Константин Волошин – Глаза Сатаны (страница 33)

— Этот Барт что-то задумал с капитаном, — жаловался Солтер своему приятелю Тому Хьюзу. — Хотелось бы мне узнать, что у них на уме?

— Лучше бы тебе не встревать между ними, Билл. Они, я думаю, люди уж сильно мудрёные для таких, как ты.

— Как сказать, Том. Этот Барт слишком скользкий тип. Мне сдаётся, что он испанец или португалец. Слышал ещё в Плимуте, как он бегло говорил с одним португальским штурманом. Подозрителен он мне.

— Чёрт с ним, Билл! Лишь бы польза для дела была!

Билл показал своим видом, что не согласен с приятелем.

Барт тем временем тщательно изучал береговую линию севера острова и нервничал, подмечая сильно устаревшие данные этой карты.

— Бен, тебе не кажется, что наш Солт чрезмерно вникает в дела?

— Это естественно, Барт. Пусть себе. Мы же не намерены с ним делиться нашими планами. Это не входит в наши намеренья. Пусть будет простым исполнителем. В этом от него больше толку.

— Между прочим, Бен, у меня тут мелькнула мысль одна, изучая карту.

— Если дельная, то выкладывай, — без энтузиазма ответил капитан.

— Пока мы будем тут в Аресибо вести наши дела, отряд в двадцать человек легко сможет преодолеть двадцать миль до одного городка в глубине острова. Уж там никто нас не ждёт.

— Надеешься получить дополнительный куш, Барт? — уже заинтересованно спросил капитан.

— А чем чёрт не шутит, Бен. Кто сможет подумать на нас, стоящих в бухте?

— Надо на месте прикинуть всё. Но мысль дельная, Барт. Поговорим после.

В Аресибо пришли под вечер. Городок оказался в приятной бухте в окружении отличного леса, поднимающегося вверх по склону пологой горной цепи. Дома утопали в густой зелени пальм и сейб.

— Утром посетим коррехидора, поговорим, прощупаем почву, — проговорил помощник Барт. — Мне необходимо подготовиться. Хотя в этих захолустьях вряд ли можно рассчитывать на умного чиновника.

— Уж тут я тебе помочь ничем не смогу, Барт. Старайся.

Матросы были удивлены отказом съехать на берег. Роптали, искоса поглядывали на офицеров. А те спокойно осматривали берег, городок и ближайшие горные цепи, покрытые тёмной тропической растительностью.

— Я так надеялся посмотреть, что это за остров! — сожалел Ивась. — Глянуть, как тут испанцы живут. Можно ли тут устроиться.

— Ты что, задумал обосноваться здесь, хлопец? — удивился Демид.

— Вот и хотел бы поглядеть, чего можно ожидать от этих мест, — отозвался юноша. — Будет ли возможность вернуться, а тут тоже люди живут. Да и куда мне возвращаться? Под польские батоги?

— Да с деньгами везде можно устроиться, — не отставал Демид.

— А у нас деньги? Ты их ещё добудь. Были они у нас, да сплыли. Об деньгах лучше не вспоминать. Появятся, тогда и думай!

— Глядите, как заговорил, хлопец! Ему, видите ли, посмотреть охота! Тут просто по земле тоскую, а он смотреть!

— Что ты накинулся, Демид? — это встрял Омелько. — Пусть себе делает по своему разумению. Это ж только слова.

— Всё спорите? — подошёл с улыбкой Том. — Чего не поделили?

Ивась обрадовался приятелю. Поведал причину спора.

— Погодите со спорами, парни, — ответил Том. — Есть предположение, что в скором времени у нас зазвенит в кармане.

— Хм! Пока что одна пустота. — Ивась пренебрежительно скривился.

— Капитан что-то толковое задумал. Вишь, на берег не отпускает. А Джефа постоянно гоняют к капитану.

— С чего бы это? — вскинулся Ивась.

— Он прилично знает испанский, Джон. Значит, готовят его на берег. Правда и капитан говорит по-ихнему, но хуже Джозефа.

— Я думал, мы сразу атакуем город, — высказался Омелько.

— Значит, планами это не предусмотрено, мой друг Ом, — усмехнулся Том.

На следующий день капитан с помощником Бартом и Джозефом, нарядившись во всё лучшее, сели в ялик и погребли к берегу.

Солт, оставшись за старшего, отбивался от наседавших матросов с требованием берега.

— Мы подписывали соглашение? Подписывали! Там ясно указано, что берега нас лишать нельзя! — Это кипятился высокий матрос с длинными грязными волосами пепельного цвета и кудлатой бородой.

— Значит, у капитана есть особый план. Видите, он взял с собой Джозефа. Обязательно вернётся и обрадует нас предстоящим дележом.

— Город-то брать на шпагу не собираемся! Что делить будем?

— Те мне не ведомо пока, ребята. Кстати, мне приказано не допускать на палубе скопления людей. Укройтесь куда-нибудь от глаз горожан.

— До города с милю будет, Солт! Чего опасаться?

— По бухте глазеют не только горожане, — отнекивался Солт. — Лодки вокруг шныряют. И потише говорите, особенно, если приблизится лодка. Это приказ, и его нарушители будут строго наказаны! Расходитесь! Больше десяти-пятнадцати человек на палубе не должно быть. Выполняйте! Крэбб, дай всем работу. Паруса шить, концы вить. Да мало ли чего можно найти на борту.

Матросы, грязно ругаясь и ворча, нехотя разошлись. Некоторые растянули у фальшборта паруса, улеглись на них и дремали, вяло переговариваясь о пустяках и наболевшем.

Капитан в это время вместе с Бартом с осторожностью вёл разговоры с коррехидором, судьёй и членом городского совета из самых уважаемых.

Собственно вёл переговоры Барт, выполняя роль капитана. Мак-Ивен был приложением, выдавая себя за португальца и помощника.

Лишь в конце беседы Барт намекнул довольно прозрачно:

— Собственно, сеньор де Морено, у нас к вам серьёзное предложение. Но с этим можно повременить.

— Дон Бартоломео имеет что-то важное? — просто из вежливости спросил коррехидор, посмотрел на своих помощников, ища поддержки.

— Более чем важное, сеньор коррехидор. Это может затронуть и ваш благословенный городок. Но больше столицу, Сан-Хуан.

— Мы заинтригованы, господа. Не могли бы вы выражаться яснее?

— Пока это не входит в наши намеренья, сеньор, — неторопливо отвечал Барт, поглядывал на капитана вопросительно, а тот кивал незначительно головой.

— Однако вы заявили о важности вашего сообщения, сеньор.

— Время терпит, сеньор, — коротко и уклончиво отозвался Барт. — Мы хотели бы заручиться вашим содействием и быть нашим посредником в этом очень важном для нас деле.

Коррехидор переглянулся со своими помощниками. Он был обескуражен, заинтригован, но всё же слегка напуган. Он прекрасно понимал, что пиратство набирает мощи, а их городок совершенно беззащитен перед их нападением.

— Вы так загадочно говорите, что я вынужден требовать от вас, сеньоры, немедленного пояснения. Вы не можете вот так просто обеспокоить нас и ретироваться, сеньоры! Я прошу вас, ясности и только ясности, сеньоры.

Барт переглянулся с капитаном.

— Нам бы хотелось, чтобы вы отправили в столицу нашу просьбу об аудиенции у губернатора. Я уже говорил, что это очень важно для вас. А мы хотели бы получить за это определённое вознаграждение.

Лицо коррехидора вытянулось. Он помолчал, стараясь проникнуться услышанным.

— Вы знаете, сеньоры, без чёткой аргументации ваших… э-э, требований, я не могу гарантировать вам успех вашего дела, сеньоры.

— Однако попытаться можно, сеньор. И я уверен, что губернатор заинтересуется нашими сведениями. Потому всё же попросил бы вас, дон Себастьян, отнестись к нашему сообщению очень серьёзно. И уверяю вас, это для вас будет очень важно, а вам лично сулит немалые выгоды. Уж поверьте на слово. Откровеннее я пока сказать не могу.

После недолгого шептания, во время которого Барт с Беном потягивали вино и лакомились фруктами, коррехидор обратился к гостям:

— Мы согласны послать гонца с донесением губернатору, дон Бартоломео. Завтра и поскачет в Сан-Хуан.

— Как долго можно ждать ответа, сеньоры? — Барт обвёл собравшихся внимательным взглядом.

— Думаю, что недели вполне хватит, сеньоры. Я постараюсь так составить донесение, чтобы оно побудило губернатора поторопиться с ответом.

— Уж постарайтесь, дон Себастьян, — поднялся с кресла Барт. — Будем с нетерпением ожидать ответа. Кстати, где мы могли бы закупить провиант? Здесь, или в соседних селениях. Хотел бы получить совет, сеньор коррехидор.