Константин Волошин – Ост-Индский вояж (страница 32)

— Могут, сахиб. Они ненавидят капитана за обман и неуплату за работу, сахиб. И хозяина тоже, сахиб. Вы не убьёте меня, сахиб?

— Нет. Данил, пойти надо в комору и выпустить этих двух матросов. Они у нас на вес золота будут.

Матросов привели, и те в страхе смотрели на раненого, ожидая пытки или смерти. В свете фонарей их лица были бледны и покрыты испариной.

— Вы оба не хотели поддержать капитана, — сказал Сафрон. — Я вас освобождаю. Вы будете работать на судне, пока я вас не отпущу и не заплачу всё, что вам положено. И даже больше, но вы должны поклясться мне, что не измените, иначе вам будет очень плохо.

Матросы, как полагал Сафрон, ничего почти не поняли, но раненый что-то им сказал по-своему, и те с готовностью закивали, упали на колени и стали благодарить за доверие и спасение.

— Идите и ждите приказа сняться с якоря, — сказал Сафрон и жестами подкрепил свои слова. — Данил, приведи ещё трёх матросов. Они нам понадобятся.

— Будем уходить в море? — спросил Герасим с долей страха в голосе,

— А что, ждать утренних гостей? Ещё успеем ли. Капитан может нас опередить, так что поспешим. Всем на снасти — и работать, как проклятые! Давай!

Не прошло и получаса, как якорь был поднят, судно развернулось и неторопливо стало удаляться к морю.

— Все фонари потушить, — приказал Сафрон. — Пусть не знают, куда мы подевались. Выйдем в море и там решим, куда направиться. Может, что и надумаем. Спросим у матросов. Вдруг повезёт, и узнаем что-нибудь нужное.

Пока судно выходило в море, Сафрон успел расспросить матросов о портах, которыми владели португальцы.

— Только те, которые поближе, — несколько раз напоминал он, видя, что его плохо понимают.

Матросы долго поясняли, прежде, чем Сафрон понял, что речь идёт о португальской крепости на острове Диу.

— Это на другом берегу залива, — сказал он на немой вопрос Данила. — За два или три дня можно достичь этого острова.

Вместе с матросами Сафрон приблизительно определил направление и по компасу стал на полуюте наблюдать, как рулевой следует его приказам.

И опять ветер был мало благоприятным, и лишь косые паруса позволяли судну продвигаться в нужном направлении. Матросы с трудом справлялись с множеством снастей, приходилось часто вызывать всё большее число их для такелажных работ.

На четвёртый день вышли к побережью, но острова видно не было.

— Следует остановить судно поменьше и допросить об острове, — с беспокойством говорил Сафрон. — Я не могу назвать направление, хоть убей!

Перед вечером, идя вдоль и вблизи берега, сумели захватить баркас с местными торговцами, и те под угрозой оружия и расправы, поведали казакам о курсе на островок Диу.

— Дьявол! — ругался Сафрон. — Мы были совсем недалеко от него и ушли! Вечер надвигается, мы не успеем до ночи попасть туда.

— Надо бы уйти от берега, Сафрон, — говорил Данил. — Как бы ветер не поменялся, а то нас вынесет на скалы или мели. А их тут обязательно будет достаточно.

— Дураки мы! — зло молвил Аким. — Не догадались взять одного матроса с лодки. Он бы сумел нам указать путь на этот проклятый остров!

— Что делать? — Сафрон сам понимал, как мало они умеют на море. — Всего не учтёшь. Мы на море, а не в степи. Тут у нас ничего пока не получается.

— Идём вдоль берега потише, — сказал своё мнение Данил. — Если подойдём к порту, то легко сможем это определить по огням. В деревнях далеко не всегда можно увидеть огонь, а в порту они обязательно будут. Да и крепость у португальцев обязательно должна иметь огни. А они видны далеко.

Утром приблизились к берегу, а через три часа увидели строения порта и крепость на холме.

— Как бы нас и тут не обдурили, — вздыхал Сафрон, памятуя о предательстве капитана. — Что будем делать с матросами?

— Попробуем продать их кому-нибудь, — предложил Данил. — Рабы стоят дорого, нам это вполне подойдёт. И судно надо продать. Оно нам уже не пригодится. Всё равно мы ещё не знаем, куда направиться,

— Не болтай раньше времени! Сглазишь! — Аким перекрестился и что-то зашептал губами в бороду.

Через два часа всё же успокоились, стали на якорь на рейде, боясь нового подвоха или обмана.

— Как мы будем говорить с португалами? — Сафрон не на шутку трусил и волновался. — Разве столько говоров кто может изучить?

— Подождём таможенников, — успокаивал Данил. — Англицкий-то мы кое-как да знаем, а у этих таможенников тоже должны быть знающие его люди. Договоримся! Главное, мзду предложить вовремя. Я уже это давно уразумел, Сафрон.

— Дай Бог! — сокрушённо молвил тот, и тут же заметил шлюпку, направляющуюся к их судну. — Говорят, что и бумаги должны быть на судне какие-то. Да капитан все забрал с собой, собака!

— Значит, подарки будут побольше, только и всего, — не унимался Данил в попытках успокоить друга и ободрить.

С таможенниками пришлось договариваться долго и нудно. Лишь час спустя они удалились, пообещав прислать купцов для торгов.

— Этак мы ничего не получим из захваченного добра, — жаловался Герасим,

— Не ворчи, мужик! Главное — нам надо поскорее продать всё это, — Сафрон кивнул на судно, — и умотать подальше. Можно, правда, в Сурат вернуться. Кто там знаем про нас? Никто! Зато полегче найти судно в Европу.

Несколько купцов появились на судне до полудня. Облазили весь трюм, осмотрели судно и с трудом стали торговаться. Они стремились перекупить все друг у друга и в результате цена росла.

— Завтра мы должны будем покинуть судно, — заметил Сафрон с облегчением. — Продали, и даже не так плохо, как ожидали.

— Сколько же ты получил? — тут же спросил Герасим с алчным блеском глаз.

— Почти девятьсот монет золотом за всё. И матросов толкнули. Только тех двух мы отпустим. Они нам сильно помогли, и пусть будут на свободе.

— Не вздумай деньгами их одарить, — ввернул Гераська. — Они будут и так нас благодарить за сохранение жизни. А тот раненый умер вчера. Его бы тоже можно было освободить, да Господь не позволил.

Казаки прожили на островке вблизи крепости почти три недели. Всячески экономили деньги, не показывая своего богатства. Боялись ограбления. Едва нашли судно до Сурата, и с радостью покинули португальскую крепость, мечтая поскорее оказаться в знакомом Сурате. Там Патрик Уэсли опять будет сосать их кровь, выгадывая и грабя их.

— Да чёрт с ним с этим английцем! — восклицал Аким, махнув рукой. — Там у нас был домик, и можно было подработать, так что я с удовольствием жду нашего рыжего Патрика, будь он проклят!

Казаки долго смеялись, радуясь возможности покинуть остров.

Четыре дня спустя судно стало на якорь в порту Сурата. Ещё через час с небольшим казаки предстали перед солдатом у ворот, и потребовали впустить их на территорию фактории для встречи с Уэсли.

Старший поста послал солдата спросить позволения, а казаки расположились рядом, ожидая ответа. Он последовал незамедлительно. Уэсли был рад опять получить возможность иметь под рукой исполнительных и бессловесных помощников в своих грязных делах.

Глава 10

Наши казаки месяца три болтались в Сурате, исполняя мелкие поручении и подрабатывая в порту и у местных владетелей в борьбе их с соседями. Берегли деньги, готовясь попасть на судно до Европы. Попадались разные суда, но то их не брали или судно оказывалось неподходящим для них.

И наконец, такое судно нашлось. Весть о нем принёс Аким, работая в порту надсмотрщиком за грузчиками.

— Говоришь, хорошее судно? — с интересом спросил Сафрон. — И большое?

— Три мачты! Надстройки очень высокие. И пять пушек по каждому борту.

— Да, можно и нам глянуть, — проговорил Данил.

На следующее утро все отправились в порт знакомиться с судном и решить окончательно свои задумки.

— Мне нравится! — воскликнул Герасим после долгого осмотра судна с причала порта, где оно пришвартовалось. — На таком можно отправляться в такой далёкий путь. Возьмёт ли нас капитан?

— За деньги никто тебе не откажет, — с уверенностью молвил Данил. — Даже рады будут. Аким, ты узнал, когда оно уходит?

— Точно никто не знает, Данилка. Говорят, что недели через две. А там всё будет зависеть от ветров. Могут и подождать другие суда, чтобы легче отбиться от возможных пиратов. Сам знаешь, как сейчас в море рыщут и арабы, и те же гуджарадцы. Да и голландцы от них не отстают.

— Поищем капитана, а? — просительно смотрел Гераська на товарищей.

— Можно и поискать, — ответил Сафрон, и все тронулись к трапу, где маячил офицер, следя за порядком и погрузкой вместе с суперкарго.

— Прошу простить, сэр, — обратился Сафрон к офицеру. — Мы хотели бы поговорить с капитаном.

— По какому вопросу? — не очень приветливо повернулся тот к казакам.

— Хотим попасть на судно до Европы, сэр.

— Деньги есть? — глаза англичанина оживились.

— Смотря, сколько запросит капитан, сэр. Мы изрядно обтрепались и поиздержались здесь.

— Вас четверо? А кто вы такие? Говорите со странным акцентом.

Сафрон терпеливо пояснял и наблюдал, как меняется лицо англичанина. Он с заметным интересом всматривался в лица казаков, и наконец, назвал цену каждого пассажира, намекнув и на взятку за содействие.