Константин Волкодав – Религиозные аспекты атеизма: атеизм, ислам и христианство на языке метафизики (страница 4)
Богословие стало апеллировать к интеллекту, излагаться логично, как научная система. На Западе в этом преуспел Фома Аквинский (1225–1274). В своём фундаментальном труде «Сумма теологии» (лат. Summa theologiae) он изложил пять доказательств бытия Бога на основе Логики (науки) Аристотеля. Почти тем же самым занимались и на Востоке. На целое тысячелетие это стало трендом. Было написано множество книг, где доказывалось существование Бога, опираясь на разум и здравый смысл.
Кстати, исламская мысль следовала в этом же русле (не случайно Тзортзис ссылается на рациональные доказательства средневековых исламских теологов). Исламские теологи могли бы просто переписывать доказательства бытия Бога у христианских, т. к. в этом отношении христианство и ислам говорят об одном и том же. Вообще, на становление ислама оказали влияние и христианский аскетизм, и буддизм и неоплатонизм. Но это уже другая тема.
В христианских странах среднее и высшее образование включало и изучение разного рода доказательств бытия Божия. Но вот появился атеизм, и были написаны другие книги, где уже, наоборот, доказывалось, что Бога нет, и тоже со ссылками на разум и здравый смысл. Стали учить молодёжь по этим книгам. В Советском Союзе семьдесят лет активно пропагандировали атеизм, запрещая доступ к любой позитивной информации о религии. Однако как только пал коммунистический режим, люди стали массово обращаться к христианству. Были переизданы старые и написаны новые религиозные книги. Через тридцать лет некоторая часть христиан, видя недостойное поведение некоторых представителей Церкви, разочаровались в христианстве и стали переходить кто в другую религию, кто в атеизм.
Аналогично было и в Турции, где Мустафа Кемаль в двадцатых годах XX века стал насаждать секуляризм. Кемаль преклонялся перед наукой и видел в сциентизме счастье человечества. Но пропаганда атеизма не помогла. Через несколько десятилетий люди снова стали массово обращаться к религии.
Так и качаются эти «качели» веками. Все многочисленные доказательства, и с одной и с другой стороны, как-то не помогают. Давно пора понять, что логические доказательства в области метафизики не работают! Это область, где всё зависит от выбора между добром и злом, между добродетелью и пороком. Логика и здравый смысл могут играть здесь вспомогательную роль, но никак не главную.
[00:10:59–00:11:24] Тзортзис: – Но что же говорят космологи? Например, Александр Виленкин, друг профессора Краусса, в своей книге «Мир многих миров», говорит: «После публикации данного доказательства космологи не могли больше прятаться за возможностью вечной в прошлом Вселенной. Выхода не было: пришлось лицом к лицу встретиться с проблемой космического начала»[7]. И чтобы вы знали, даже проф. Краусс в своей книге говорит о начале Вселенной.
Комментарий 7
Замечательная цитата! В ней атеисты разоблачают сами себя. Ни об одном открытии физики не говорят в подобных выражениях. И в других местах книги Александр Виленкин откровенно говорит о том, что атеистам очень не хотелось, но выхода не было, и пришлось признать неудобный для них факт начала мира. Причём начала из ничего, а не из предыдущей бесконечной Вселенной. Из факта начала естественно вытекает вопрос о Причине этого начала. И это ставит атеистов в тупик.
Поэтому в атеистическом СССР теорию Большого взрыва отрицали тридцать лет, настаивая на постулате о бесконечности и вечности материи, т. е. «Большой взрыв» рассматривался как переход несотворённой и неуничтожимой материи из одного состояния в другое. В 1955 г. один советский автор писал в астрономическом журнале: «Марксистско-ленинская доктрина о бесконечной Вселенной является фундаментальной аксиомой в основании советской космологии… Отрицание или избегание этого тезиса… не имеет ничего общего с наукой»[8]. Вот так советский атеизм, гордо называвший себя «научным», в качестве своего фундамента полагал марксистско-ленинские аксиомы, т. е. утверждения, принимаемые на веру.
На самом деле, так называемый «научный» атеизм не имеет ничего общего с наукой. Он представляет собой набор атеистических догм, в жертву которым сотни настоящих учёных были изгнаны из профессии, а многие арестованы и осуждены[9]. Например, всемирно известного учёного академика Н. И Вавилова (кстати, он был глубоко верующий православный христианин) приговорили к расстрелу[10] за то, что он осмелился ради научной истины критиковать ошибочные взгляды Лысенко.
[00:24:15–00:25:20] Тзортзис: – Прежде всего, давайте определим, что же такое чудо? В английском языке это слово произошло от латинского miraculum, обозначающее что-то удивительное. Все традиционные Западные взгляды на чудесное можно обобщить высказыванием Дэвида Юма из его
[00:32:10–00:32:50] Краусс: – Ну, во-первых, я хотел бы поблагодарить людей, позвавших меня сюда. Они были очень любезны со мной и оказали редкое для организаторов подобных встреч гостеприимство. Так что огромное спасибо Собии, с которым я даже не виделся вживую. О Бейде и Исе, которые работали со мной, можно сказать, обо мне заботились. Ещё раз скажу, я вам очень благодарен. Ко мне отнеслись с уважением и радушием, и я хочу им ответить тем же. Но это не значит, что я буду уважать ваши идеи. Некоторые идеи смехотворны. И в этом нет ничего странного. На самом деле, именно высмеивание идей являет собой двигатель прогресса.
Комментарий 8
Тут Краусс представляет себя клоуном, задавшимся целью только высмеивать. Он не хочет ни спросить, ни понять, ни разобраться. Как можно высмеивать то, чего не знаешь и не понимаешь?! Для того чтобы более-менее разбираться в христианстве или в исламе или в буддизме, их необходимо изучать намного дольше, чем любую науку. Например, в Российской Империи на преподавателя богословия нужно было учиться 12 лет.
Лучше бы Краусс сказал, что лень являет собой двигатель прогресса. Тогда можно было бы хотя бы улыбнуться. А его высмеивание идей совсем несмешное. Это грубый пропагандистский приём. Настоящим двигателем прогресса является желание выяснить истину. К сожалению, Краусс такого желания не проявляет.
А жаль! Можно было бы предложить ему проанализировать атеистическую литературу с середины XIX века до середины XX. Там столько смехотворных идей, ошибок и противоречий с данными современной науки, что обхохочешься!
[00:33:42–00:34:30] Краусс: – Все дебаты, что я смотрел, были абсолютно одинаковы. В этот раз я надеялся, что дебаты будут проходить иначе, но обычно, как и сегодня, всё начинается с вашей речи, на которую я должен отвечать. Но в какой-то степени я этим и займусь, хотя сложно отвечать на бессмыслицу. И в действительности, смысл всего этого не в обсуждении существования Бога или в вопросе «Ислам или атеизм, что более разумно?» У нас же такая тема сегодня, если я не ошибаюсь. Итак… Я потрясён! Я-то надеялся, что вы не будете пытаться делать вид, что разбираетесь в науке, потому что вы не разбираетесь. И в дальнейшем мы это обсудим подробнее. Абсолютно всё, что вы сказали – это полный бред, касаемо науки. И я это докажу, если вы не против побеседовать со мной немного.
Комментарий 9
И здесь стиль речи совсем не приличный для учёного. В учёных кругах существует некая этика дискуссии. Если собеседник думает про высказывание оппонента, что «это полный бред», то максимально грубое, что возможно сказать вслух, это «я вас не понимаю».
На самом деле, совершенно некорректно сопоставлять религию и естественные науки, хотя это часто делается. Если религию и сопоставлять с чем-либо, то брать примеры надо из сферы искусства или человеческих взаимоотношений. Было бы довольно глупо прийти в музей, и начать критиковать шедевры искусства с точки зрения вероятности, причинности, законов математики и физики. И никто так не делает. Как доказать красоту, может ли она быть научно фальсифицируемой? Красота и любовь, не могут быть доказаны или признаны научными, однако от этого они не теряют своего значения. Красота и любовь занимают важное место в человеческой жизни. То же самое можно сказать и о религии.
[00:34:38–00:37:09] Краусс: – Начать мне хотелось бы с того, что исходное положение этих дебатов, в некотором смысле, некорректно по двум причинам. Во-первых, из него следует, что ислам представляет собой нечто особенное. Нет! Ислам совсем не уникален. Это одна из тысячи, а то и более, религий, существовавших с самой зари человечества. Каждая из них претендовала на высшее откровение, на обладание абсолютной истиной, на уникальность, на красоту, на совершенство и тому подобное. Ислам – обычная религия, как и любая другая. Она ничем не отличается. В исламе, как и в Ригведе или верованиях древних египтян, утверждается, что Вселенная имела начало. Везде одно и то же. Ничего особенного.