Константин Вайт – Часовщик 2 (страница 12)

Оставив ребят заниматься, я отправился в магазин к Зотову. Надо было пополнить запас пластин для тренировок новых рун, которые мне прислал Колычев. К тому же, есть шансы, что на мои артефакты, которые я оставил зельевару, появится спрос, и тогда я смогу быстренько сделать новые. Хорошо бы поискать более приличное основание, но это можно отложить и на потом. Сначала мне нужно подверждение от Лунева, что артефакты будут покупать. Он в ближайшие дни обещал передать несколько группе травников, так что оставалось дождаться их вердикта.

В магазине за прилавком с недовольным лицом стояла Агата. Чем-то я её ужасно раздражал. Возможно, причина была в том, что в первую нашу встречу её при мне отчитал владелец магазина, и она не могла мне простить, что я был этому свидетелем. Или всё ещё проще: я посмел с ней спорить и усомнился в её квалификации. Но сути это не меняло – разговаривала девушка со мной сквозь зубы периодически бросая на меня испепеляющие взгляды. Я же не спешил уходить, а задумчиво ходил вдоль полок, задавая разные вопросы.

Насколько же разительное отличие! Утром я был в магазине зельевара, где, несмотря на мой возраст и внешний вид, мне всё подробно объяснили, показали и рассказали. И вот теперь Агата с каменным лицом выбивает мне пластины. Вид у неё такой, будто в лавку зашёл последний отброс общества! А мои вопросы по товарам, она просто игнорировала.

Меня её отношение не злило, а, скорее, бодрило и веселило. Оплатив товар, я ослепительно улыбнулся девушке и поблагодарил её за хорошее обслуживание, чем вызвал подёргивание левого глаза. Агата прошипела мне в спину что-то типа: «всегда рады!», и я покинул магазин.

По дороге в интернат мне позвонил Михаил. Он был в прекрасном настроении:

– Представляешь! Вышло видео, где другой блогер, который, по сути, такой же, как Зарубин, типа, тоже борется с мошенниками, в общем, конкурент, – начал, сбиваясь на скороговорку, объяснять он, – и он с Зарубиным в контрах. Топят друг друга. Давно воюют. Выпускают друг против друга всякие расследования... его смотрит куча людей. Они даже в суд друг на друга периодически подают...

– Так что в итоге? – не выдержал я этого радостного сумбура.

– Ну, он доказал, что мы отличные ребята, а Зарубин хотел денег и известности.

– И...

– Ты можешь завтра начать работать? У нас много клиентов!

– Хорошо. Буду к одиннадцати, – согласился я.

– Ссылку на видео я тебе скинул! – У меня пиликнул телефон, сообщая о входящем сообщении. – Жду к одиннадцати. Будет, минимум, три машины. Так что готовься на целый день.

– Договорились, – ответил я, отключаясь. До интерната оставалось пятьдесят метров, а там меня ждал ужин.

Взвесив в руке пакет с металлическими пластинами, я довольно улыбнулся. Артефакты – это хорошо, но очень скучно. К тому же, я ещё ни одного не продал. А вот сервис – другое дело. Да и уровень оплаты там весьма радует! Лучше уж поставить одну руну и получить свои сто рублей, чем делать на ту же сумму артефакты, коих придется сделать аж двадцать штук!

***

Виконт Павел Афанасьевич Матвеев вернулся в свой особняк после официального приёма, где его наградили медалью за отвагу. На званый вечер он решил не оставаться: слишком уж выделялся в военной форме с наградами на груди в толпе аристократов. Лучше переодеться и отправиться в ночной клуб с приятелями – праздновать в своей компании.

Мероприятие было официальным, и Павел как действующий военный обязан был присутствовать в парадной форме, которую не любил за излишнюю вычурность и не практичность.

Срок службы подошёл к концу, и Павел уже больше месяца находился в Москве, заново привыкая к мирной жизни аристократии. После пяти лет службы было трудно влиться в мир, где царят развлечения и излишества. Азартные игры, разврат, пьянки. Этот список можно дополнять и дополнять. Сплетни, интриги, измены, предательства...

После службы в армии в славном городе Мурманске, оторванном, казалось, ото всего мира, никак не получалось ощутить себя своим в столице. Всё время преследовало чувство, будто вляпался во что-то мерзкое. Как бывает, когда незаметно для себя наступил в навоз, и тебя повсюду начинает преследовать этот запах, даже после того, как ты тщательно отмыл испачканный сапог. «Хотя откуда местным аристократам знать, что такое навоз? Они и корову-то живьём, небось, никогда не видели!» – усмехнулся про себя Павел.

Служба в армии его многому научила и многое дала. А теперь было три месяца отпуска. Почти половину он уже отгулял. Следовало принимать решение – продлевать контракт или увольняться со службы. Павел склонялся к последнему. Уйти со службы, начать не спеша вникать в дела рода и помогать отцу. Возможно, закончить какой-нибудь курс высшей школы управления. Если в будущем ему предстоит заменить отца на посту главы рода, требуется повышать свою квалификацию уже сейчас. К тому же учеба позволит продолжить вести праздный образ жизни, от чего он пока не готов был отказаться.

Есть другой вариант: остаться на службе, но перевестись в Москву. Это несложно было устроить. Но пополнять штат кабинетных вояк никакого желания не было. Хотя отец настаивал именно на этом варианте. Его вариант это уйти в отставку и перейти на работу в военное министерство. Но зная отца, Павел понимал, что работать ему придется на начальных должностях. Отец терпеть не мог протекции и не допускал мысли устроить сына на теплое место. «Это твоя жизнь и ты в ней должен что-то достичь без чужой помощи!» – любил говорить он.

Павел начал переодеваться с помощью денщика. Мысль куда-то вырваться и отпраздновать награду всё больше и больше ему нравилась. Однако сначала требовалось сделать одно важное дело.

– Позови мне Дениса Олеговича, – велел он пожилому денщику, – пусть подойдёт в мой кабинет!

Переодевшись, Павел прошёл в свой кабинет, который был расположен рядом со спальней.

– Вызывали? – Без стука вошёл глава безопасности рода Матвеевых, Денис Олегович. Крепкий мужчина возрастом около пятидесяти лет. Он внимательным взглядом окинул Павла и недовольно покачал головой. Денису Олеговичу не нравилось, что молодой господин, вернувшись из армии, забросил свою физическую форму и все занятия и с головой окунулся в ночную жизнь, от которой ничего хорошего начальник безопасности рода не ждал.

– Да, – коротко бросил Павел, садясь за стол и включая планшет.

– Поздравляю вас с наградой «За отвагу». Получить её в мирное время – большая редкость, – в голосе Дениса Олеговича проскользнула плохо скрываемая ирония.

– Ты же знаешь, что я на неё не рассчитывал, – поморщился Павел, почувствовав этот укол, – во время аварии пострадало пять аристократов. Один из них скончался. Дело приняло широкий резонанс, и срочно понадобился герой, которым решили сделать меня.

– Знаю, – коротко кивнул начальник службы безопасности, – но это не отменяет того факта, что вы не растерялись и помогли раненым. Как бы я ни относился к военным наградам, которые вручают в мирное время, считаю, что награда заслуженная. Ваши действия спасли людские жизни.

– Вот насчёт этого я и хотело поговорить, – Павел тяжко вздохнул, – я-то как раз, к стыду своему, растерялся. Стоял, хлопая глазами. Над моим же охранником, которого ты мне выделил. Как там, кстати, у него дела?

– Открытый перелом ноги, сами знаете. Лечим. Будет месяц в гипсе, но, боюсь, останется хромым. Так что переведу куда-нибудь, – произнес Денис Олегович с безразличием в голосе, как будто говорил не о живом человеке, собственном подчиненным, а об игрушке, которая сломалась, да и ладно. Только вот Павел прекрасно знал, что всё это напускное и начальник службы безопасности ценит каждого своего человека. Но считает, что подчиненный не должны об этом даже догадываться.

– А почему целителя не позвали?

– В страховку не входит! – Денис Олегович поморщился, как от зубной боли.

– Обратись к отцу! – предложил Павел. Целитель нужного уровня в Москве стоит недёшево. Он за свои услуги, скорее всего, запросит не меньше тысячи рублей. У Павла были, конечно, такие деньги. Отец выделял ему на месяц десять тысяч, но можно же сэкономить... охрана все таки отцовская и расходы несет он. Правда человек пострадал сопровождая Павла, но тысяча рублей...

– Афанасий Николаевич отказал. Сказал, что это риск, на который идёт охрана. К тому же в момент происшествия охранник сидел за столом, что является нарушением, – сурово произнес Денис Олегович.

– Это я уговорил его сесть, – слегка смутился виконт, – утомил он меня, всё маячил за плечом!

– У нас есть небольшой фонд, – задумчиво протянул Денис Олегович, – Когда парень выздоровеет, посмотрим, может быть, скинемся ему на целителя в кредит. Но ты же не об этом хотел поговорить? – проницательно заметил глава службы безопасности.

Павел помолчал, удивляясь самому себе. Только что он начал признаваться в своей слабости и сразу же перевёл разговор на другую тему.

– Вернёмся к нашему разговору, – собрав волю в кулак, продолжил он, – я в момент аварии растерялся, но там был один паренёк. Он и организовал спасение раненых. Благодаря ему я не ударил лицом в грязь и... получил эту награду. Теперь же она меня жжёт. Считаю своим долгом отплатить ему добром за добро, – по-военному чётко закончил Павел.