Константин Утолин – Заговор Теней (страница 44)
- Виски! - сказал он бармену, стараясь придать решительность голосу.
- Сколько?
Фёргас заколебался, и его неуверенность не осталась незамеченной для пристроившегося у стойки завсегдатая, здорового молодого мужчины, который не преминул громко фыркнуть, оторвавшись от своего стакана.
- Так сколько вам виски? И какого? - терпеливо спросил бармен.
- Налей-ка ты ему водички, Дин. Горло промочит, может, вспомнит, - постоянный клиент у стойки уже откровенно веселился.
Поскольку Фёргас так и не нашелся, что ответить, бармен, и правда, довольно небрежно швырнул ему стакан с минералкой. Фёргас, судорожно зажав его в руке, попятился вглубь заведения, сел за столик, и уныло склонился над стаканом.
Тем временем вышедшая из туалетной кабинки черноволосая девушка подошла к его столику и растерянно остановилась. Фёргас поднял голову.
- Простите, - улыбнулась девушка. - Не могли бы вы встать?
- А в чем, собственно, дело? Что вам нужно? - неожиданно для себя он закричал слишком громко, но сорвался на фальцет, от чего его голос прозвучал не гневно, а пискляво и жалко. Завсегдатай с барменом одновременно разразились коротким смешком.
- Да ничего, - смутилась девушка. - Просто вы сели на мои перчатки.
Фёргас покраснел и поспешно вскочил со стула. Перчатки прилипли сзади к брюкам, и когда он встал, упали на пол, но Фёргас сделал вид, что этого не заметил. Девушка слегка замешкалась, но потом наклонилась и потянулась рукой под стул, чтобы поднять перчатки. Завсегдатай отставил в сторону недопитый стакан и направился к их столику.
- Эй, приятель, и тебе не стыдно? - здоровяк был выше и значительно крепче Фёргаса, и тот сразу ощутил страх под ложечкой.
- А ч-что такое? - выдавил он из себя.
Но мужчина уже повелительным жестом указывал на дверь, и Фёргас не осмелился не подчиниться. Но едва он оказался на улице, как тут же получил пару сокрушительных ударов под дых и в лицо. Победительно потирая костяшки пальцев, ударивший его здоровяк скрылся внутри заведения.
Трогая разбитый нос - не сломан ли? - и пытаясь остановить кровотечение, Фёргас почувствовал, как кто-то коснулся его плеча, и услышал нежный голос:
- Давайте я вам помогу... - Рядом с ним стояла все та же черноволосая девушка, на чьи перчатки он так неудачно сел. - Вы же из-за меня пострадали. Где вы живете?
Фёргас молчал, борясь с брезгливостью к самому себе, но все же позволил девушке себя поддержать, и даже оперся на ее плечо.
- А я вас знаю, - продолжала девушка, - я была на лекциях по ирландской литературе, которые вы читаете у нас в университете.
Это было уже слишком. Фёргас стиснул зубы от стыда. А потом проскрипел сквозь зубы:
- И вы хотите сказать, что хоть раз досидели до конца лекции?
- Ну что вы, это было очень интересно...
- Послушайте, леди! - Фёргас почувствовал, что больше не в силах выносить эту пытку, и грубо оттолкнул девушку. - Если вам охота шляться по ночам и вешаться на мужчин, то вы ошиблись кандидатурой!
Девушка потрясенно взглянула на него, обиженно тряхнула головой и пошла прочь. Потом обернулась и бросила через плечо:
- Да кому ты нужен, задохлик!
Держась за стены, Фёргас побрел к дому. На площади о чем-то весело беседовала компания парней и девушек. Подойдя ближе, он разглядел среди них все ту же черноволосую незнакомку. Ее обнимал высокий крепкий парень. Фёргас увидел, как, перекинувшись еще парой слов с приятелями, парень усадил девушку в роскошный "Ламборджини". Наверное, единственный в этом городке. Круто развернувшись, машина пролетела мимо Фёргаса, окатив его с головы до ног из придорожной лужи.
"Неудачник! Дерьмо! Дрянь распоследняя! Ничтожество! Слизняк!" - скрипя зубами, Фёргас отряхивал запачканные брюки и клеймил себя последними словами. Если бы он только мог, он бы сам разбил себе в кровь свою отвратительную ирландскую морду...
Добравшись, наконец, до дома, он швырнул в угол отяжелевшую от дождя куртку и начал сбрасывать мокрую одежду. Забыть, поскорее забыть этот отвратительный денек, этот мерзкий городишко, и все, что с ним связано. Не позднее, чем завтра, он бросит все к черту и уедет отсюда. Решено. А сейчас - скорее все забыть.
Кое-как смыв с разбитого лица остатки запекшейся крови, он выдвинул верхний ящик полурассохшегося комода - его доходы только и позволяли снимать этот старый полуразвалившийся домишко с такой же разваливающейся мебелью, - и ворча и чертыхаясь, начал открывать одну за другой многочисленные коробочки, выбрасывать какие-то бумаги, и, наконец, нашел завалявшуюся упаковку снотворного. Выпив сразу две таблетки, он уже собирался прилечь, когда где-то над его головой раздался негромкий хлопок и что-то звякнуло, словно разбилось стекло. "Чердак, - подумал он, увидев в потолке люк. За все время, что он живет в доме, он ни разу туда не поднимался. - Интересно, что там могло звенеть? Надо проверить на всякий случай". Знал бы Фёргас, как было спланировано это его гарантированное привлечение внимания к чердаку - уже получил бы сюжетную линию для рассказа. А знал бы, кем - для целой серии романов. Но он ничего этого не знал. И тем не менее, привлеченный донесшимся сверху звуком, полез, наконец, на чердак.
Взяв фонарь, он подставил стремянку к закрытому люку в потолке, и полез наверх. Толкнул рукой дощатый люк, и тот, жалобно скрипнув, открылся. Сразу стало слышно, как по железной крыше дома тихо барабанит дождь. Луч света от фонаря упал на торчавшую в боковой стене лампочку. Ого, может, здесь и электричество есть? Он нашел выключатель, и зажмурился от неожиданно яркого света, а когда глаза привыкли, огляделся по сторонам.
Фёргас пошарил рукой около люка и, нащупав выключатель, зажмурился от вспыхнувшего света. Чердак был завален всевозможной рухлядью, среди которой Фёргас увидел коробку, в которой поверх каких-то папок лежали осколки стеклянной банки. Фёргас решил их выкинуть и приподнял коробку. Дно у той разошлось, и вывалившаяся из коробки металлическая банка, судя по этикетке, с краской больно ударила его по ноге. Фёргас сморщился, но тут же заметил вывалившиеся из коробки тетради. На одной из которых было крупно и, что привлекло его внимание,
Фёргас хмыкнул, раскрыл тетрадь и сильно удивился. Там были ровные рукописные строчки, написанные также на ирландском языке. Фёргас даже присвистнул от неожиданности. Сами ирландцы в большинстве своем уже давно не могли ни говорить, ни писать на этом языке. А тут целая рукопись!
Фёргас взял тетрадь, спустился с чердака и, преодолевая начавшуюся сонливость, пробежал глазами по строчкам. Внезапно один абзац привлек его особое внимание, и он стал читать:
"Получается, что, с одной стороны, неандертальцы вовсе не люди, а какой-то другой вид человеческой природы, а с другой - наиболее близки к ним по некоторым биохимическим признакам именно ирландцы. Вымирание неандертальцев можно отнести только к агрессивному распространению на всей территории Земли вида homo sapiens. За счет своей повышенной агрессивности и приспособленности к стайному поведению они истребили неандертальцев, переняв у них некоторые культурные навыки. В частности именно в захоронениях неандертальцев встречаются изделия и украшения, тогда как захоронения homo sapiens, относящиеся к этому же периоду времени, являют собой простой могильник. Неандертальцы стояли на более высоком культурном уровне развития, но не были столь агрессивны, что и послужило причиной их вымирания. Именно это я и считаю поводом частичной потери национальной памяти ирландского народа".
Вот это да! Ирландцы - потомки не homo sapiens, а другого человеческого вида, при чем более развитого и культурного? "Я же это давно чувствовал, подозревал! - подумал Фёргас, приходя в состояние восторженности и возбуждения, у него даже глаза загорелись. - Мы особенные, и только эти сволочи - бритты и саксы - помешали нам и мешают сейчас проявить себя, да и просто жить!"
Дальше он читал с жадностью, лихорадочно перелистывая страницы:
"Таким образом, основываясь на трудах Дарвина, Маркса и Манна, я пришел к выводу, что без наличия конкуренции человечество неизбежно ждало бы вырождение.
... Если понимать внутривидовую агрессию как решимость выдвигать и отстаивать свои претензии на некие "ресурсы" (место в иерархии, территория, право на самку, пища и т.д.), то понятно, что агрессия - неотъемлемая составляющая любой сколько-нибудь сложной социальной организации.
... Ссылаясь на труды Конрада Лоренца, - писал неизвестный автор, - отмечу, что...
... Человеческая агрессия - неотъемлемая часть человеческого общества, так как при ином раскладе невозможно выстраивание иерахии, а также само развитие.
... Агрессия - базовая, основополагающая сила прогресса. Согласно теории Докинза, которую он излагает в своей книге "Эгоистичный ген" - структурной единицей эволюции является не популяция, а собственно сам ген. Следовательно, - агрессия заложена в нас генетически. Как способ выживания....
... А теперь давайте задумаемся о том, что если бы не было в мире агрессии хотя бы физической. Тогда просто не надо было бы защищать свой дом, свою землю, могилы своих предков и культурное наследие своего народа. Тогда в каждом человеке просто напрочь отсутствовало бы чувство патриотизма. А разве можно представить себе здоровое человеческое общество, в котором нет места духу патриотизма и гордости за свое Отечество?