Константин Вайт – Часовщик 2 (страница 24)

Так Адик со временем из «принеси-подай» стал чуть ли не правой руки Руслана. Он не лез в тонкости бизнеса, не обрастал полезными связями. Просто жил своей жизнью, пытаясь хорошо выполнять порученную ему работу. Утром делал вылазки на свалку, во второй половине дня поддерживал Руслана, который до сих пор был благодарен Адику за спасение жизни.

В общем зале шли бои, но за привычным столиком Руслана не было. «Значит, он в своём кабинете», – решил Адик и отправился на вверх.

– Руслан, – постучав в дверь, Адик зашёл в кабинет. Руслан сидел за столом. Перед ним стояла открытая шкатулка, а в руках он держал бумаги из неё, – мне не нравится, как ты обошёлся с Максимом.

Руслан отложил бумаги и посмотрел на Адика долгим взглядом. Как только он попытался ответить, Адик перебил:

– Дай мне сказать, – он сел на стул напротив, – ты весь вечер его испытывал. Максим прав. Сначала предложил ему сразиться с тобой, потом постучать по груше, потом бой с Алиханом. Зачем это надо было? Что было бы, если бы он отказался? А в итоге ты дал ему задание, с которым не справились мастера. Ты надеялся, что и он не справится? Почему ты так поступил? Мне это не нравится!

– А мне не нравится, когда ты суёшь нос не в своё дело! – жёстко ответил Руслан. – Это было моё решение. Оно не оспаривается. Я не потерплю никаких возражений!

– Вот как ты заговорил? – Адик растерянно посмотрел на Руслана. Они вместе уже пять лет. Да, всё это время Адик безропотно выполнял задания и не спрашивал, зачем делает то-то и то-то. Но он считал, что имеет право задать вопрос и получить на него ответ, тем более, когда дело касается непосредственно его. – «Не в своё дело»? Максим – моё дело. Я его привёл. Он мне доверился. Мы шли просто на разговор. В итоге это превратилось не пойми во что!

– Ладно, – Руслан отложил бумаги в сторону и устало потёр переносицу, – давай по пунктам. Я предложил ему бой. Ты мне все уши прожужжал, какой он стойкий боец. Почему бы не посмотреть? Может, его место на ринге!

– Ему шестнадцать лет! Какой ринг? – вскинулся Адик.

– Помолчи, я не закончил! – резко осадил его Руслан. – Удар у парня мощный, не буду спорить. Но мне не понравилось, как уверенно и нагло он держится. Я не его приятель! Я – барон Руслан Баматов! Откуда в нём эта спесь? Да, я думал, что он откажется от боя с Алиханом. Это и вправду выглядело дико: Алихан тяжелей его в два раза и в десятки раз опытней. Но гордыня твоего Макса застилала его глаза. Он решил, что сможет продержаться? Вот и получил в итоге по заслугам!

– Своим боем и тем, как Максим держался, он вызвал уважение. Настоящий боец не бежит от боя! – Адик с непониманием смотрел на Руслана. Тот поморщился, как от зубной боли. – Когда тебе не удалось его сломать, ты дал ему невыполнимое задание. Правильно? Ты же здесь царь и бог? И все должны гнуть перед тобой спину? Нет, Руслан. Не все.

Адик поднялся из-за стола и направился на выход.

– Подожди! – остановил его Руслан. – Ты что, уходишь? Из-за какого-то мальчишки?

– Нет, – обернулся Адик, – из-за того, что ты забронзовел. Из-за того, что тебе стало наплевать на других людей. Максим – мой друг. Да, мы с ним мало знакомы, но это не важно. Я привёл парня к тебе, как своего друга, а ты попытался его унизить и сломать! Только за то, что он не гнул перед тобой спину и говорил как с равным? Это неуважение ко мне. Я сам был когда-то таким же мальчишкой. Совсем недавно, – с горечью в голосе произнёс он и вышел за дверь.

Глава 12

Глава 12

Утром я проснулся полностью разбитым. Болело всё. Каждая мышца тела! С трудом встал с кровати и сквозь боль сделал небольшую разминку. Потом уселся на пол посреди комнаты и прогнал по телу магическую энергию. Это помогло немного прийти в себя.

– Что с тобой случилось? – Савва, широко распахнув глаза, смотрел на меня. Я был в одних трусах, и на моём теле красовалось множество кровоподтёков. На ногах выделялись крупные пятна сине-чёрного цвета – следы от ударов ногами Алихана. Целитель в клубе лишь слегка по ним прошёлся, больше сосредоточившись на лице. Но и оно отливало жёлто-зелёным цветом. – Ты под поезд попал?

– Участвовал в боях, – сознался я.

– С десятком бойцов разом? – Савва поднялся и подошёл ко мне, рассматривая повреждения. – Даже не понимаю, как это подлечить?

Вот, сразу видно, целитель растёт. Первым делом начал оценивать всё с точки зрения, как это вылечить. Прямо гордость за него берёт.

– Пропустить просто энергию, – задумчиво продолжил он, – синяки-то всё равно не уйдут. Или надо сотню единиц вливать, чтобы ускорить максимально регенерацию всего тела? Тоже, скорее всего, не поможет: слишком много отмерших клеток и кровяных сгустков. Надо как-то выводить, рассосаться должно. Гематому так просто не сведёшь. Можно на ноге попробовать заклинание, которое ты мне показал. У тебя там самые большие повреждения. Думаю, точечное воздействие принесёт свои плоды...

– Давай попробуем, – кивнул я. С ногой точно надо было что-то делать. Я наступать на неё мог, только стиснув зубы. А мне ещё до автосервиса топать и работать там целый день.

Савва усадил меня на кровать и начал формировать заклинание. Получалось у него медленно. Но получалось.

– Целительская магия очень чувствительна к мыслям целителя, – я не упустил момента прочитать лекцию, – твоё желание помочь имеет большое значение в момент формирования заклинания. Именно поэтому для целителя важно не черстветь сердцем, иначе его эффективность падает в разы!

– Угу, – согласился Савва, продолжая работать.

– У тебя есть якорь, – не унимался я, – твой отец. Это неприятно, даже болезненно, но полезно. Просто представь, как ему плохо, и всем сердцем пожелай помочь. Не думай сейчас обо мне и о моих синяках!

Мои слова дошли до разума Саввы. Я увидел, как ярко засияло заклинание в его руках, которые он тут же приложил к моей ноге.

По телу прошла сладкая судорога. Казалось, весь организм моментально радостно выдохнул, избавившись от мучившей его боли.

– Молодец! – похвалил его я. – Видишь, что получилось? Вроде и затраты энергии те же, но эффект!

– Обалдеть! – согласился со мной Савва. – Только это неправильно: лечить кого-то, а думать в это время об отце, – немного смутился он.

– Это просто якорь, чтобы вызвать в тебе нужные чувства. Думаю, ты быстро научишься пробуждать это ощущение и без мыслей об отце. Что ты почувствовал?

– Желание помочь. Всем сердцем. Очень сильное. И магия откликнулась!

– Так и должно быть. Но! – Я поймал его взгляд и максимально жёстко продолжил:

– Когда ты пользуешься такой сильной магией, очень внимательно следи за состоянием источника. Если он покажет дно, есть большая опасность, что ты начнёшь расходовать свои жизненные силы. Ты меня понял?

– Да, – сглотнул он. Уверен, Савва внимательно читал учебники и знает, что целитель, увлёкшись, может начать тратить собственную жизненную силу. Как минимум, это повлияет на качество и срок его жизни, а так-то можно и умереть.

Встав, я попрыгал, сделал несколько наклонов.

– Очень здорово! – не удержавшись, похвалил Савву. – Отлично себя чувствую!

– Спасибо! – Он всё ещё с недоверием смотрел на свои руки, как бы не понимая, как удалось совершить такое чудо. – Твои слова мне очень помогли. Что-то в голове щёлкнуло, и заклинание само сложилось и наполнилось энергией!

После завтрака я отправился в сервис.

По дороге было время подумать о своём отношении к Михаилу. Вчера я испытывал крайне негативные эмоции, но сегодня это чувство пропало. Нельзя людей оценивать по принципам «боец-не боец». Это у меня просто деформация сознания, от которой лучше избавиться. Тем более, я нахожусь в мирном, цивилизованном обществе. На меня просто наложила отпечаток последняя пара лет в моем прошлом мире, когда я практически не вылезал из походов. Но сейчас-то я не в походе!

Люди движутся каждый по своей дороге, и каждый путь уважаем. Чем хуже человек, который пишет стихи или книги, или художник? Да тот же рабочий на заводе? Каждый из них идёт своим путём, и, если эти люди не останавливаются и развиваются, они достигнут высот и найдут своё место.

– Смешно! – произнёс я себе под нос. Я ведь сам не собираюсь идти путём воина. Хватит этого с меня. Не моя это дорога. В прошлой жизни мне её навязали отец и общая обстановка. Но душа всегда лежала к рунологии. В ней по-прежнему огромное множество загадок и неизведанных областей. Так что я продолжу развиваться, в первую очередь, именно в этом направлении.

– Доброе утро! – Михаил встретил меня у дверей сервиса. Было видно, что он нервничает, но, как ни удивительно, ко мне отнёсся достаточно тепло. Посмотрев на синяки на моём лице, которые в ярком солнце были особо заметны, с сочувствием покачал головой:

– Это из-за меня?

– Да нет, – я махнул рукой. Вчера при Руслане и Адике Михаил не стал интересоваться, почему я сижу за столом с опухшим лицом, но сейчас, наедине, решил спросить. – Скорее, причина в моей собственной дурости, – я тепло улыбнулся, показывая, что не имею к нему никаких претензий.

– Я вчера с отцом созвонился, – в его голосе ощущалась вина и смущение.

– И? – поторопил я замолчавшего Михаила.

– Я себя некрасиво повёл. Обвинял тебя, высказывал недоверие. Приношу свои извинения! – Он слегка поклонился.