Папе, с июня 1943 г. – оберштурмбаннфюрер СС доктор права Кларе, с октября 1944 г. – оберштурмбаннфюрер СС доктор права Грейндер;

– отдел Id, ведавший кадровыми вопросами чиновников Суда СС и подчинялся оберштурмбаннфюреру СС Папе;

– отдел Ie, занимавшийся апелляциями и надзором, а также наиболее важными вопросами, возникавшими в ходе работы судов СС, изменениями и отменой приговоров, пересмотром судебных дел и т. д.; отдел возглавлял оберштурмбаннфюрер СС доктор права Хегер;

– отдел If, являвшийся исследовательской службой; им руководил оберштурмбаннфюрер СС Миттельштэдт.

Управленческая группа II (организация, кадры и дисциплинарные дела), начальник – до начала 1945 г. – штандартенфюрер СС Эберхард Хиндерфельд.

Управленческая группа III (помилования, отсрочки, исполнение приговора), начальники – штурмбаннфюрер СС Бруно Кегель (в 1941–1943 гг.), штандартенфюрер СС Гюнтер Бурмейстер (в 1943–1945 гг.).

Управленческая группа IV (инспекционная), начальники – оберфюрер СС Мартин Тондок (в 1939–1944 гг.), штандартенфюрер СС Ганс Брауссе (с марта 1944 г.).

Компетенция Судов СС и полиции распространялась на всех членов СС и сотрудников полиции как на территории собственно Германии, так и на оккупированных или зависимых территориях. Обоснованием подобной исключительной компетенции являлся тот факт, что собственную систему военной юстиции имел вермахт, а следовательно, права служащих такой массовой организации, как полиция и войска СС, не должны были быть ущемлены. В связи с этим основанием деятельности судов СС и полиции стали Военно-уголовный кодекс (Militärstrafgesetzbuch) и Порядок военно-штрафного судопроизводства (Militärstrafgerichtsordnung), впрочем, известно значительное количество случаев, когда эсэсовские судьи от подобных положений отступали. Кроме контроля за деятельностью судов СС и полиции, в его функции HASSG входило расследование дисциплинарных проступков, а также подготовка и вынесение обвинительных приговоров по судебным делам. Позже – уже во время войны – с ростом влияния Генриха Гиммлера и СС компетенция судов СС была распространена на немецких и иностранных гражданских лиц (т. е. не на членов СС), которые совершали преступления на оккупированных территориях, где не действовала ни гражданская, ни военная юстиция. Начиная с января 1945 г. Гиммлер, занимавший к этому времени не только пост имперского министра внутренних дел, но и командующего Армией резерва[154], сконцентрировал в руках судов СС также все дела, касавшиеся нарушений, совершенных военнопленными.

В Мюнхене, там же, где и Главное управление суда СС, размещался Высший суд СС и полиции (Oberstes SS– und Polizeigericht), в компетенцию которого входили дела в отношении офицеров СС и полиции, обвиняемых в государственной измене, измене Родине, шпионаже, а также дела в отношении офицеров СС и полиции генеральского ранга и, конечно же, расплывчатые «преступления особой важности». Для осуществления своих функций судебная система СС располагала довольно разветвленной сетью местных судов СС и полиции. Они создавались не одновременно (первоначально действовало 8 судов, затем их число выросло) и в конце концов размещались в следующих городах: Аграм/Загреб (Хорватия), Афины (Греция), Белград (Сербия), Берлин, Брауншвейг, Бреслау/Вроцлав (Нижняя Силезия), Каттовитц/Катовице (Верхняя Силезия), Брюссель (Бельгия), Будапешт (Венгрия), Вельдес/Блед (Верхняя Крайна/Словения), Вена (Австрия), Верона (Северная Италия), Гамбург, Данциг/Гданьск (Западная Пруссия), Дрезден (Саксония), Дюссельдорф (Рейн), Кассель (Гессен-Нассау), Кёнигсберг/Калининград (Восточная Пруссия), Копенгаген (Дания), Кракау/Краков (генерал-губернаторство), Мец (Лотарингия), Мюнхен (Бавария), Нюрнберг (Франкония), Осло (Норвегия), Позен/Познань (Западная Пруссия), Прага (Богемия), Рига (Остланд), Ревель/Талинн (Остланд), Триест, Фельп (Нидерланды), Штеттин/Щецин (Померания), Штутгарт (Вюртемберг). Региональные суды СС находились также в ведении высших руководителей СС и полиции, которые по должности являлись их председателями (однако не всегда исполняли свои функции, делегируя их профессиональным судьям СС). В системе HASSG работали 605 дипломированных судей-юристов, кроме того, в качестве судей СС рекомендовалось использовать офицеров из состава войск СС. При этом Высший суд СС и полиции не являлся вышестоящей инстанцией для региональных судов, все подобные суды, как и военные трибуналы, являлись для подсудимых и первой и последней инстанцией и их приговоры не подлежали кассации. В то же время о всех серьезных (в т. ч., естественно, смертных) приговорах в обязательном порядке докладывалось Генриху Гиммлеру, который самолично, присвоив себе прерогативы высшего судьи, имел возможность (и широко ею пользовался) исправлять приговоры – причем как для того, чтобы ужесточить наказания, так и для того, чтобы его облегчить, например, заменив «испытанием искупления вины» (Bewährungseinheiten).

Суды СС, конечно же, выносили не только и не в основном смертные приговоры. Ведь эти суды создавались прежде всего для того, чтобы оградить членов СС от «произвола» гражданской юстиции, оставив тем самым безнаказанными различные проступки или преступления, которые с точки зрения рейхсфюрера СС таковыми не являлись. Тем не менее количество приговоров было значительным. Всего же с сентября 1939 по июнь 1944 г. (это период, по которому существуют официальные данные) по приговору судов СС были приведены в исполнение 1001 смертный приговор, причем лишь немногим более 37 % – в отношении членов СС (т. е. по приговорам суда СС было казнено 376 эсэсовцев). В то же время нельзя говорить о «расстрелянных членах СС», т. к. во всех случаях после вынесения приговора (или раньше), но до его исполнения эсэсовец официально исключался из СС. Те же, кто был приговорен к наказаниям в виде лишения свободы, например, за «отказ в выполнении приказа», отбывали наказание в штрафном лагере исполнения наказаний СС и полиции Данциг-Матцкау (Strafvollzugslager Danzig-Matzkau der SS und Polizei), который официально находился в ведении войск СС. Этот лагерь располагался юго-западнее Данцига в непосредственной близости от Гросс-Клешкау[155]. Не стоит думать, что в отношении своих бывших товарищей в СС шли на какие-либо поблажки или отступления от принятого в подобных лагерях режима. Все, кто имел отношение к этому лагерю, оценивали условия содержания в нем как крайне тяжелые – в этом лагерь мало отличался от других концлагерей. Был случай, когда один из членов зондеркоманды «Собибор» был приговорен к заключению в лагере Данциг-Матцкау; через полгода выяснилось, что имел место оговор, и он вернулся в свою часть – так вот, его товарищи сначала даже не узнали его, настолько он был истощен. Лагерь фактически перестал существовать 4 августа 1944 г., когда большинство его заключенных было направлено на подавление Варшавского восстания, где их включили в штурмовую бригаду «Дирлевангер».

Также в качестве наказания члена СС суд мог приговорить и к «искуплению вины фронтом» (Frontbewährung), т. е. отправкой в боевую часть, каковой считалось штрафное соединение «Ораниенбург» (затем – «Дирлевангер»)[156]. Это соединение предполагалось использовать на таких участках фронта, где вероятность гибели была бы достаточно высока, хотя в реальности наиболее часто его использовали в качестве карательной части.

В качестве иллюстрации к образу действий Высшего суда СС и полиции можно привести отрывок из приговора от 24 мая 1943 г. по делу унтерштурмфюрера СС Макса Тойбнера (Täubner), который обвинялся в расстреле 510 украинских евреев (женщин и детей):

«1) За участие в антиеврейской акции подсудимый не может быть наказан. Евреи должны уничтожаться без всякого сожаления. Даже если подсудимый учитывал, что уничтожение евреев входит в обязанности специальных команд и он должен для проведения подобной акции иметь соответствующий приказ, то также должен понимать, что он со своей стороны уполномочен принимать участие в искоренении еврейства. Истинный антисемитизм был двигающей силой подсудимого. При этом, однако, в акции в Александрии[157] он проявил жестокость, недостойную немца и офицера СС. Подобное превышение власти нельзя оправдывать тем, что, как заявляет подсудимый, они были только справедливым возмездиями за горе, которое евреи причинили немецкому народу. Это не немецкий путь: применять большевистские методы при уничтожении главного врага нашего народа. Образ же действия подсудимого граничит с подобными методами. Подсудимый позволил себе допустить такое огрубление находящихся под его началом солдат, что они вели себя как недисциплинированная орда… Поэтому подсудимый должен быть наказан за эти проступки в соответствии с параграфом 147 MStGB[158]. Кодекс предусматривает в качестве наказания заключение в тюрьму или крепость сроком до 15 лет, однако параграф 5a Порядка специальных военных наказаний (Kriegssonderstrafrechtsverordnung) требует за подобное небрежение своими обязанностями более сурового наказания.