Константин Волошин – Странная месть (страница 8)

– Как иначе ему пополнить свой карман, Сильвио! – хохотнул его товарищ.

Наши друзья тут же завалились в харчевню, пропахшую чадом и вонью дешёвых блюд и кислого вина. Но для наших матросов и это оказалось королевской едой. Правда, вино действительно было паршивым.

– Не напиваться, ребята, – предупредил Диего. – Тут глаз держи востро. Того и гляди облапошат, как цыплёнка. Держимся вместе.

Они выглядели прилично в старых домашних одеждах, и это как-то позволяло избежать некоторых стычек с местными моряками, ждущими своей очереди наняться на судно куда угодно.

– Скоро ночь, а нам надо устроиться на ночлег. – Диего внимательно оглядывался, ища вывеску пансиона. Его нашли на соседней улице и быстро устроились в одной комнатёнке, заплатив за неделю золотой.

– Этак нам твоих денег надолго не хватит, Диего, – недовольно скривился Аликино, возмущаясь дороговизной. – Надо побыстрее осматриваться.

– Завтра и начнём, ребята, – пообещал Диего с уверенностью молодости.

Но ни завтра, ни через неделю и месяц они ничего не смогли найти для себя. Перебивались редкими случайными заработками, которых даже на оплату комнатки не хватало.

– Ребята, я нашёл нам применение, – заявил как-то поздним вечером Диего. Он последнее время один шастал по кабакам и темным притонам, выпытывая возможности подзаработать,

– Неужто у тебя что-то наметилось, Диего?! – воскликнул с готовностью Хуан, а остальные подвинулись ближе. – Говори же!

– Дело весьма опасное, но может принести приличные денежки, – заговорил таинственно Диего. – Если согласны, то дня через три можно приступать.

– А что за дело ты нашёл? – спросил Поно, заблестев глазами.

– Тут есть ватага человек пять-шесть. Они задумали увести из порта небольшое судно, и им нужны надёжные люди для этого.

– Это же пиратство, Диего! – вскричал в ужасе Хуан. – Нас повесят!

– Это если захватят, – ответил жёстко Диего. – Потому стоит подумать и решить. Дело, как я понял, выгодное, и не такое трудное и опасное. На судне всего человек пять матросов, с ними мы легко справимся. Остальное дело совсем лёгкое.

– Какое же? – встрепенулся опять недовольный Хуан.

– Отвести судно в другой порт, продать его с грузом, а денежки разделить – и можно жить припеваючи.

– И много обещают нам отвалить? – спросил спокойно Аликино,

– Пока я этого не знаю, – ответил Диего. – Но несколько сотен получим обязательно. Я ещё не знаю, что за груз. И с нас не вычтут за оружие. Оно у нас имеется.

– Ещё и применять его надо?! – опять кипятился Хуан.

– Там видно будет. Но не обязательно. Матросы могут без сопротивления сдаться. К этому мы и будем стремиться.

– А кто главарь этой банды? – спросил Поно. – Испанец или кто другой?

– Кстати, португалец. Земляк, из северной Португалии. Он назвал городок, да я забыл его.

– Тем лучше, что он португалец, – заметил Аликино. Казалось, его ничуть не волновали этические затруднения. – Как его зовут?

– Я скажу, но вы должны обещать мне, что не станете болтать об этом. Как и про нас самих, естественно.

– Если так, то можешь и не говорить, – опять согласился Аликино. – Но я обещаю хранить молчание, Диего. Говори.

– Его зовут Фалейро Роман. Мужик серьёзный и властный. Своё дело знает отлично, уверен. И его товарищи – под стать ему. Но и мы ничуть не хуже!

– Я боюсь, – тут же заявил Хуан. – Это не для меня, Диего.

– Да брось ты, Хуан! – встал Аликино. – Будешь вот так нищенствовать, и ждать у моря погоды? Соглашайся. Никто тебе худого не желает. Поно, ты с нами? Или тоже на попятную решил?

– Куда мне одному без вас, – вздохнул тот. – С вами, конечно. Деваться мне некуда. Охота хоть надежду получить, а не так жить! – и он окинул взглядом жалкую комнатку.

– Всё, Хуанито! – воскликнул Аликино. – Ты должен быть с нами, или подохнешь с голода без нас. Или думаешь, мы будем тебя содержать? И не надейся, друг мой Хуан. Ну?

– Диего обещал нам богатую жизнь… – попытался оправдаться Хуан.

– Он и держит своё слово, дурак! – Аликино привстал, но места для ходьбы тут не было. – Предлагает тебе богатство, а ты упираешься. А без риска ничего не добудешь. Кто тебе предложит состояние, за красивые глаза? Не ерепенься и присоединяйся к нам. Иначе пропадёшь без нас. Это уж точно!

Хуан побледнел, подумал, судорожно переводя взгляд с одного на другого.

– Чёрт с вами! Так и быть! Уговорили. Но я не обещаю вам своего участия в кровавых делах.

– Ладно, ладно, Хуанито! – Аликино благодушно улыбался. – Когда смерть в твои глаза заглянет, то и ты взбрыкнёшь и кинжал выставишь. Порядок, Диего!

– Раз все согласны, то завтра же приступим к подготовке. Будем втихаря заниматься фехтованием. Вдруг понадобится, и остальным тоже…

– Диего, тебе приходилось убивать человека? – спросил Хуан со страхом и любопытством.

– Бывало однажды. Скверное это дело, но часто просто необходимое. Если жить, конечно, охота. И всё ж и к этому можно привыкнуть. Для некоторых это весьма и легко. Мне Ласаро говорил, когда мы с ним шли в Макао с Филиппин.

– Он многих убил? – не отставал Хуан.

– Откуда мне знать. Но думаю, что не меньше десятка.

– Ого! – только и смог воскликнуть Хуан. – И привык?

– Не то, что привык, однако ужаса уже не испытывал. Это первого трудно пырнуть ножом, а из мушкета вообще раз плюнуть. И в драке тоже ничего можешь не заметить, а человек копыта отбросил от твоего удара.

Диего понимал, что его друзья жадно его слушают, впитывают его слова. Всё-таки они ещё мальчишки и никогда ещё не убивали. Он понимал – это могло осложнить дело, к которому они готовились.

Дня четыре спустя они все собрались в харчевне и за кружкой вина иносказательно договорились о дальнейших действиях. Фалейро предупредил, чтобы все были готовы через день и ждали его с лодкой у причала.

– Нас будет всего пять, и вас четверо. Этого достаточно. Мы ночью залезем на судно и захватим его. Желательно без шума. Тотчас поднимем паруса – и в путь. До утра мы должны быть уже далеко в море. Погони не будет.

– Почему? – спросил Диего пытливо.

– Хозяин, он же капитан, уехал в свою асиенду5 и вернётся не ранее как через три дня. А тогда никто этим заниматься не станет. Да и мы должны к этому времени избавиться от судна и груза.

– Годится, – согласился Диего. – Пистолеты готовить?

– На всякий случай. Но постараемся обойтись без них. Шум нам ни к чему.

Глава 4

Приближалась полночь. Девять человек разместились в шлюпке, разобрали весла и неторопливо погребли к двум огонькам, указанным Романом.

– Все сделать без звука, ребята, – в который раз предупреждал он. – Действуем стремительно, тихо и жестоко, если то потребуется. Обувь снять, ходить только босиком. Шума меньше будет,

– Сколько на судне матросов? – спросил Аликино.

– Днём было четверо, но должен подойти ещё один, боцман. Его и надо побыстрее и потише убрать первым. По возможности. Все они должны быть на баке6 или поблизости от него. Так что заходим с кормы.

Молодая луна давала мало света, корпус судна виднелся плохо.

– Обходим судно вокруг и наблюдаем за ним во все глаза, – шептал Роман. – Присматривайтесь ко всему, что может пригодиться.

Было видно, как кто-то из матросов попыхивал трубкой, но разговора слышно не было. А шлюпка шла не далее, как саженях в пяти от борта судна.

Роман кивнул гребцам, и те убавили силу гребков. Шлюпка едва продвигалась к корме, пока не упёрлись руками под срез, нависающий над водой.

Никто не произнёс ни слова. Но все испытывали острые чувства – кто страх, кто волнение. Особенно те, кто делал это впервые.

Роман схватился руками за брус, опоясавший корму горизонтально, прислушался и кивнул. Ему подставили руки, и он тихо поднялся выше. Лодку осторожно удерживали от качки.

Следом полез ещё один пират. Затем вызвался Диего. Он долез до окна, уже открытого и зовущего внутрь каюты. Из неё несло затхлостью и сыростью. Роман изнутри выглядывал в окно, следя за поднимающимися людьми. Двое остались в лодке – Хуан и старый матрос с кривым носом.

Роман приблизил губы к уху Диего и прошептал:

– Выходим, приготовить оружие. Крадёмся вдоль фальшборта. Почти ползком, а там посмотрим. Вперёд!

Он первым вышел в дверь, за ним последовали остальные шестеро. На палубе было намного светлее, но заметить матросов на баке не удалось. Лишь на полуюте7 виднелась тень человека, сидящего на табурете и курящего трубку.